Чтение онлайн

– Да не, – отмахнулся Арест и потёр перевязанное плечо. – Лучше будет, если целые останутся здесь. Я далеко заходить не буду, проверю тропы и назад. Через часа два-три вернусь. Ты же не собираешься гнать людей сразу сейчас по горам?

– Ну… – протянул неопределённо Динат, который, очевидно, не любил откладывать дела в долгий ящик.

– Ну? Тебе своих трёх тащить. Сам-то вытянешь? Я могу в потёмках по горам ходить, а другие смогут со своим зрением?

На этом первое совещание закончилось. Возражений не последовало, и молчание следовало рассматривать в этой ситуации как согласие.

– Не, обойдусь, – сказал Арест, отказываясь от протянутой Кирой карты. – Я запомню.

Прихватив с собой копьё и наполовину опустошённый бурдюк, он направился покорять вершины.

– С водой что-то решать надо. Спуститесь и осмотрите, сколько там, в бочке, – сказал он напоследок, кивнув вниз.

Брошенная телега с бочкой стояла под горой. Этот груз был под силу только быку да и не таким ценным, если бы тот его опрокинул или не пожелал дальше тянуть. Быком так просто не поуправляешь, как ослом. При определённых условиях он может стать вовсе неуправляемым.

– Э-эй!!! – долетел издалека крик через четверть часа после того, как Арест ушёл неторопливым размеренным шагом.

Эхо разнесло крик в разные стороны, но откуда он прилетел, гадать не нужно было. Мужчины вскочили, чтобы посмотреть, кто зовёт. На тропе, сразу за перекрёстком, стояла тройка людей, перетаптываясь. Подозвав Киру, скауты показали ей вниз. Намерения людей были понятны: потрёпанный мужичок со связанными спереди руками не желал иметь ничего общего с двумя другими, которые не намеревались его отпускать.

– Кто это? – спросила Кира.

– Игоня, пастух, – ответил Аскар. – Он ушёл вперёд со стадом. Догнали, таки, сволочи.

– Э-эй!!! – заорал южанин ещё раз, не заметив никакой реакции на склоне.

Подходить ближе они, видимо, боялись и рассчитывали на то, что кто-то спустится вниз.

– Что делать будем? – спросил Динат, в своей любимой манере выжидающе смотря на своего друга.

– В смысле?

– Ну, они поговорить, наверное, хотят!

– Так сходи! Ты у нас любишь это дело. Я не пойду! – отрезал Аскар.

Динат посмотрел на Киру. Как он слышал, бабы вроде ещё больше любят говорить…

– Поговорим, – ответила Кира спокойно. – Пусть подождут.

Она развернулась и не спеша направилась назад. Динат посмотрел ей вслед и пожал плечами. Наверное, причесаться и приукраситься в сторонке пошла. Бабы без этого не могут говорить.

Взобравшись чуть выше по склону – насколько самочувствие позволяло, – Кира подыскала себе место, где было удобно сидеть и откуда местность хорошо просматривалась. Устроившись там, она положила винтовку на валун перед собой. Откинула рукой растрепавшиеся волосы назад. Обтёрла рукавом лицо. Вытерла здоровую ладонь об штаны, а на обожжённой поправила повязку. Прихорошилась. Можно говорить.

Динат с недоумением показал друзьям на неё: «Что она собирается делать? Тоже орать во весь голос?»

Южанин снизу ещё раз закричал, добавив что-то непонятное на своём языке. И грубо подёргал мужичка за рукав. Мол, это не вы потеряли по дороге? Подобрать не хотите? Мы не прочь поторговаться.

Все, кто мог, уже наблюдал с горы во все глаза за сценой внизу, коллективно гадая, чем всё это закончится. В принципе, у них ведь тоже имелся пленный (ирод треклятый, плюнуть бы тебе в бесстыжую морду!), и они могли бы обменяться. Кто тут у них за главного – что решит? Затаив дыхание, люди смотрели: женщины на верхнем уступе на мужчин ниже – те на застывшую в одной позе Киру – та через прицел на тройку у перекрёстка – а те, соответственно, наверх, на гору, не ведая, о чём спрятавшиеся там люди думают. Южанин-переговорщик осторожно прошёл на несколько шагов вперёд и, привстав на носки и вытянув голову, попытался рассмотреть, что происходит на горе. Общую тишину прервал ещё один протяжный крик, следовало полагать – последнее предложение, пока они не передумали быть добрыми, – и последовавший за ним грохот выстрела. Люди от неожиданности вздрогнули, некоторые даже подскочили. Что ж эта сумасшедшая-то творит, когда, наконец, так пугать их перестанет?! Только один человек упал, вскрикнув – теперь действительно в последний раз.

– Чтоб мне провалиться… – невольно вырвалось у Дината из разинутого рта.

Он посмотрел на Киру сверху – та совершенно спокойно перезаряжала винтовку, вкладывая второй патрон, – а потом ещё раз вниз. Протёр глаза и ещё раз посмотрел. Южанин лежал на земле, сжимаясь в комочек и переваливаясь от боли – пуля, видимо, угодила ниже груди. Очень болезненная рана. И в большинстве случаев смертельная. Второй южанин со страхом пятился растерянно назад. Споткнувшись об камень, он упал и тут же вскочил, ринувшись прочь с истошным воплем:

«Шайтан! Это сам шайтан на горе сидит!»

Как он ошибался! Шайтан собственной персоной появился с другой стороны. Разогнав на дороге группу воинов, которые тоже наблюдали за горой с более безопасного расстояния, взмыленный и окровавленный бык выскочил на тропу.

– Ты смотри, живой! – изумлённо хохотнул Захир. – Давай, Громуша, покажи им, кто тут хозяин!

Бык, истыканный несколькими болтами, из зверя превратился в сущее чудовище. Неизвестно, как долго после бегства южан он гонял их по дороге – и как долго они его гоняли, но убить так и не смогли. На свою беду. Обезумевший от боли, он бросался на людей, как только видел их, крутился и бодался, разбрасывая всех в стороны и сминая под собой самых неуклюжих. Прогнав второго южанина долой, бык выскочил за ним опять на дорогу и остановился на перекрёстке с видом злобной дворняги, которая прогнала воров, вдоволь искусав их.

Вот это было зрелище! Первое за сегодня, над котором люди в горах от души смеялись. Через горькие слёзы. Заключительным актом послужил второй выстрел. Воры, не на шутку испугавшись двух шайтанов, дали дёру подальше. Пуля никого не задела, но отрикошетила от камня и выбила пыль рядом с дорогой – а это означало, что перекрёсток находился в зоне обстрела и под наблюдением стрелка. А ещё ревностной охраной бодливого чудовища.

– Что с Игоней? Куда он делся? – спросил Динат, когда обрёл вновь способность говорить.

– Ушёл назад, – ответил менее впечатлительный Захир.

– Точно? Ты уверен?

– Точно. Я видел, как он крался вдоль стеночки, чтобы Громуша его не заметил.

– Дурень. Ему надо было сюда бежать.

– Надо было. У него своя голова на плечах. Ему с хромой ногой удобней вниз бежать, чем в гору лезть. А раз бежал туда, значит знал, что там других больше нет. Ничего, он же пастух, справится как-то с быком.

Скауты махнули рукой: авось доберётся. Пастухи – это отдельные люди, их нужно уметь понимать. Им не нужен дом, за него сойдёт любое место, которое им приглянется, чтобы сесть и вздремнуть. Им не нужна семья, за неё сойдёт стадо и пара верных собак. Пастухи привыкшие к одиночеству и в такой ситуации, где будет стоять выбор: спасаться с людьми или спасать стадо – они выберут второе. Глупость – скажут многие люди. Мудрость – скажут многие звери.

Захир хорошо понимал пастухов. Это простецкие люди, с которыми можно непринуждённо посидеть, немного глуповатые, но в корне добродушные. Им по каким-то причинам трудно идти на контакт с людьми, поэтому они обосабливаются и предпочитают общество животных. Собака не облает тебя, потому что ты сделал дурость, не убежит к другому пастуху, потому что ты нехорош собой, и лучше промолчит, чтобы не ввязываться в пустой спор.

Ещё одно, если думать в обе стороны: зачем южанам бегать за одним пастухом? Поиздеваться? Дорого им эта затея вышла. Понятно, что не знают, куда от досады деваться, но одной дурью проблему не решить. А то: потеряли до кучи людей и потеряют ещё больше, если попытаются тем же способом добиться успеха. А другой сперва придумать надо. Тоже нелёгкая задача – даже если бык издохнет, дорога частично простреливается, а подставлять себя под пули больше никто не хочет. Откуда им знать, сколько у противника ещё патронов? Наверняка они засядут теперь на соседней горе, чтобы так же отдохнуть и покумекать. Им хорошо тем, что торопиться никуда не надо. С ними нет охающих баб и ноющих детей. До вечера у обеих сторон есть время что-то решить, ну а там можно сказать себе, что утро вечера мудренее.