Чтение онлайн

— Вовсе нет. — Хоуп высвободила свою руку. — Ты много раз говорил мне, что изменился, но ведь и я не та, что прежде. Почему ты не можешь согласиться с этим?

— Но ведь все любят подарки.

Она вошла в зал. Сверкающие позолоченные люстры и зеркальные стены только усиливали беспокойство. Это не просто подарки, но Пэйс, очевидно, не хочет этого понимать. Он, как всегда, играет по правилам, которые сам же и устанавливает. Решив не обращать внимания на его вопросы, Хоуп перешла к делу:

— Как видишь, этот зал вмещает почти четыреста человек. — Она раскрыла свой ежедневник. — Думаешь, нам это подойдет?

Не отвечая на вопрос, Пэйс вплотную приблизился к Хоуп.

— Не отмахивайся от меня, Хоуп. Мне это очень важно. Я хочу знать, насколько изменилась ты. Скажи мне.

Хоуп закрыла ежедневник и посмотрела Пэйсу в глаза. Раньше, если бы ее ответ не понравился ему, он непременно перевел бы разговор на другую тему, но сейчас что-то в его голосе подсказало Хоуп, что он действительно хочет понять. Она перевела дух и начала:

— Я деловая женщина, Пэйс. Моя жизнь насыщена работой, и я все держу под контролем. А если ты еще не понял, я скажу, что не хочу больше никого ждать, сидя дома без дела.

— Но какое это имеет отношение к моим небольшим знакам внимания?

— Почти никакого, но они являются для меня символом — символом того, чего я хотела в то время, когда мы были мужем и женой. Но это вовсе не значит, что я хочу того же самого сейчас. Мне это попросту не нужно.

Пэйс поднял руку и нежно прикоснулся к ее щеке.

— Ты пытаешься сказать, что больше не хочешь меня? Да? Такие отношения тебе теперь не нужны? — Он опустил руку, ожидая ответа.

От его прикосновения кровь Хоуп стала сильнее пульсировать в жилах, и ей потребовалось время, чтобы прийти в себя.

— Ты хочешь, чтобы я была с тобой откровенна?

— Да.

Хоуп сделала шаг назад, чтобы находиться как можно дальше от магического притяжения Пэйса.

— Мне нравится самой строить свою жизнь и самостоятельно руководить компанией. — Она судорожно облизнула губы. — И в этом смысле мне никто не нужен. — Она взяла в руки ежедневник, намереваясь повернуть разговор в более безопасное русло. — А теперь вернемся к…

— Но ведь рано или поздно ты захочешь, чтобы в твоей жизни появился кто-то. Я прав?

Хоуп прижала ежедневник к груди и, злясь на себя за крамольные мысли, раздраженно произнесла:

— Ни один человек не согласится провести жизнь в одиночестве, не так ли? — Ей казалось, что они идут по зыбучим пескам, и только Пэйс знает, где твердая почва.

— Ты права, — медленно ответил он, не сводя с нее глаз. — Никто не хочет быть один, тем более если знаешь наверняка, что где-то ходит твоя половинка.

Хоуп хотела отвести взгляд, но не смогла. Пэйс гипнотизировал ее — своим голосом, взглядом, воспоминаниями о прошлом, которое было у них общим. И Пэйс это знал.

Снаружи в коридоре кто-то включил пылесос, и Хоуп очнулась, словно с нее сняли заклятие. Она перевела дух, отступила назад и открыла ежедневник.

— Как я уже сказала, этот зал может вместить четыре сотни человек. Ты считаешь, он достаточно большой?

Пэйс еще с минуту смотрел на Хоуп, потом скрестил руки на груди и задумался. Она боялась, что он продолжит тяжелый для нее разговор, но Пэйс, очевидно, взял небольшой тайм-аут, и Хоуп вздохнула с облегчением.

— Скорее всего, столько гостей у нас и будет, — сказал Пэйс. — Но вообще-то мне кажется, что зал этот несколько простоват.

Хоуп обвела взглядом шикарный зал и подумала о бедной Бетани. Ей не стоило пропускать эту встречу.

— В Хьюстоне не так много танцевальных залов, которые могли бы составить конкуренцию этому, — наконец заметила она.

Пэйс вышел на середину зала. Шелковый пиджак подчеркивал широкие мускулистые плечи, на руке блеснули золотые часы, и когда он заговорил, негромко, спокойно, у Хоуп было такое ощущение, словно она с головой ушла под воду, не имея возможности глотнуть хоть каплю воздуха и собраться с мыслями. Она напрочь забыла о Бетани.

— Не знаю, не знаю. Мне кажется, это не совсем то, что нам нужно. Ты не находишь?

Он расхаживал по залу, а мысли Хоуп беспорядочно роились в голове. Наконец Пэйс остановился напротив и вопросительно взглянул на нее.

— Я так не думаю, — ответила она. — Но ты босс — тебе и решать. — Она опустила глаза в ежедневник, пытаясь сконцентрироваться на работе и забыть о взглядах и намеках Пэйса. — Как я уже сказала, есть еще несколько традиционных заведений. Но если тебе не нравится идея проведения приема в танцевальном зале, можно придумать что-нибудь еще. Мне случалось организовывать вечеринки во дворе перед домом, в парках. А один раз мне даже пришлось устроить торжество на пляже. Это было довольно романтично — закат, пылающий костер…

Пэйс посмотрел на Хоуп своими черными глазами и прошелся по залу, не сводя взгляда с многочисленных зеркал. В них отразились тысячи Пэйсов, и тысячи Хоуп затрепетали. Наконец он остановился и посмотрел на нее.

— Ты и впрямь профессионал в своем деле.

Хоуп улыбнулась:

— Ты, кажется, удивлен.

— Нет, просто поражен.

Хоуп закусила губу.

— Мне приходится быть профессионалом, иначе компания разорится. Конкуренция слишком жесткая.

Пэйс подошел ближе, и его лицо оказалось так близко, что Хоуп видела легкие тени от ресниц на его щеке.

— Я и не подозревал, что у тебя бойцовский характер, но ты именно такая. И ты победишь.

Хоуп старалась не чувствовать, не думать, но сердце и разум отказывались ей подчиняться.

— Я делаю свою работу с удовольствием, и это облегчает задачу.

Пэйс провел пальцем по подбородку Хоуп, а затем спустился по шее вниз, туда, где жилка пульсировала под нежной кожей.

— Неправда. Ничто в жизни не дается легко.

— Даже любовь? — вырвалось у Хоуп.

Теплые пальцы лежали на шее Хоуп, и она почувствовала, как по телу разливается теплая волна, зародившаяся где-то внизу живота, и пронизывает ее, словно солнечный луч. А когда Пэйс снова заговорил, его голос усилил ощущение.

— Любовь особенно.

В полдень им пришлось сделать небольшой перерыв, и Пэйс предложил пойти перекусить в небольшое кафе, расположенное на углу рядом с церковью. И только перейдя через улицу, Хоуп поняла, что они оказались рядом с церковью Святого Джона — той самой, где проходило их венчание. Неужели Пэйс выбрал кафе именно поэтому?

Минут десять спустя они уже сидели рядом на каменной скамье, согреваемые ласковыми лучами солнца, пробивавшимися из-за облаков. Прохладный ветерок шумел в ветвях старых дубов, покровительственно склонившихся над их головами, и доносил до них громкие голоса идущих по улице студентов. Перезвон колоколов возвестил о том, что наступил полдень, и на Хоуп снова нахлынули воспоминания.