Чтение онлайн

— Да утка, наверное, — возразил я. — Уже бы сирены вовсю вопили. При такой аварии должно быть оповещение по всему городу.

И тут взвыли сирены. Надрывно, пробирая до костей. Это было настолько непривычно, что на мгновение возникло ощущение дурацкого сна. Отвыкли мы от сирен — нашему поколению их редко доводилось слышать, и слава богу. Коротко зарявкали гудки с окраин города — в симфонию ЧП включились заводы с мощными системами оповещения.

— Маруська, — внезапно севшим голосом сказал я. — Похоже, не утка.

Мне не нужно было объяснять, что это значит. Если жахнули цистерны с хлором — это песец, седой и жирный. Пожарных, уверен, накрыло всех, как и эмчээсников. Вряд ли кто пикнуть успел. На таких предприятиях, как молокозавод, хлора очень много — выброс будет летальным для всех, кто попадет в зону первичного распространения.

— Бежишь к высоткам?

— Да… — Голос Маши прервался. — Морг накроет стопроцентно. Больницу твою тоже. Сматывайся! Ив, прости, если что…

— Молчи, дурочка, — хрипло ответил я, — я за тобой. Жди, — и сбросил звонок.

Николай с женой и Вадим уже убежали в соседнюю комнату и врубили телевизор. Сквозь вой сирен и гудки за окном донеслась скороговорка местного канала:

— Внимание! Говорит штаб гражданской обороны города. Граждане! Произошла авария на молокозаводе с выбросом хлора — сильнодействующего ядовитого вещества. Облако распространяется в северо-восточном направлении. В зону химического заражения попадают…

— Вадим, — крикнул я. — Поехали!

Деменко выскочил из комнаты с каменным лицом.

— Куда?

— За Машкой. Морг накрывает — там этажей мало, ей не спрятаться. И частный сектор вокруг.

Вадим кивнул и бросился открывать дверь — он был здесь не первый раз, знал, как справляться с замками.

Хозяева не успели выйти нас проводить — мы уже неслись по лестнице. На первом этаже из двух открытых дверей квартир доносились слова диктора:

— Населению из помещений не выходить. Закрыть окна, двери, произвести герметизацию квартир. В подвалах, первых этажах не укрываться — хлор затекает во все низменные места. Населению, проживающему в Ленинском районе, немедленно подняться на этажи не ниже шестого. Обязательно наденьте ватно-марлевые повязки, предварительно смочив их двухпроцентным раствором питьевой соды. Сообщите о выбросе соседям. Слушайте наши сообщения.

И после паузы:

— Внимание! Говорит штаб гражданской обороны города…

Когда мы выбежали из подъезда, на улице уже творилось черт знает что. Прямо перед нами дорогу перегородили две машины — от удара их развернуло к тротуару, на асфальте в свете тусклого, закрытого облачной пеленой солнца искрилось битое стекло фар. Мимо нескончаемым потоком бежали люди — кое-кто даже босиком, набросив на себя покрывало вместо одежды.

— В машину, — скомандовал я, прикидывая, как выезжать через толпу.

Только усевшись за руль, я понял, что телефон надрывается всю последнюю минуту.

— Да!

— Ив, ты чего звонок сбросил?

— Я за тобой еду. Мы с Вадимом уже в машине.

— Не вздумай. — Маша закашлялась

— Машка, что такое, уже надышалась?

— Не знаю, пока вроде нет. Просто бегу быстро.

— Жди. Скоро будем.

— Не смей, придурок! Народу куча, пробки. Застрянете.

— Плевать. Я тебя оттуда заберу.

— Муж, не майся дурью, — дышала жена быстро и громко. — Для того чтобы умереть в один день, нужно сперва пожить долго и счастливо. А с этим у нас как-то не сложилось.

— Нашла время юморить! Не брыкайся, мы выберемся.

Порой непробиваемое Машкино спокойствие бесит до крайности. Не зря Вадим тогда не поверил, что с ней может приключиться истерика. Я бы и сам не поверил… если бы не увидел.

— Маша, я все равно должен что-то сделать.

— Твою мать, Ив, я что, замужем за идиотом??! Все, что ты сможешь сделать, — это доблестно сдохнуть, когда облако накроет машину! Забирайтесь повыше и дышите пореже.

— А ты?

— А я сваливаю. Как на ГО учили — перпендикулярно направлению ветра. Может, успею. В общем, пока… если успею добраться до многоэтажки, отзвонюсь.

— Маш…

— Или не отзвонюсь. Муж, давай, не отвлекай меня… Чесать языком на бегу трудновато. Надеюсь, так просто ты от меня не избавишься. Все. Позвоню.

Короткие гудки зазвенели в трубке. Я с минуту тупил, уставившись в боковое зеркало и наблюдая перепуганную бегущую толпу, потом вытащил ключи из замка зажигания и сказал Вадиму:

— Деменко, возвращаемся. Сейчас каждый сам по себе.

Заблокировал двери машины и рысью припустил обратно к дому. Вадим поспешно следовал за мной. На звонок в домофон Марина откликнулась почти сразу — как будто ждала. Когда мы поднялись на второй этаж, Николай уже деловито стучал кулаком к соседям и с легкими матами объяснял, почему им надо открыть дверь, а заодно валить на верхние этажи.

— Сколько у нас времени? — Риторический вопрос. Откуда психиатру и рукопашнику знать? Тем неожиданнее оказался короткий ответ Николая:

— Десять минут!

Он еще чуть подумал и уточнил:

— Двенадцать-пятнадцать. Возможно.

— О как! — ошалело пробормотал я. — Что делать будем?

Николай основательно лягнул дверь соседей:

— Вылезайте, идиоты! Сдохнете у себя в квартире!

Из-за двери что-то неразборчиво ответили.

— Блин, Вадим, ну хоть ты им скажи. Они меня боятся.

— Я бы тебя тоже боялся, — пробурчал Деменко, подходя к бастиону соседей. — Не мешай, дай профессиональному переговорщику поработать. Иди, помоги Марише. Что брать, сам знаешь. Сода есть?

— Найду, — коротко ответил Коля и спокойно, но при этом быстро скрылся в квартире.

Я не стал дожидаться Вадимовых успехов по убеждению и набрал больницу. Гудки, гудки, гудки. Трубку никто так и не поднял. Скорее всего, там сейчас такая неразбериха, что совсем не до трезвонящего телефона. Остается надеяться, что отделение вовремя оповестили. Больница находится слишком близко к центру аварии, у персонала нет возможности медлить. Но как они решат проблему с реанимацией и травматологией? Некоторых пациентов без сопутствующих приборов транспортировать не получится.

Попробовал набрать Машку — после второго гудка сбросила.

Хорошо. Значит, занята. Но жива.

Вызвал шефа, но на десятом гудке меня грубо стукнул по руке Вадим:

— Иван, ты что, рехнулся? Приходи в себя. Потом по телефону потреплешься!

— Я шефу звонил.

Вадим мрачно на меня глянул:

— А ты сам прикинь. Он живет в квартале от молокозавода. Забыл, что ли?

— Бл…! — только и смог сказать я.

— Да. Если успел забраться высоко, то…

— Вадим, у него квартира в пятиэтажке.