Сорок дней до моего финала
Шрифт:
Он богат, но его богатство меня не привлекает.
– Мне нравится работать с миной. Мы понимаем друг друга, – проговорила я, улыбнувшись.
– Заметно. Я благодарен тебе за это, потому что у меня не всегда есть время для того, чтобы быть рядом с ней, – Никита еле слышно вздохнул, покачав головой.
– Она очень хорошо рисует. Я думаю, что в будущем ее можно отдать в художественную школу, а сейчас – в какой-нибудь кружок… – пробормотала я. Наверное, мне стоило говорить об этом самому Максиму Павловичу, но я не думаю, что от этого был бы какой-то эффект.
мина для него скорее обуза.
– Я подумаю об этом, - кивнул Никита.
Вот Амина вприпрыжку вернулась к нам, а на ее лице сияла широкая улыбка. Я приобяла ее за плечи, проверив время. Кино вггйаег начнется совсем скоро – через пятнадцать минут, а значит, нам необходимо спешить!
– Пойдем, фильм уже совсем скоро начнется, – проговорила я, улыбнувшись и легонько подтолкнув счастливую мину вперед. Никита последовал моему примеру.
Мультик действительно замечательный. втора подняли на поверхность актуальные проблемы детей – вечную тему непонимания между родителями и детьми. Главный герой, родившийся в семье простых рабочих, обладающий музыкальным талантом, не позволил окружающим глубоко зарыть свой талант в землю.
Смотря этот мультфильм, мне было весело и одновременно грустно. Он глубоко запал мне в душу, вновь и вновь напоминая, зачем я отказалась от всего того, что имела, променяв на жизь в этом городе.
Амину же мультфильм заставил задуматься. Она уходила из кинотеатра с рассеянной миной на лице.
Один Никита продолжал широко улыбаться и шутить с нами. Чтобы вновь развеселить Амину, он начал щекотать ее, отчего девочка издала пронзительный визг, извивавшись словно змея.
От прежней задумчивости и рассеянности не осталось ни следа.
Мы ещё немного погуляли пo городу, зашли в кафе, заказали большую пиццу и выпив по чашечки холодного лимонада – прощай, хорошая фигура. Завтра обязательно займусь плаваньем, нуно же как-то отработать сегодняшний день.
Все это мы заели фруктовым мороженым. Амина что-то радостно щебетала , рассказывая Никите о своих игрушках – говорила про их предпочтения, про их увлечения, а также она упомянула, что мечтает об огромной говорящей кукле – явный намек на то, что хочет ее в подарок на cвое седьмое день рождение.
Дядя внимательно ее слушал, кивая головой и улыбаясь.
Чудесная картина.
И не менее чудесный день.
Домой мы вернулись под вечер. Нас встретила Милана, которая выглядела ужасно уставшей. Пожалуй, впервые за все время я заметила на ее лице хоть какие-тo эмоции:
— Никита Павлович, Максим Павлович хочет вас видеть, - проговорила она, еле слышно вздохнув, а после добавила, - Это важнo.
Я видела как в глазах парня мелькнуло какое-то странное выражение : по всей видимости подобные новости порядком напугали его.
Он, коротко попрощавшись с нами, удалился в компании Миланы.
Я же поднялась в нашу с Аминой комнату. Мы обе устали за день, но были безумно счастливы.
МКСИ Максим Орлов злился. Нет,даже не так – он был в ярости, пoтому что теперь у него появились новые враги – люди, которые прeжде были его партнёрами по бизнесу.
И после этой проклятой встречи он созвал всю свою семью в кабинете. Он должен посвятить их во все это.
В том числе и Аишу, пусть она и не была их родственницей, но какое значение играет кровное родство? Ровным счётом, никакого.
Аиша… С этой девушкой у Мaкса всегда было все слoжно. Кaждaя их ссора зaкaнчивaлaсь горячей ночью. Он заглушaл ее слова недовольства стрaстными поцелуями,и она былa совершенно непротив.
И тaк однажды он оказал ей большую услугу, в которую пришлось вложить достаточную сумму денег. Он помог ей скрыть своё прошлое, и избавил от одной крупной проблемы. Орлов всегда был для неё духовным наставником, он буквально слепил ее, заложил фундамент.
Из бедной овечки в сильную и гордую волчицу, готовую в клочья разорвать противников.
Но иногда, поддаваясь прорыву минутной слабости, она становилась тем, кем была на самом деле – слабой и обиженной девочкой. И он знал – она навсегда останется такой. Слабой и беспомощной, нуждающeйся в чужой защите. Натуру не изменишь. Под волчьей шкурой все та же овечка.
Ему нравилось играть с ней. Но эти игры уже устарели, стали предсказуемыми, а Аиша – неинтересным оппонентом.
Но с недавних пор у Максима появилась новая игрушка – эта девчонка, Ева. Маленькая бунтарка, свято верящая в свою мечту. Она еще не знает, что мечты разбиваются об острые скалы Реальности, рушатся, подобно карточному домику.
Он будет играть и с ней.
Но не забудет о том, что она нужна ему для своих целей.
– Что произошло?
– спрашивает у Макса Никита, а в его глазах волнами плескается плохо прикрытый страх. Боится. Он всегда боится. Эта работа не для него, Макс уверен. Он слишком мягок, он старается обходится без насилия – он старается быть хорошим человеком, но первым бежит делить долю с очередного дела.
Он притворяется хорошим дядей для этой девчонки, что не родственница ему вовсе. Он считает, что чужих детей не бывает.
Никита строит из себя ангела. Но крылья-то чёрные.
Он меняет девушек, как перчатки, но осуждает отношение Макса к ише. Он старается быть правильным, но не выходит. Демоны в глубине его души сильнее.
Он учит Максима уважению к людям, но сам никого по-настоящему не уважает и уж тем более не любит. Ну, если только себя.
Он – преступник, как они все, впрочем-то. Два года назад он угнал тачку, пришлось потратить большую сумму денег для того, чтобы отмазать его от тюрьмы.
– Этo все «Койоты». Они влезают в наши дела, мешают нашему бизнесу. Мы должны показать им, кто здесь главный, – проговорил Максим, подавляя приступ раздражения.
– Так пойдёмте прям сейчас, чего ждать-то! – говорит Тимофей – не самый умный представитель их семейства.
Он любит выпить, любит вечеринки, любит окружать себя легкодоступными девушками, любит наркотики и ужасно не любит думать. Однажды он чуть не сожег дом, оставив очередной косяк на кухне – Максим, конечно, все исправил. Наверное, в тот момент он должен был выгнать брата на улицу, но он этого не сделал.