Чтение онлайн

— Помоги. Помоги перевернуться, — попросил он, подергал пристегнутой рукой. До него дошло, что это наручники, — зачем?

— А зачем ты на меня напал? — спросила я немного отойдя в сторону, — почему в моей комнате оказался?

— Слушай, помоги перевернуться, — попросил он, — не прикольно носом в кровать лежать и задом к тебе.

— За честь свою беспокоишься? — хихикнула я, — так об этом в камере беспокоиться будешь.

— Ты чего, с цепи что ли сорвалась? — удивился он, — сначала вроде нормальная была, смешная, но нормальная. А сейчас я тебя боюсь.

— Какого ты лешего в моей комнате делаешь? — фыркнула я.

— Так в дверь позвонили, решил, что в спальню то точно не полезут, а в гостиную могут зайти. Я так понял, что менты это были?

— Допустим, — кивнула я, — а в зачем на меня напал?

— Не нападал я. Ты так смешно испугалась, когда подумала, что я умер. Ну, я решил тебя испугать, — объяснил мужчина.

— Значит, ты просто идиот? — взбесилась я.

— Вынужден согласиться с такой формулировкой, — сказал он, — отстегни меня, я не опасный. И кровать твою больше трогать не буду. Уйду на старенький диван. И вкус у тебя отличный! Зачетный ремонтик!

— Ты мне новый плед должен, — сказала я, отстегивая наручники и указывая на пятна крови на мягком белом пледе.

— Договорились, — радостно кивнул он, потирая запястье освобожденной руки.

Он поднялся и отправился на диван в гостиную.

— Не хочу тебя нервировать, — пояснил он, устраиваясь на диване, — хотя, есть огромное желание остаться в твое постельке.

— Тут поспишь, — фыркнула я.

— Опять таки, — начал он, — не хочу тебя нервировать, но скажи, ты в полиции работаешь?

— Да, — кивнула я.

— Ну слава богу, — сделал он серьезное лицо, — а то уж я, когда наручники увидел, подумал, что ты жесткий cеkc практикуешь.

— Придурок, — обиделась я, пряча наручники в сумочку. Хотя, на работе они мне совсем не были нужны.

Я инспектор административно практики в районном отделе полиции. После окончания юридического института, я и несколько моих сокурсников пришли на службы в наш отдел. Я всегда мечтала быть опером, как мой отец. А он всегда считал, что женщине в полиции не место. Я на зло ему поступила в юридический институт. Но с должностью мне не повезло. В следствии и дознании вакансий не было, а в уголовный розыск меня не взяли. Начальник розыска, так же, как и мой отец считал, что оперативником должен быть только мужчина. Поэтому меня назначили на должность инспектора по административной практике. За несколько лет службы я погрязла в бумагах и отчетах и с завистью наблюдала, как работают наши опера.

А старшим опером там был мой однокурсник Руслан Замятин в которого я была тайно влюблена с первого курса. Но Руслан красавчик, а я…. А я обычная: не худая, не толстая, фигура не выдающаяся, разве что волосы красные, длинные, удобно в хвост собирать или шпильками — в глаза не лезут не мешаются. Я даже платья и каблуки носить не умею!!! Очень неуклюжая и нерасторопная! Мама надо мной всегда посмеивается — там где Юлька, там обязательно что-то происходит и не всегда хорошее. Вот и сейчас, угораздило меня так вляпаться. Но надо что-то решать.

— Кто ты? — спросила я мужчину, — Что делал в нашем дворе?

— Я Валерий, — ответил он и обворожительно улыбнулся.

— Тебе лимончиком не угостить? — язвительно спросила я, — не вижу повода для радости. Тебя полиция ищет!

— Уже в курсе? — удивился он.

— В курсе, по твою душу сейчас приходили.

— И что же ты меня не выдала?

— Есть причина, — нахмурилась я.

Ну как бы я ему объяснила, что идиотка, затащила его к себе в квартиру, а теперь не знаю, как это объяснить коллегам. А больше всего надо мной будет смеяться Замятин. Ну нет! А еще этот Валерий такой красавчик. Господи, у меня в голове?

— Рассказывай, Валера, что с тобой произошло? Только предельно честно! — продолжила я.

Он поудобнее устроился на моем стареньком диване, откинулся на спинку, подложив под разбитую голову маленькую подушечку.

— Я встречаюсь с девушкой. Сделал ей предложение. И мы сегодня пошли в ювелирный покупать кольцо. Перемерили очень много колец. А еще она хотела выбрать серьги и цепочку, и браслет.

— Ну, прямо, сорока, — хмыкнула я.

— Ну что ты в этом понимаешь? — снисходительно произнес он, — красивая женщина должна быть дорогой женщиной! Она должна носить бриллианты и золото! Должна быть утонченной и модной.

— Кому должна? — спросила я.

— Ею восхищаются! В нее влюбляются, балуют! — продолжил он.

А какое у него было выражение лица при этом! Он, действительно, по уши влюблен в свою невесту. Интересно было бы на нее посмотреть.

— Так что там дальше то было? — перебила я.

— Пока мы примеряли кольца и выбирали Настене украшения, в магазин ворвались люди в масках и с оружием. Собрали все украшения, нас с Настеной вывели из магазина. Ее затолкали в машину, а меня оставили на улице. Практически мгновенно подъехала полиция. Я пошел им навстречу, думаю, свидетелем буду, надо Настену спасать. Но тут на ступеньках магазина появляется одна из продавцов-консультантов, показывает на меня пальцем и кричит: «Это он! Это он!» полиция за мной, я бежать. Меня догнал полицейский, начали драться, получил удар по затылку, но от мента отбился. Нырнул в ваш двор и свалился у твоей квартиры. Как-то так, — развел он руками, а потом добавил, — А у тебя поесть что есть?

— В смысле поесть? — оторопело спросила я.

— В прямом, — ответил Валерий, — я сегодня только завтракал, а сейчас уже девять часов вечера.

И тут я вспомнила, что на завтрак пила чай и съела один бутерброд с сыром. А пообедать как то не сложилось, не успела. И вчера юез обеда и ужина. Да и в холодильнике, наверно, ничего особо нет.

Я кивнула мужчине, развернулась и пошла на кухню.

Открыла глаза и увидела над собой встревоженное лицо. Надо сказать, очень красивое лицо с правильными чертами лица, прямой нос, четко очерченные губы, аккуратная небольшая бородка и огромные зеленые глаза с пушистыми ресницами. Я молча хлопала глазами, разглядывая его. — Ну, слава богу, — сказало лицо удаляясь от меня, — да у тебя, милочка, голодный обморок.

— Я не Милочка, я Юлечка, — заторможенно ответила я, пытаясь понять, что случилось.

Я лежала на диване в подушках, аккуратно укрытая пледом.

— Что случилось?

— И она еще спрашивает! — всплеснул Валерий руками, — давно голодаешь?

— В смысле?

— На диете давно?

— С чего ты взял?

— Уверен, что какой-то идиот пошутил про твою фигуру.

Мои щеки залились краской. Перед глазами всплыла сцена в кафе, когда я обедала с девочками из секретариата и кроме салата взяла порцию картофельного пюре и котлету. Проходящий мимо Замятин, заметив, мою тарелку пошутил, что с таким задом, какой я отъела на своей админпрактике, опером мне точно не стать. Его опера ржали на всю столовую. После этого я перестала ходить обедать, а от ужина отказывалась, потому что приходила домой поздно.

— Что ж вы, дурочки, всяких козлов слушаете, — вздохнул мой гость, — лежи. Пойду на кухне у тебя похозяйничаю.

У меня не было сил двигаться, кружилась голова, я вздохнула и закрыла глаза. Не знаю, сколько времени я дремала, но очнулась от того, что кто-то тряс меня за плечо.

— Что? — испуганно вскочила я.

— Не «что», — хмыкнул мужчина, — попробуй сесть, пищу принимать будем. И не спорь.

Валерий поставил тарелку с жареной колбасой и глазуньей на стул, и сунул руки по плед. От неожиданности я аж задохнулась. он невозмутимо сунул руки мне подмышки и посадил в подушках. Потом сунул в руки мне тарелку с едой.