Чтение онлайн

Почему мне это так чертовски нравится?

Мне нравится, что его рот вновь впился в мои губы с такой яростью, что, кажется, искры посыпались из глаз. Его язык ворвался в мой рот как раз в тот момент, когда он проникает внутрь меня. Я дергаюсь от ошеломляющего чувства наполненности, но его руки удерживают меня, не давая отдалиться ни на миллиметр.

Он полностью выходит и вновь входит, заставляя меня вскрикнуть. Ему это тоже нравится. Я открываю глаза и могу видеть, правда не очень отчётливо, как он улыбается. Но он быстро понимает, что я за ним наблюдаю, и его улыбка сменяется ухмылкой. Я слишком плотно укутана в этот кокон удовольствия, чтобы задуматься об этом.

Я впиваюсь ногтями в его плечи, начиная раскачиваться. Хватит прелюдий - пора действовать. Он рычит, кусая моё плечо, обхватывая мои ягодицы своими огромными ладонями. Поднимает вверх, опускает вниз, насаживая на себя. Я тоже не остаюсь в стороне, отталкиваясь ногами от его тазовых костей. Мы двигаемся в унисон. Мой голос понижается, становится более глубоким и хриплым. Он эхом разносится по пустой душевой.

Сие действо не может продолжаться долго – мы слишком сильно возбуждены. Страсть достигла пика. Внутри всё покалывает. Я чувствую, как во мне появляется то, чего раньше никогда не ощущала – кайф, словно нарастающая лавина, проносится по моим венам, сосудам, мышцам, вызывая спазмы глубоко внутри. Сперва появляются лишь отголоски, но спазмы учащаются, становясь всё сильнее, заставляя меня содрогаться.

Толчок.

Еще толчок.

Лавина уже мчится на всех порах с огромной высоты, захватывая всё на своём пути - получается один большой ком. Он взрывается внутри меня, я вскрикиваю, распадаясь на тысячи осколков. Парень издает рык, резко выходит из меня. Теплая жидкость выстреливает, попадая мне на живот, грудь, шею.

Мы не двигаемся лишь пару секунд. Я учащённо дышу, постепенно выплывая из глубин удовольствия.

Я смотрю в его глаза в надежде понять, что делать дальше. Но ничего не вижу. Серость – пустота. Ни единой эмоции, словно мы только что не получили одновременный оргазм.

Парень как-то грубо опускает меня на пол. Мои ноги все еще дрожат. Я опираюсь рукой о боковую стену душа.

Он же спокойно встает под струи, быстро споласкивая своё тело. Я наблюдаю за ним, сглатывая огромный ком, застрявший в горле. Он делает вид, что меня здесь попросту нет. Поворачивается, подхватывает полотенце и уходит, не обернувшись и не взглянув на меня.

Вот оно – самое дно. Реальность накрывает меня с головой. Я только что занималась сексом с незнакомцем…

Господи, что я наделала?!

Кайф улетучился к чёртовой бабушке. По телу прошлась дрожь унижения. Я ничего о нём не знаю. А вдруг он, и правда, маньяк? А, может, чем-то болен!

Я сползла по стене, усевшись на пол. Мы ведь даже не предохранялись! И он так спокойно ушёл, будто произошедшее только что вообще неважно для него. Мои губы задрожали. Я всегда гордилась тем, что в моей жизни не было случайных половых связей. Я всегда была верна Шурику.

Но его больше не было в моей жизни. Он выкинул меня из неё так же быстро, как и все остальные. Пока я была полезна, они позволяли мне быть с ними. Даже папа. Я никогда не зависела от него. Участие в танцевальных спектаклях, конкурсах приносили мне не только удовольствие и самореализацию, но и неплохие деньги. Можно сказать, что какое-то время я содержала нашу семью.

И вот я упала. Мне больше не платили, и я перестала быть нужной.

Но сегодня я пала еще ниже. Стыд, как ведро холодной воды. В кого я превратилась?

Я быстро вскочила. Пора убираться отсюда. Я торопливо и брезгливо смыла сперму с живота, чувствуя при этом отвращение и тошноту. Я даже не стала вытираться, просто напялила на себя одежу и выбежала из школы.

Мама готовила ужин. Она что-то ворковала себе под нос. Казалось, что мое пребывание здесь делало её счастливой. Если честно, я ожидала прямо противоположной реакции. Я предполагала, что она будет злиться на меня за то, что я свалилась ей на шею. Но мама ни разу не упрекнула меня в чем-либо, не сказала ни одного грубого слова. Так же, как и Оливер.

Мама обернулась на шум, созданный мной при входе. Её улыбка стала шире.

– Как потренировалась?

– Отлично, - я попыталась улыбнуться.

Она окинула меня внимательным взглядом.

– Тебе надо переодеться. На улице жарко, но ты всё равно можешь простыть, если и дальше будешь ходить в мокрой одежде.

Я кивнула, после чего развернулась и побежала по лестнице в свою комнату. Я закрыла дверь и прислонилась к ней спиной.

В безопасности.

Несмотря на то, что было безумно стыдно и противно, моё тело всё равно предательски чувствовало умиротворение. Безумный оргазм расслабил мои ноющие мышцы. Напряжение, что накопилось за всё время, казалось, покинуло меня.

Ну, хоть на том спасибо.

Я ещё раз приняла душ, тщательно скребя кожу мочалкой. Особенно шею, грудь, живот и тот орган, что способен перекрыть доводы здравого смысла в погоне за неземным блаженством. Затем переоделась и спустилась вниз. Мама накрывала на стол. В животе заурчало. Да, я потратила сегодня очень много калорий.

– Как тебе школа?

Оливер оставил меня в школе сразу же, как нашёл секретаря.

– Американская, - я пожала плечами.

Ага, конечно. Всё так просто. И ты только что не занималась сексом с абсолютно неизвестным, но жутко красивым и сексуальным парнем в душе этой самой американской школы.

– Мам, Оливер, - я глубоко вдохнула, стараясь говорить как можно спокойнее, как бы невзначай, - вы знаете высокого накаченного темноволосого парня с серыми глазами?

Они моментально вскинули головы, оторвавшись от еды.

– Ну, знаете, - продолжила я повседневным голосом, что давался мне с трудом, - красавчик с невозмутимым холодным взглядом, будто он - король, а все остальные - холопы необразованные.

– Где ты его увидела?
– осторожно спросила мама.

– В школе, - я пожала плечами.

– Тебе лучше держаться от него как можно дальше, - предупредил Оливер.

– Так кто он? Вы его знаете?

– Скорее всего, это Маркус Дэвис, - ответила мама.

Вот, оказывается, как его зовут. Необычное имя. По крайней мере, для меня.

– И тебе, действительно, стоит обходить его стороной, - в голосе мамы слышались нотки обеспокоенности.

– Что? Почему?

– Ну, э-э-э...

– Он - игрок, - вмешался Оливер.

– Как это?

– Девушки для него - это ничто. Он использует их, как инструмент для получения, так скажем, удовольствия. А затем выбрасывает их, как использованный… ну, понятно что…

– Бабник?
– спросила я на русском языке у мамы, так как не знала, как перевести это слово на английский.

– Хуже, - мама тоже заговорила на русском, - в сто раз хуже. Бабнику нравятся женщины, а игроку просто секс.

– Я поняла, - кивнула.

Я испытала это на собственном опыте. Секс. Игнор. Я не была настолько наивной, чтобы предполагать, что после секса он сразу влюбится в меня. Или что влюбился с первого взгляда, не смог сдержаться, поэтому занялся со мной любовью. Это сказки для наивных девочек, а я - реалистка. Но мне все равно было очень неприятно оказаться на месте выброшенного презерватива.