Чтение онлайн

Ее сердце тоже учащенно бьется? Мое, кажется, работает все быстрее и быстрее с каждым проходящим мгновением. Это гремит у меня в ушах, и мой мир, кажется, сжимается до ее рук на моем члене и биения в моей груди.

Но потом… Я слышу это.

Низкий, пульсирующий гул, исходящий из моей груди.

Резонанс.

САММЕР

Привязанность к Варреку сводит меня с ума в этот день. Может быть, дело в том, что он связан и беспомощен в моих объятиях. Может быть, дело в том, что я «похищаю» его. Может быть, это из-за его милых-пресладких слов я таю быстрее, чем мороженое в пустыне, но клянусь, я вот-вот вылезу из кожи вон, если он скажет мне еще хоть одну сексуальную вещь. Я уже плотно сжимаю бедра, и мои соски твердеют под туникой.

Я чувствую себя взволнованной, дикой и… пульсирующей. Это самая странная вещь на свете.

— Резонанс, — говорит Варрек приглушенным голосом. — Такой подарок.

Я не понимаю, о чем он говорит. Он… ему грустно, что он не получит дара резонанса, если не пойдет спасать новичков?

— Что ты имеешь в виду? Ты хочешь пойти, чтобы найти отклик? — А как же я, держащая руки на его члене?

Он смеется, извиваясь в своих путах.

— Нет. Сам-мер. Прислушайся к своей груди. Прислушайся к своему кхаю. Послушай мой, если ты его не слышишь.

Что… о.

Ох.

Я не чувствую беспокойства или нервозности. У меня… у меня вошь пульсирует. Мы вступили в резонанс.

— О, Варрек! Это случилось с нами!

— Да. Мое сердце поет вместе с моим кхаем. — Он снова извивается в путах, а затем рычит, обнажая зубы. — Сними это с меня. Я хочу прикоснуться к тебе.

Я кладу руки на кожаные веревки, намереваясь сделать так, как он говорит, но я вся взволнована и разгорячена осознанием того, что это значит. Резонанс. У нас.

Дети грудного возраста.

Мы… вместе. Навсегда.

Дети грудного возраста.

Мои дети с Варреком. Мы станем семьей.

Я издаю тихий радостный визг и подпрыгиваю, держась за его переднюю часть.

— Варрек! Мы нашли отклик!

Он посмеивается над моим счастьем.

— Я знаю, сердце мое. А теперь сними с меня эти путы, чтобы я мог заявить, что ты моя. — Его смех затихает, а взгляд становится странно напряженным. — Я хочу наполнить тебя своим семенем.

О, ничего себе. Я плотно сжимаю бедра, но между ними совершенно скользко. У меня вырывается сдавленный стон, и я забываю обо всем на свете, кроме как прикасаться к нему.

— Предполагалось, что ты будешь моим пленником, — говорю я ему. — С чего бы мне освобождать тебя? Мне так весело. — Моя вошь бурно мурлычет, заставляя меня чувствовать себя взволнованной и затаившейся… и возбужденной. Неужели все так себя чувствуют, когда у них начинается резонанс? Эта сильная потребность в сочетании с дрожью, как будто ты развалишься на части, если не прикоснешься к другому человеку прямо сейчас, сейчас, сейчас?

Если это так, то неудивительно, что вокруг резонанса такой шум. Неудивительно, что это так разрушительно, когда происходит не с тем человеком. Неудивительно, что это так пугает. Я чувствую, что потеряла всякий контроль над тем, кто я есть, потому что за какую-то минуту я превратилась из Саммер в вечную пару Варрека и будущую мать. Я также перешла от игривого возбуждения, когда прикасалась к нему, к дикому возбуждению и полной потребности. Мой пульс начал учащенно биться прямо между бедер, и я чувствую, что если мы не займемся сексом в ближайшие несколько минут, я могу потерять самообладание.

Он рычит, явно придерживаясь того же мнения, и снова натягивает путы.

— Отпусти меня.

— Отпустить тебя? — Боже милостивый, неужели этот хрипловатый, чувственный голос мой? — Я испытываю искушение поступить с тобой по-своему.

Он застывает на месте, и, клянусь, я вижу, как его глаза темнеют от вожделения. Ого, ему нравится эта идея.

О боже, и мне тоже.

— Наклонись и поцелуй меня, — шепчу я.

Он делает это, его губы касаются моих. Пока мы целуемся, я хватаю его за штанины спереди и развязываю шнурки на набедренной повязке, стягивая ее. Его член вырывается на свободу, и я задыхаюсь от прикосновения к его обжигающе горячей плоти. Я провожу пальцами по гребням, бесконечно очарованная ими. Я никогда не думала, что что-то подобное может иметь большое значение, но когда он входит в меня, я чувствую каждую его частичку, и это умопомрачительно.

Его дыхание с шипением вырывается сквозь зубы, и на этот раз он наклоняется и прикусывает мою губу.

— Освободи меня, — бормочет он.

— У меня есть идея получше, — говорю я ему. Я запускаю пальцы в его леггинсы и стягиваю их вниз по его большим мускулистым бедрам. — Как насчет того, чтобы ты сел, а я заползла к тебе на колени?

Его приглушенный стон говорит мне, что ему нравится эта идея почти так же сильно, как и мне. Грациозно он опускается на колени, а затем снова опускается на меха, которые я расстелила на полу специально для такого случая. Он устраивается поудобнее, а затем садится на задницу в мехах, скрестив ноги перед собой. Его член приподнимается с колен, готовый и блестящий от предэякулята.

Все это время моя вошь жужжит и поет, как будто хочет, чтобы все племя услышало, что происходит между нами. И песня Варрека такая же громкая, его песня немного тише моей, но не менее настойчивая.

Затаив дыхание, я снимаю с себя кожаную одежду, наслаждаясь тем, как он наблюдает за мной. Он выглядит голодным, как будто съест меня живьем, если я подойду еще ближе. С другой стороны, я знаю, на что способен его рот, так что, возможно, это не неточное утверждение. На мгновение я подумываю о том, чтобы опрокинуть его на спину и сесть ему на лицо, как распутная шлюшка, но у кое-кого требовательный член, и кто я такая, чтобы разочаровывать? Я отбрасываю в сторону остатки своей кожаной одежды и делаю шаг вперед, обнаженная. Он все еще сидит прямо на мехах, верхняя часть его тела полностью связана моими веревками, а нижняя обнажена, если не считать ботинок. Это было бы довольно забавно, если бы я сейчас не была так возбуждена. Ничто не имеет значения, кроме того, чтобы он был внутри меня. Ничего.

— Я люблю тебя, — говорю я ему, затаив дыхание, падая на колени и придвигаясь ближе, обнимая его за шею.

— Мое сердце, — бормочет он, пристально глядя на меня. — Моя пара.

— Твоя, — говорю я ему, и я говорю это искренне. Такое чувство, что все, что произошло, было предназначено для того, чтобы сблизить нас. Как будто мы два человека, которые больше всего подходят друг другу во всем мире — в нескольких мирах. Может быть, мне действительно пришлось покинуть Землю и отправиться на другой конец галактики только для того, чтобы встретиться с ним. Это справедливый компромисс.

Он прикусывает мою губу.

— Забирайся на мой член, мое сердце.

О, были ли когда-нибудь такие грязные слова такими сексуальными? Я стону, прижимаясь к нему и делая так, как он просит. Немного неловко закидывать ноги ему на бедра, но он хорошо знает мое тело, и его лицо — и язык — были на каждом его дюйме. Не нужно смущаться, по крайней мере, когда мы вдвоем. И то, как он смотрит на меня? Я самое сексуальное создание в мире, и он дает мне это понять. Поэтому я беру его член в руку и направляю к своему отверстию, прижимая головку к своей сердцевине. Затем медленно, очень медленно я опускаюсь на него.

Мы оба затаили дыхание, когда я двигаюсь на нем. Все напряжение в моем теле нарастает так быстро, что мне кажется, я кончу еще до того, как он полностью заполнит меня.

Но затем я полностью насаживаюсь на него, и его шпора упирается в мой клитор. Мы сидим лицом к лицу, моя грудь прижимается к его груди, и это легко ощущается как самое интимное объятие, которое у нас когда-либо было.

Этот момент особенный. Удивительный. Интенсивный.

Идеальный.

Он снова целует меня.