Спасительница Зейна
Шрифт:
– В любом случае, мы должны отработать эту ниточку.
Соглашаясь, Куин кивнул.
– Я отдам мобильный Томасу. Может быть, ему удастся вытащить какую-нибудь информацию с чипа, если сможет разобраться в этом беспорядке.
– Стоит попробовать. У тебя получиться уговорить его посмотреть телефон, не говоря для чего?
Зейну крайне не хотелось, чтобы Служба Личной Охраны выяснила, в каком дерьме он увяз сейчас. Кроме того, это личное. И ничего общего не имело с В.С Л. О.
– Он задолжал мне услугу, поэтому не станет задавать вопросов.
– Тогда сделай это.
Зейн завел двигатель.
Даже после того, как Зейн высадил Куина, голова у Портии шла кругом. Она поняла, насколько до сих пор её жизнь была защищена, потому что, хотя и предполагала, что ее отец, как и любой вампир, имел врагов, и приходилось прятаться от людей, она никогда не оказывалась близка к опасности, которую Куин только что избежал. И с которой Зейн может столкнуться лицом к лицу.
– Кто-то пытается тебя убить?
Зейн искоса посмотрел на нее, прежде чем перевести взгляд на дорогу и сбросить скорость.
– Этот не первый.
– Но почему? Что ты ему сделал?
– С чего вдруг я что-то сделал?
До Портии дошел смысл его слов.
– Ох. Тогда, что они им от тебя нужно?
– Ты не хочешь знать.
– Хочу.
– Позволь мне перефразировать: это не твое дело.
Несмотря на замечание, голос у Зейна был спокойный.
– Что случилось с наемником, про которого упоминал Куин?
– Я не должен был брать тебя с собой.
– Это не ответ. Так, что с ним случилось? Ему удалось сбежать?
– Она не успокоится, пока не узнает, что происходит.
– А как ты думаешь?
– с вызовом спросил он.
Под свитером по ее рукам пробежали мурашки. Инстинкт ответил на вопрос.
– Ты его убил.
– Это тебя шокирует?
Она сглотнула и обдумала его слова. Она была шокирована? Испытывала отвращение? Страх?
– Нет.
Полностью ошарашенный таким ответом, Зейн на нее посмотрел.
– Я убил его, не задумываясь. И сделал бы это снова.
– Если ты пытаешься напугать меня, то не получится.
Черт возьми, почему? Почему она не боялась, что, раз Зейн может так легко убить кого-то, то с такой же легкостью мог бы причинить ей боль? Разве она не достаточно злила его, чтобы усомниться в его гневе? Разве этого для нее мало, чтобы быть с ним осторожной?
Когда он фыркнул про себя и сконцентрировался на пробках, Портия скользнула ладонью по его бедру. От ее прикосновения его мышцы сразу напряглись.
– Черт, Портия, прекрати.
Она не могла. Ее тело горело от осознания того, что он в опасности, заставляя действовать еще более решительно.
– Ты причинишь мне боль, если не послушаю тебя?
– Портия заметила, как сильно он стиснул зубы, словно пытаясь отогнать невидимую боль.
– Ты можешь остановиться где-нибудь и запереть двери. Нас никто не увидит. Окна тонированы. Никто никогда не узнает, что мы сделали.
Зейн ударил по тормозам и остановился у обочины. Глаза Зейна стал красными. Обхватив руку Портии, он убрал ее со своего бедра.
– Ты играешь с огнем, Портия. Когда ты вобьешь себе это в голову? Я - жестокий убийца, и мной нельзя управлять. Ты не хочешь меня.
– Хочу, - прошептала она, игнорируя бешено колотящееся сердце и участившийся пульс. Ей как никогда хотелось закричать, но последний оставшийся клочок гордости не позволял ей этого сделать.
– Не стоит, крошка. Я плохой человек.
Его взгляд полный грусти разрывал ей сердце. И всякий раз, когда Зейн называл ее "крошкой", что-то внутри таяло, даже если это было не ласковое, а унизительное прозвище, которым он ставил ее на место.
Инстинктивно, она подняла ладонь и потянулась к его лицу, желая прикоснуться к его щеке и показать, что он тоже заслуживает любви. Но Зейн оказался слишком быстрым, он отпрянул и завел хаммер. Она сошла с ума, но теперь, когда Портия узнала, что Зейн в опасности, у нее возникло непреодолимое желание его защитить. Конечно же, это глупо. Ведь он был телохранителем и защищал её, а не наоборот. Кроме того, он не нуждался в ее помощи. Его грубое поведение было явным признаком того, что Зейн хотел держаться от нее подальше.
– Мы можем прокатиться?
– Для чего?
– возразил он.
– Я пока не хочу возвращаться домой. Чувствую себя там взаперти.
– Понимаю.
Удивленная его ответом, она посмотрела на него. Может быть, они не были такими уж разными. По сути, оба одиночки. И хотя ее не преследовал убийца, но над головой нависло время, которое утекало сквозь пальцы. Пять недель до ее дня рождения и дня, когда ее тело примет свою окончательную форму и уже никогда больше не изменится. У нее был выбор: подстричься или оставить волосы, какие они сейчас, стоит ли потерять в весе фунт или два, все это вдруг показалось таким тривиальным.
– Каково это, когда тебя обращают?
Портия родилась уже наполовину вампиром, но для вампира, такого как Зейн, который когда-то был человеком, это должен быть другой опыт.
Костяшки рук Зейна побелели, когда он крепче сжал руль.
– Чистейший ад.
Сердце Портии инстинктивно сжалось.
– Мне жаль.
– Почему?
– Слышал когда-нибудь о сострадании?
Мог ли он принять, что она сожалеет о боли, через которую ему пришлось пройти? Которую она хотела облегчить?
Зейн проигнорировал ее замечание.
– Я выжил. Но они заплатили за это.
– Заплатили?
Портия затаила дыхание, не зная, хочет она знать или нет.
Зейн бросил на нее косой взгляд.
– Люди, которые обратили меня.
– Их было несколько?
Она не совсем понимала.
– Целая группа. Сейчас они мертвы, все, кроме одного.
– Затем Зейн встретился взглядом с Портией и продолжил: - Я убивал их одного за другим, медленно и мучительно.
У Портии перехватило дыхание, а сердце неровно забилось. Она хотела что-то сказать, но ни единого слова не слетело с губ. Он убил людей, которые обратили его. Людей?