Чтение онлайн

Не могу дышать, глотать или думать. Знаю, о какой боли он говорит, о том, как наш конец затмил все хорошее, что у нас когда-то было. Целую вечность я даже не могла позволить себе вспоминать о хороших вещах с нежностью, только с болью от того, как сильно мне хотелось быть с ним снова.

Слова тихо вырываются из меня.

— Какими ты хочешь нас запомнить?

Его рука на моей ноге сжимается сильнее, пока Шон удерживает мой взгляд, и на краткий миг его глаза опускаются к моему рту. Это похоже на разрешение придвинуться к нему, проникнуть носом в его пространство и прикоснуться губами к его губам.

Хочу. Сделаю. Позволю себе это.

Но его рука перемещается на мою щеку, удерживая на месте. Он не отстраняется, но продолжает прижимать наши лбы друг к другу, наши носы всего на волосок друг от друга.

Несмотря на то, что его хватка сильная, она кажется дрожащей, как будто Шон сдерживает себя. Он делает глубокий вдох, затем медленно выдыхает. Я позволила себе погрузиться в момент с ним, в воспоминания о том, что значит вот так обниматься, чувствовать себя в полной безопасности от всего, что может принести мир.

Несколько мгновений все, что я слышу — стук собственного сердца в ушах, когда он нарушает тишину.

— Вот так.

Он целует меня в лоб, и на секунду я чувствую себя цельной. В считанные секунды все кончено, момент исчез так же быстро, как и появился. Он открывает дверь со стороны водителя, и прохладный порыв воздуха снаружи возвращает меня в настоящее.

Я откидываюсь на пассажирское сиденье и, пока соображаю, как правильно согнуть колени, чтобы перекинуть ноги через центральную консоль, задаюсь вопросом, как ему удалось так легко затащить туда мои ноги. Я не думаю о поцелуе. Клянусь богом, лучше бы я не возбудилась от него. Я пытаюсь не задаваться вопросом, а как Шон… нет. Я не должна даже думать об этом, на самом деле.

Может быть, это и хорошо, что мы не оскверняем машину Лоры. Но также, возможно, она заслуживает этого за то, что сделала.

На самом деле это был не поцелуй, а почти ничто, и все же было похоже на погружение в близость настолько глубокую, что я не могла не ответить на нее.

Шон выходит из машины и потягивается, и, возможно, мне слишком нравится смотреть. Боже, у него всегда были потрясающие руки. И в нем есть такая гибкость, как будто все его суставы немного кошачьи.

Он похож на каждого парня, который был недосягаем, который слишком хорош, чтобы обращать на меня внимание. Но он был моим, ненадолго.

Или, по крайней мере, я так думала, пока не поняла, что на самом деле он никогда таковым не был.

Я смотрю на него слишком долго, и он подходит к машине Лоры с моей стороны. Открывает дверцу и протягивает мне руку, чтобы помочь вылезти. То, как он прислоняется к открытой двери, заставляет все казаться таким простым, непринужденным. Я пару раз моргаю и принимаю его помощь. Не то чтобы она мне была нужна, но, может быть, есть успокоение в том, чтобы чувствовать, как его рука сжимает мою.

И если я продержусь на несколько секунд дольше, чем следовало бы, то буду утешать себя, тем, что делаю все ради чувства завершенности между нами.

Мы заходим в дом Хейзов, и я вижу, что его братья уже в столовой делят пиццу. Лора реквизировала половину пирога с белым соусом, Логан и Эйден уже забрали все кусочки пепперони.

Я слышу Дианну прямо в столовой:

— Лора, не могла бы ты сказать тете Дженни, что она до сих пор не прислала мне ответ на пригласительную открытку. Она не ответила ни на одно из моих сообщений.

— Мы не можем просто предположить, что она будет там? Мама не собирается пропускать свадьбу своего крестника.

— О, я полагаю, — вздыхает Дианна, и когда ее внимание переключается на нас, то это останавливает нас на полпути.

— Мне было интересно, куда ты исчез, — говорит она, переводя взгляд с Шона на меня.

Подозрение в ее глазах немного раздражает. Она всегда тепло относилась ко мне, больше, чем требовалось от делового партнера.

Но то, как она смотрит на нас, заставляет меня чувствовать себя подростком, пойманным после комендантского часа.

Несмотря на то, что она разговаривает со своим сыном, я чувствую необходимость объяснить, что Лора настояла, чтобы мы взяли ее машину, вот и все, что произошло.

Первое реальное напоминание от нее о том, что она никогда не одобряла нас вместе, по какой бы то ни было причине. Мне никогда не приходилось сталкиваться с этим лично, но мне интересно, даже после того, как она узнала меня и была такой дружелюбной, она все равно не одобрила бы нас?

Мысленно провожу такую странную черту.

Не знаю, нравится ли мне то, что они все просто предполагают, что я его бывшая любовница. Или то, что это говорит о нем. И соответствует моим худшим представлениям о нем и подтверждает все те старые обиды.

— Не думала, что мы так сильно отстали, — говорю, делая несколько шагов вперед между мной и Шоном, спеша в столовую.

В надежде не быть одной, я, кажется, только что попала в волчье логово. Они будут продолжать пялиться на меня и Шона, следить за каждым нашим взаимодействием, как в баре, но теперь вместе с Дианной.

Ужин проходит в мучительной тишине. Мы сидим за длинным обеденным столом, между нами слишком много пространства.

— Я слышала, вы пятеро ходили в «Пяную черепаху», — говорит Дианна после нескольких минут, когда единственным звуком являлось жевание.

— Мальчишник Логана, — объясняет Лора.

— О… Хорошо, — Дианна кивает, явно больше занятая своим мысленным списком. — Еще многое предстоит сделать. Мы должны закончить с рассадкой гостей. И, Эйден, тебе все еще нужно найти что-нибудь из одежды. Ты можешь взять Шона с собой, когда поедешь в город. Логан, мне нужно твое мнение о бутоньерке.

Возможно, в ее глазах у нас с Шоном есть неозвученная история, но мы все здесь как часть команды по планированию свадьбы. Приятно, что происходят более важные вещи, чем моя драма с Шоном.

Логан тихий. Думаю, обычно он всегда такой.

— Скоро у нас в доме будет много гостей, — продолжает их мать, выглядя готовой возложить на нас все дополнительные обязанности.

— Надеюсь, нападения волков их не отпугнут, — бормочет Шон, прерывая ход этих мыслей.

Его мама смотрит на него. Я вижу, как сжимаются ее челюсти, пока она пытается придумать, как ему ответить.