Чтение онлайн

Но вряд ли любая другая женщина на ее месте чувствовала бы себя иначе. В нем было столько мужского обаяния, которое притягивало, властно подчиняя себе. Тем более что Стефан использовал данное ему природой оружие в полную силу. Быть может, у нее не слишком много опыта, но не заметить, что он флиртовал с ней, мог только слепой...

Дождь все не прекращался. На лужах то и дело появлялись большие пузыри, которые тут же лопались. Порывы ветра мешали идти, сбивая с ног.

Созвучная природе буря бушевала в груди Джулии, буря противоречивых чувств, готовых смести все на своем пути. Не то чтобы в жизни Джулии было мало мужчин, просто ей очень редко... Да нет же, никогда не встречались такие, как Стефан. Но, собственно, чему здесь удивляться?! Хотя Борнмут известный приморский курорт, все же здесь не разгуливают толпами обаятельные страстные французы!

Сейчас она вернется домой и примется за какую-нибудь домашнюю работу. Еще мама говорила, что ничто так не помогает от депрессии и навязчивых мыслей, как обыкновенная уборка квартиры.

Джулия натянула старые спортивные штаны, заляпанные краской, изношенную футболку с надписью "Привет, моряк!" и розовые резиновые перчатки. Наполнив ведро мыльной водой и вооружившись тряпкой, она с воодушевлением принялась за работу...

Молодая женщина уже заканчивала мыть пол в кухне, когда в дверь позвонили.

Она нахмурилась. Непрошеные гости лидировали в черном списке нелюбимых ею вещей.

Дом для Джулии являлся, как для истой англичанки, крепостью, и она не любила, чтобы в него вторгались.

С недовольным видом она распахнула дверь... и остолбенела. Перед ней, улыбаясь, с взъерошенными от ветра волосами, засунув руки в карманы, стоял Стефан.

– К-какая неожиданность, - только и смогла проговорить она.

– Ты действительно никого не ждешь?

Джулия беспомощно развела руками. Заметив, что на ней все еще дурацкие розовые перчатки, она поспешно их стянула.

– Если бы кто-то должен был прийти, я оделась бы по-другому.

Глаза Стефана внимательно изучали Джулию.

Наконец они остановились на веселой надписи на футболке.

– А я уж было подумал, что ты надела эту майку специально для меня.

– Ты же сам сказал, что слишком занят, чтобы плавать на яхте, возразила Джулия, хотя внутри опять все сжалось от непонятного ей сладкого чувства.

Стефан рассмеялся, обнажив ряд ровных белых зубов. Вместе с тем он чувствовал, как напрягается все его тело, и это было неожиданно и досадно. Он давно не мальчик, чтобы женщина производила на него такое впечатление. И все же, когда за ланчем Джулия неожиданно встала и объявила, что уходит, он ощутил странную пустоту в душе.

– Может, пригласишь меня войти?
– спросил Стефан мягко.

Собрав всю волю в кулак, Джулия с непроницаемым лицом поинтересовалась:

– Зачем?

Наступило тягостное молчание.

– Ну, выпить чашечку кофе.

Она прекрасно знала, что кофе как раз не входит в его планы. Они оба знали. Об этом свидетельствовал блеск его агатовых глаз и голос, который стал глуше и чуть дрожал от нервного напряжения.

Джулия могла ответить, что занята. Это правда.

Или что ей необходимо принять ванну. Что тоже правда. И какова будет тогда его реакция?

– Мне нужно принять ванну после уборки.

– Прямо сейчас? Именно в эту самую минуту?

– Ну, не совсем, - согласилась она.

Стефан взглянул на Джулию с любопытством.

– Что ты делала?

– Мыла пол в кухне, - ответила она и не без удовольствия отметила, как любопытство на его лице сменилось удивлением. Уж этого он никак не ожидал услышать!

– Мыла пол?
– переспросил Стефан, не веря своим ушам.

– Ну да, а что удивительного в том, что люди иногда занимаются уборкой?

– Разве у тебя нет домработницы?

– Есть, но она приходит по утрам и не каждый день. К тому же я люблю физическую работу. Это полезно и сосредоточиться помогает.

На все у этой женщины готов ответ! Да, Джулию Стоулс не так-то легко сбить с толку!

Он решил изменить тактику.

– Что, если нам поужинать вместе?

Джулия собралась было сказать, что в девять ей нужно быть в постели, но почувствовала, что лучше про постель не упоминать, так как напряжение между ними возрастало с каждой секундой.

Поэтому ответ ее прозвучал несколько иначе:

– Насчет ужина - проблематично из-за моей работы, если, конечно, это не будет очень ранний ужин. Но я сомневаюсь, что после ланча у Кена и Мегги мы быстро проголодаемся.

Она шире открыла дверь, убеждая себя, что приглашает Стефана только потому, что он когда-то принял в ней участие. И вдруг поняла, как глупо было так долго стоять на пороге. На самом-то деле ей просто не хотелось, чтобы Стефан уходил.

– Ладно, заходи. Так и быть, я сделаю тебе кофе.

Приглашение, на которое он уже и не рассчитывал, застигло врасплох Стефана, и так потрясенного тем, что его предложение поужинать отвергнуто.

Он посмотрел Джулии в глаза. Казалось, они предостерегают.

– Только ненадолго.

– Можешь выставить меня, когда пожелаешь, - ответил он с видом человека, которого еще никто и ниоткуда не осмелился выставить.

Стефан победно захлопнул за собой дверь, хотя и не мог припомнить, когда получить приглашение на чашку кофе ему удавалось с большим трудом.

Небольшая кухня сияла чистотой. Из окна открывался прекрасный вид на море - серое, неспокойное, с бегущими белыми барашками.

– Красиво, правда? И картина всегда меняется, ведь море непостоянно. Что ты чувствуешь, вернувшись сюда после десятилетнего перерыва?

Его взгляд был устремлен куда-то вдаль, то ли на беспокойное море, то ли в далекое прошлое, когда он, совсем еще молодой и беззаботный, впервые очутился здесь.

– Осознаешь, как быстро летит время и что нужно наслаждаться каждой минутой.
– Стефан тряхнул головой, стараясь отвлечься от нахлынувших воспоминаний.
– Симпатичный домик у тебя! Даже несмотря на низкие потолки.

– Спасибо. Это довольно старый особняк. Я прожила здесь всю жизнь.

– Я по-другому себе его представлял.

Джулия поставила чайник на плиту.

– Как же?

– Что-то чересчур современное...

И совсем иначе выглядела женщина его мечты - стильная, роскошно одетая, не в поношенной одежде, испачканной краской, и розовых резиновых перчатках!

Однако в эту минуту Стефан мог думать только о стройном теле, спрятанном под этим старьем, о нежной коже, прикрытой грубой тканью рабочей одежды.