Чтение онлайн

– Речь пойдет о моем задании.

Самсон поднял руку.

– Дальше не продолжай. Мы уже проходили это. И решили, что тебе на некоторое время требуется работа с минимальным стрессом и риском, пока все не закончится, и пока мы не будем уверены, что...

– Не об этом речь. Мы не должны были брать это задание.

Самсон ошеломленно на него посмотрел.

– Что? Слушай, Зейн, только потому, что ты не в восторге от этого задания, не...

Зейн снова перебил босса.

– Мы не должны были брать его, потому что поступаем с этой девушкой неправильно.

Самсон сузил глаза.

– Ты подвергаешь сомнению мое решение и решение Габриэля?

Зейн шире расставил ноги.

– Да.

– Объяснись.

– Ты хоть представляешь, что попросил ее отец нас сделать?

Самсон стиснул челюсть.

– Если тебе нужны разъяснения помимо тех, что в твоем вводном файле, я более чем счастлив, объяснить тебе это снова: она неустойчивая девушка, которая скорбит о своей матери и закатывает истерики. А мы следим, чтобы она не навредила себе.

– Чушь собачья!
– выпалил Зейн.
– В это ее отец пытается заставить нас поверить. Это все ложь.

Самсон оттолкнулся от стола и выпрямился.

– Надеюсь, у тебя есть доказательства.

– Отец Портии пытается держать ее подальше от мужчин, чтобы у нее не было шансов потерять девственность до ее двадцать первого дня рождения.

– Не может этого быть.

Зейн практически видел, что происходит в голове Самсона. Как отец гибридной дочери, он сам знал, что это значит. И, нахмурив брови, Зейн понял, что Самсон никогда не будет навязывать такую судьбу своей дочери. Он удостоверится, что она потеряет девственность задолго до того, как ее тело пройдет окончательную трансформацию, даже если ему придется самому выстраивать в ряд потенциальных любовников.

– Никто бы так не поступил со своей дочерью.
– Голос Самсона был тверд, когда он провел рукой по своим густым, черным волосам.

– А он поступает.

– И откуда ты это знаешь?
– Нетерпение промелькнуло в карих глазах Самсона.

– Она сказала.
– Обстоятельства, при которых он это узнал, не касались Самсона. Черт возьми, это никого не касалось, кроме его и Портии.

– Вот так просто?

– Она пыталась сбежать, а, когда я ее поймал, все мне рассказала.

Ну, это была практически полностью правда. То, что они целовались в первый раз той ночью, не имело никакого значения. Правда по-прежнему была правдой.

– Интересно, - размышлял Самсон.
– А тебе не приходило в голову, что она пытается манипулировать тобой этой душераздирающей историей?

Конечно, Портия манипулировала им, но не так, как подозревал Самсон. Она пыталась заставить его переспать с ней. И, черт возьми, он этого хотел.

– Она не манипулирует мной.

– А я думаю, с тобой играют.

Зейн чертыхнулся.

– Никто не играет со мной! Разве ты не видишь, что он пытается с ней сделать? Ей будет двадцать один через пять недель, и она останется девственницей. Ты действительно хочешь, чтобы это было на твоей совести?

– Я знал, что у тебя много качеств Зейн, но никогда бы не подумал, что доверчивость одно из них. Ты должен знать больше о молодых девушках. Она подросток и сделает все, чтобы обойти правила отца. Будет лгать, придумывать истории, чтобы вызвать твое сочувствие. Черт, вот почему мы выбрали тебя для этой работы: потому что ты не проявляешь сочувствие, когда кто-то рассказывает слезливую историю.

– Это не слезливая история. Ее отец обрекает ее на девственную жизнь. Ты хоть представляешь, что это для нее значит?

– Избавь меня от лекции на эту тему. Я в курсе, что это значит. И знаю, что ни один здравомыслящий отец не хотел бы такого для своей дочери. Он любит ее. Все, что он пытается сделать, это защитить ее от самой себя.

– ЛОЖЬ!

Самсон начал выходить из себя.

– Отлично. Хочешь знать, откуда я знаю, что она тебе врет?

Он обогнул стол и открыл ящик. Мгновение спустя папка упала на стол.

– Открой, третья страница.

Колеблясь, Зейн сделал шаг и потянулся за папкой. Он медленно открыл ее на третьей странице. Он просмотрел заметки. На полпути его глаза остановились.

"Одна из ее любимых лживых историй - утверждать, что она девственница, и ее отец пытается помешать ей, потерять девственность", читал Зейн.

– Нет...
– Зейн покачал головой. Неужели она ему солгала? Выдумала все это, чтобы завоевать его симпатию и заставить его переспать с ней? Она была какой-то нимфоманкой, которая не могла устоять перед каждым мужчиной?

Нет, он не мог в это поверить. Для начала, ее поцелуй был таким невинным. Ее реакция на него была искренней.

– Теперь ты мне веришь?
– спросил Самсон.

Только потому, что это было написано черным по белому, не означало, что это должно быть правдой. Но он больше не противоречил Самсону. Самсон ошибался, они все ошибались насчет Портии. Он знал ее гораздо лучше, видел ее слезы, когда она рассказала ему о своей судьбе. Зейн заглянул глубоко в нее и увидел, что не было ни притворства, ни лжи в ее словах.

– Она не стала бы мне лгать.

Затем он повернулся и вышел из кабинета Самсона, не обращая внимания на голос босса.

Самсон бросил взгляд на часы на тумбочке. На дворе полдень.

– Я знаю, что тебя это беспокоит, - тихо сказала Далила и села.

Один из недостатков кровной связи: твоя пара знает, когда что-то не так, и когда он не мог спать, Далила тоже не могла.

– Прости, милая, - сказал он и повернулся к ней, обнимая ее.
– Но что-то тут не так.

– Думаешь, у Зейна есть основания так говорить?

– Нет. Ты не хуже меня знаешь, что ни один отец не поступил бы так со своей дочерью. Ты знаешь, что я бы не стал.

Она улыбнулась ему, и Самсон почувствовал любовь.

– Я подозреваю, что ты проверишь любого парня, который приблизится к Изабель?

Самсон усмехнулся.

– Уж не сомневайся. Но как только ей исполниться восемнадцать, ее ждут очень интересные предложения. И ему лучше быть с ней нежным, а иначе оторву ему голову.

Далила поцеловала его в щеку.

– Что, действительно, беспокоит тебя в том, что сказал Зейн, если ты не веришь, что он прав?

– Дело не в том, что он сказал, а в том, как он это сказал. Как будто знал что-то, чего никто не знает. Далила, он поверил ей. Зейн не из доверчивых, или кого легко обмануть. Там что-то случилось. Он не был таким холодным и равнодушным, как обычно. Он был увлечен этой проблемой.