Чтение онлайн

Словно прочитав ее мысли, Пэйс посмотрел на колокольню и улыбнулся.

— Помнишь, сколько раз он звонил, когда мы венчались?

Она кивнула.

— Отец сказал, что мы перебудили всю округу, но меня это мало волновало. Я всегда хотела, чтобы наше венчание прошло в романтичной обстановке под звон колоколов. — Воспоминания были такими же сладкими, как и глазурь, покрывавшая булочку, которую она надкусила. — Он наконец сдался и сказал, что я могу делать все, что хочу.

— Я слышал, что твой отец умер несколько лет назад. Мне жаль, Хоуп. Ты скучаешь по нему?

Хоуп грустно улыбнулась, щурясь от солнца.

— Да, очень. — Она снова посмотрела на колокольню. — Он был замечательным отцом.

— Ты права. Мне всегда хотелось, чтобы рядом со мной был такой человек. Черт, я был бы рад любому отцу. Да и матери тоже. — Его пальцы сжались в кулаки. — Ты даже не представляешь, как тебе повезло.

Хоуп посмотрела на Пэйса, и по ее лицу пробежала тень. Пэйс никогда не говорил о своем прошлом, пока они были женаты. Единственным напоминанием об этом был звонок от его тети, которая просила денег.

Прежде чем получить чек, тетка успела рассказать Хоуп, что Пэйса и его сестру бросили родители, когда те были совсем маленькими. Пэйс пришел в бешенство из-за того, что Хоуп узнала что-то о его прошлом. Эта тема всегда была запретной.

Она не знала, что сказать, да и не успела, потому что Пэйс снова заговорил:

— Я всегда завидовал тебе, Хоуп. Ты знала об этом?

Она молча покачала головой.

— На мой взгляд, у тебя было идеальное детство, даже несмотря на то, что твоя мать рано умерла. Но у тебя сохранились воспоминания о ней. А у нас с сестрой не было даже этого. В тех домах, куда нас отдавали на воспитание, не было места и для одного ребенка, не говоря уже о двоих.

В голосе Пэйса слышалась такая боль, что у Хоуп сжалось сердце.

— Но мое детство тоже было далеко не идеальным.

— Возможно, — согласился Пэйс. — Но мне оно все равно казалось прекрасным. — Он взял руку Хоуп и погладил ее необыкновенно нежно. — Вот почему я не поверил своим ушам, когда ты согласилась выйти за меня замуж. Я был поражен. Я не мог представить, что такая чудесная девушка согласится выйти замуж за такого, как я.

От изумления у Хоуп перехватило дыхание.

— Пэйс! Я никогда не думала…

— Знаю, знаю. Ты не подозревала, что я чувствую, потому что я никогда не говорил с тобой об этом. — Пэйс сжал ее пальцы, и Хоуп заметила, что они слегка дрожат. — Но ты знала, что я люблю тебя? Ведь знала?

— Да, я знала это, только…

— Ты внушала мне благоговейный трепет, Хоуп, и это было выше любви. — Он покачал головой. — Мне надо было сказать тебе, как сильно ты мне нужна. Но я боялся, что ты сочтешь меня слабым.

— Пэйс, какой ты глупый. — Хоуп помимо воли повернулась к нему и сжала его руку. — Потребность в ком-то — это вовсе не проявление слабости. Это неотъемлемая часть любви.

— Ты права, но тогда я этого не понимал и думал, что должен подняться до твоего уровня. Единственный выход я видел в том, чтобы стать успешным бизнесменом и иметь столько денег, сколько было у твоего отца.

— О Пэйс! — вздохнула Хоуп, а сердце ее разрывалось на части. — Прекрасно, когда человек богат, но для любви это не имеет большого значения.

— Дело не только в деньгах. Я хотел доказать тебе, что могу быть не хуже других, а даже лучше. Что я могу заботиться о тебе, защищать тебя, что могу купить тебе все, что ты только пожелаешь.

Хоуп заглянула ему в глаза и прочла в них тревогу и заботу, которых не замечала прежде. А еще заметила седину в волосах Пэйса.

— Моему сердцу был нужен только ты.

Пэйс взял Хоуп за подбородок, отчего ее сердце бешено заколотилось, и провел кончиком большого пальца по ее губам.

— А теперь, Хоуп? Что теперь?

Пэйс обволакивал ее своими чарами, но Хоуп не хотела ему подчиняться и боролась изо всех сил.

— «Теперь» для нас не существует, — произнесла она. Но такой ответ ей подсказывал разум, а не сердце. — В моей жизни теперь есть только работа.

Глава 7

На следующей неделе Хоуп позвонила Бетани. Она решила сказать ей, что подготовка свадьбы невозможна без участия невесты, но услышала автоответчик. По-видимому, девушки не было в городе, и Хоуп стала нервничать.

В понедельник Хоуп и Пэйс посетили еще три отеля, но ни один из них ему не понравился. Первый оказался недостаточно шикарным, второй — недостаточно вместительным, а третий просто не подошел. Спускаясь по ступеням последнего отеля, Хоуп совсем пала духом.

Она повернулась к Пэйсу. Солнечные блики играли в его волосах и отражались в золотых часах. Каждая деталь его внешности говорила о том, что перед ней удачливый бизнесмен, богатый холостяк. Женщины, проходившие мимо, оборачивались и смотрели на него с явным интересом. Хоуп попыталась сосредоточиться на работе, но работать с каждым днем становилось все труднее, особенно после второго поцелуя. Тогда в кафе Пэйс не обратил никакого внимания на ее слова. Он лишь накрыл ее губы своими, и Хоуп ответила на поцелуй, не в силах справиться с собой.

— Чего ты хочешь? — спросила она, когда они вышли из отеля. — Складывается впечатление, что я чего-то не понимаю.

Пэйс сунул руку в нагрудный карман и достал оттуда солнечные очки. Они полностью скрыли выражение его глаз от Хоуп, и она почувствовала себя крайне скованно, хотя голос его был таким же спокойным и ровным, как и прежде.

— Знаешь, Хоуп, я не совсем уверен. — Он повернул голову, осматривая восхитительную лужайку, раскинувшуюся перед элегантным отелем. — Может, нужно поискать еще.

Хоуп едва сдержала стон. Не может быть! Неужели ей придется потратить еще одну неделю на бесцельное хождение из отеля в отель, постоянно прогоняя от себя мысли о спальнях, расположенных прямо у нее над головой? И снова обедать с Пэйсом и при этом страстно желать его? Она ругала себя последними словами, но ничего не помогало. Она постоянно думала о Пэйсе.

Это открытие потрясло ее. Она ведь не из тех женщин, которые размышляют о мужчинах подобным образом. После развода Хоуп похоронила свою чувственность, набросив на себя маску холодной элегантности. Но всего за несколько недель Пэйсу удалось пробудить дремавшую в Хоуп страсть и заставить ее расцвести пышным цветом. «Я не должна этого допустить, — думала Хоуп, — не должна». И попыталась подыскать более или менее благовидный предлог для отказа.