Чтение онлайн

Стоп! Он знал! Знал, где Эйприл. В горах, возле озера!

Кир вскочил и забегал по комнате, безуспешно пытаясь найти штаны. Потом увидел, что он их не снимал.

«Но ведь она так далеко!» — Кир опустился на стул. За степью, за городом… А ещё подниматься в горы!

Взгляд зацепился за валявшийся под диваном ховерборд.

«Лететь на нём? Чтобы он внезапно исчез, а я превратился в лепёшку?»

Кир вздохнул…

«Да!» — он сердцем чуял, что Эйприл в опасности. А значит, лететь нужно немедля.

Кир поднял доску, вышел на крышу. Улыбнулся, осознав, что впервые в жизни принял нелогичное решение.

И в первый раз почувствовал себя живым.

Эйприл набрала на контрольной панели центрального шлюза: «1.009809» и поднесла модель глаза.

Экран стал зелёным. Замигали проблесковые маячки, и бронеплита уехала в сторону. За ней оказалась вторая — едва она начала движение, девчонка юркнула в щель и оказалась на горной дороге.

Эйприл подошла к обрыву. Далеко внизу были разрушенные лаборатории в окружении ветряков и развалины небоскрёбов. А далеко-далеко — колыхались в степном жарком мареве контуры Станции.

Она обернулась. Замаскированная под скалу наружная плита была полностью распахнута, а внутренняя почти закрылась. Застыв, Эйприл рассматривала рисунок: три шестёрки по кругу — лепестками цветка, и чёрный дракон, вцепившийся в красного ягуара.

«Красный? Где они таких видели… Хотя, до недавнего времени, я была уверена, что и драконов не существует».

Над рисунком была уже знакомая надпись: «MAYBE-17».

Эйприл подняла взгляд ещё выше, на алые горы.

«Красный снег! Что это значит? Безумие!»

Память, общая на двоих с Маяком, среагировала на вопрос, мгновенно выдав ответ: «Хламидомонада снежная. Водоросль с красным пигментом».

Эйприл пожала плечами.

«То, что на первый взгляд кажется безумным, всегда имеет скучную причину».

Она развернулась и зашагала вниз по разбитой дороге, любуясь первыми жёлто-красными осенними деревьями.

Кир перелетел через залив, промчался над садом и домом смотрителя. Снизился и понёсся над эстакадой маглева. Вдалеке вырастал город.

Под доской мелькали бетонные плиты.

Кир представил, как ховерборд исчезает, а он падает на эстакаду. Как, ломая кости и сдирая плоть, катится по бетону. Стало невыносимо страшно.

Он резко вырулил вправо, пронёсся над степью, лавируя среди полуразрушенных ветряков, и вылетел к обрыву. В этот момент ховерборд исчез.

Только что под ногами была доска, а теперь — только камни.

Пролетев по инерции над обрывом, Кир упал в океан. Удар о воду был столь силён, что на секунду мальчишка лишился сознания. Наглотался воды, всплыл, кашляя и отплёвываясь.

Берег в этом месте был совсем невысокий — метров десять. Не то, что скалы на Станции.

«Вполне можно попробовать вылезти».

Он погреб к берегу. Сзади раздался всплеск — в этот раз ховерборд шатался по невероятности недолго.

«Достать? Не выйдет, он слишком тяжёлый!»

Кир выбрался из воды на узкую полоску камней. Снял и отжал одежду, вылил воду из кроссовок. Снова оделся и полез наверх.

Известняк предательски крошился под пальцами.

«Невысоко, только толку! Тут не залезть!»

Кир задумчиво посмотрел в одну сторону, в другую…

«До Станции недалеко. Возвращаться, переплывать залив, взбираться по лесенке и всё начинать сначала? А Эйприл за это время может погибнуть! Или идти на восток, рискуя не выбраться наверх? Кто знает, что там впереди?»

Риск был не в его характере.

Раньше… Похоже, всё изменилось. Он решительно зашагал на восток.

Солнце прошло зенит и стало спускаться, а стена известняка всё тянулась, изредка становясь то выше, то ниже, но оставаясь всегда неприступной.

Кир всерьёз начинал беспокоится. По его расчётам, он уже должен был добраться до города и выйти на набережную.

Если она, конечно, была… Когда-то давно он уже захаживал в город, но до побережья не добирался.

Кир промокнул пот на лбу рукавом. Солнце палило не по-весеннему, а океанская соль разъедала обожжённую кожу.

Дорогу преградил утёс. Пришлось снова лезть в воду, но выбираясь на берег Кир об этом уже не жалел — за утёсом была долгожданная набережная. Вдалеке виднелся порт с торчащими из воды ржавыми остовами кораблей.

Подняв голову вверх, Кир обомлел. Снежные шапки были не белого цвета, а алые — будто острые пики пронзили небесную твердь, и по склонам потекла, заструилась, кровь.

Мальчишка взобрался по источенным прибоем обломкам плит на прибрежную площадь. Пейзаж поражал: над головой, закрывая полнеба, высились поросшие травой и деревьями остовы небоскрёбов, а между ними, над засыпанными обломками улицами, висели части ажурных эстакад.

Сбивая семена с кустиков засохшей травы, Кир пересёк площадь. Обошёл стороной дискообразное здание, стоящее лишь на центральной опоре-ноге — три других были разрушены. Миновал второе — похожее на поставленную на ребро монету. И зашагал городскому проспекту. Предстояло найти эстакаду маглева, дойти по ней до разрушенных лабораторий и выбраться на уходящую в горы дорогу. Кир понимал, что это будет непросто: улицы были завалены фрагментами зданий и заросли деревьями и кустами.

Углубившись метров на сто, он понял: через центр ему не пройти. Придётся обходить через портовый район.

Он повернул назад.

Эйприл спустилась в долину.

Извилистый горный серпантин распрямился. По правую руку зияли пустыми глазницами выбитых окон руины научных лабораторий. По левую возвышались над лесом исполинские ветряки — покосившиеся, со свисающими обломками расслоившихся лопастей. Меж ветряков стояли огромные «деревья» с конусами солнечных панелей на «ветвях».

Палило солнце, и глаза разъедал пот.

В изнеможении Эйприл села на потрескавшийся тёплый бетон. Вытащила фонарик и положила рядом с собой.

«Может, вообще его выбросить?»

Достала из кармашка кусочек драконьего когтя — всё, что осталось после слияния. Напоминание о том, что прошлое теперь — её неразрывная часть. А значит, оно больше не сможет её преследовать.

Эйприл понимала, что это лишь начало пути. Она вобрала в себя насилие, клёны и страх. Но по-прежнему не понимала, кто же она такая.