Чтение онлайн

— Ты сказал, что многим в стае нужны пары. Может быть, когда ты приведешь меня на гору, я встречу их всех и тогда решу…

Моя голова резко дернулась назад, когда он рукой вцепился в мои волосы.

 — Ты моя! — прорычал он.

Его глаза полыхали золотистым светом, я застыла, пульс участился. Он крепче сжал мои волосы, вся нежность исчезла.

 — Если ты убежишь, я догоню тебя. Если станешь сопротивляться, я одолею тебя. Раздразни меня, и я уложу тебя в постель, буду шлепать и возбуждать снова и снова, пока ты не охрипнешь от выкриков моего имени.

Он прижался губами к моим губам и притянул меня к себе, снова и снова терзая поцелуем. Мои колени подогнулись, когда жар вспыхнул между нашими телами, оживляя каждое нервное окончание. Пальцами он проник под подол моего короткого платья, а затем в мою влажную плоть. Я выгнулась дугой, мои крики поглотил его безжалостный рот.

Я обмякла в его объятиях и едва заметила, как он отнял свой рот и притянул меня к твердой груди.

— Не испытывай меня, Хейзел. Я использую всю свою силу, чтобы заставить тебя признать, что ты моя. 

Кнут

Ближе к вечеру я умылся в ручье. Моя голова все еще болела от напряжения, вызванного сопротивлением зову альфы. У меня заканчивалось время.

Весь день Хейзел молчала. Не хотел пугать ее, но мой самоконтроль был на пределе. Я еле сдерживался, чтобы не наброситься на нее, повалить на землю и глубоко в нее погрузиться. Я бы трахал ее жестко и долго, пока она не забыла бы обо всем, кроме ощущения, что мы одно целое.

Она заслуживала сильного партнера. Я был сильнее большинства живых существ на земле, но не настолько силен, чтобы ее отпустить.

Перед тем как вернуться в хижину, я отогнал от себя образы предстоящей женитьбы.

Буря утихла, но день все еще был холодным, не по сезону холодным для середины лета. От запаха дыма на ветру мне стало не по себе. Ходячие мертвецы не смогут пересечь реку, но у их короля может быть и другое оружие.

Скоро нам предстояло вернуться в безопасное место на горе. Держаться далеко от стаи безрассудно и опасно. Узы стаи помогали контролировать зверя. Но я не мог встретиться лицом к лицу со своими братьями-воинами, пока полностью не заявлю права на свою пару.

Меня всегда уважали в стае, я достаточно сильный, чтобы устоять в одиночку, когда другие уступали ярости берсерка. Берсерки вроде Лейфа и Брока образовывали между собой братские узы, чтобы помочь друг другу контролировать ситуацию. Они делились бы всем, даже парой.

Я никогда не связывался с другими воинами. В помощи я не нуждался и радовался этому, потому что не потерпел бы, чтобы кто-то другой прикасался к Хейзел. Но одинокий волк — это мертвый волк. Слишком длительное одиночество, и зверь навсегда завладеет моим разумом. Избегая стаи, сопротивляясь зову альфы, я рисковал жизнью Хейзел и своей.

Я должен найти способ добиться этой женщины. Должен убедить ее, что она моя, пока не стало слишком поздно.

Я зашагал к хижине. Хейзел сидела в погребе и выбирала, какие овощи можно съесть.

— Хейзел, — проревел я. — Зайди.

Она подбежала ко мне, держа в руках картошку. Мое сердце и член подскочили, как в тот момент, когда я впервые увидел ее. Она выглядела здесь, как дома: волосы заплетены в толстую косу, гладкая загорелая кожа говорила о многочасовой работе под солнцем.

Возбуждение вспыхнуло в ее запахе, когда она приблизилась ко мне. Ее сердце билось так же громко, как и мое.

Она так хорошо на меня реагировала, что сдержанность превращалась для меня в чистейшую пытку.

Ее щеки пылали ярким румянцем, когда она остановилась на пороге.

— Я ухожу на охоту, — сказал я ей. — Ты останешься в доме.

Она кивнула, не желая перечить мне после нашей последней порки. Я завоевал ее подчинение поцелуем, но не выиграл войну.

Я отошел в сторону, чтобы она могла войти в хижину. Она не поднимала глаз, пока я не схватил ее за подбородок и не приподнял его.

— Если будет какая-то опасность, я быстро вернусь. Ты будешь слушать моим приказы.

— Да, сэр.

— Хорошо.

Я наклонился ближе, наполняя легкие ее восхитительным ароматом. В моих штанах запульсировал член, и я издал рычание. «Иди в дом», — послал эту мысль ей в голову, проверяя новую связь между нами. Она, наверное, услышала, потому что юркнула в хижину и захлопнула дверь.

Я задержался, борясь со зверем, ведь так легко было сорвать дверь с петель и взять Хейзел.

Я хлопнул ладонью по стене хижины, заставив ту содрогнуться. Зверь внутри меня подкрадывался, чуя мою слабость. Сколько часов, сколько дней пройдет, прежде чем он вырвется на свободу?

Заставив себя отойти, разделся и превратился в волка. Я поохочусь до темноты и вернусь с охапкой добычи. Ничего так не скажет ей, что я стану хорошей парой, как дар из мертвых кроликов.

Жизнь была проще в шкуре волка.

Несколько часов спустя, довольный результатами своей охоты, я пошел по приятному запаху домой. Женщина, должно быть, подбросила в огонь каких-то трав, потому что дым приятно пах.

Я нашел время помыться в ручье и разделать пойманную дичь. Охота оказалась долгой и успешной. Зверь пока успокоился.

Большая летняя луна освещала мне путь, когда шел через сад к хижине. Я остановился, чтобы взять несколько веточек травы, которые хорошо сочетаются с мясом кролика. После превращения из волка в человека у меня на плечах осталась еще одна большая белая шкура. Еще один подарок для Хейзел. Волку нравилось, что она просыпается в окружении его запаха.

Она встретила меня в дверях с раскрасневшимися щеками, почти сияющими в лунном свете. Я бы упал на колени и поклонился ей, как богине, если бы не держал в руках кроликов.

— Кнут, — выдохнула она. Под цветочным дымом ее запах был слегка окрашен страхом.

Мои инстинкты вернулись к жизни.

 — Что случилось? Где опасность?

— Нет никакой опасности, — покачала она головой, но ее била дрожь. Я подошел, чтобы взять ее на руки и поругать за то, что не может согреться, но она резко отпрянула. — Не прикасайся ко мне.

— Почему? Все в порядке?

— Ничего особенного. Просто моя… болезнь. Она приходит и уходит вместе с луной, — она сложила руки перед собой и умоляюще посмотрела на меня. — Ты должен отвезти меня обратно в аббатство.