Чтение онлайн

— Нет, Нарина, боевых магов готовят для защиты Империи, и они обязаны уметь контролировать свои эмоции. Ты всего лишь показала, что Яраон не достаточно сдержан для того, что бы стать полноценным боевиком. Он излишне эмоционален для этого, а потому этот год без магии будет ему хорошим уроком.

Милара кивала в такт его словам и, видимо, решила закрыть эту тему.

— А пойдёмте сегодня вечером в трактир, отметим ваше возвращение!

— Не выйдет, — глухо отозвалась я.

— Мы наказаны, и по вечерам будем заняты, я ещё неделю, а Нари месяц, — ответил за нас обоих Ид.

— Что за наказание? — полюбопытствовала Ми.

— Я буду чистить конюшни, а она клетки животных в лаборатории.

Ведьма неожиданно расхохоталась.

— Принц сусликов чистит конюшни, да от такого заголовка ни одна газета не откажется! — радостно воскликнула она.

Идан, как ни странно, поддержал её веселье, а я поддалась общему сумасшествию и вскоре мы смеялись все вместе.

— А вы смотрите на это как на приключение, — отсмеявшись предложила подруга, — Ты побыл сусликом, а Нари безродной девочкой без памяти.

— Да, ещё чуть не стала жертвой ритуала, — вот эту часть произошедшего я никак не могла увязать с весёлыми приключениями.

— Ну, для лишения тебя невинности уже есть кандидат, так что скоро тебе будут не страшны такие ритуалы, — подшутила надо мной Ми.

Идан её поддержал, а я густо залилась краской. Нахлынувшие с новой силой мысли о Трое заставили грустно вздохнуть.

Пока болтали, Ми уговорила Идана поучаствовать в одном эксперименте, а точнее проверить, меняется ли поведение и привычки человека после того, как он долгое время провёл в теле животного. Экспериментальным путём выяснилось, что мой кузен в совершенстве овладел искусством художественного свиста, и мог насвистеть любую мелодию. Ми долго истязала его, даже пыталась заставить поесть овса, но Ид благоразумно отказался, хотя я и заметила, как он украдкой положил одно зёрнышко в рот и с упоением его разжёвывал… Интересно, стоит рассказать ему про суслиху, или не стоит травмировать неокрепшую психику младшего драконьего принца?

* * *

В первый день мы пропустили занятия, потому что прибыли когда они уже подходили к концу, а вот наказание начиналось с дня прибытия, поэтому я угрюмо брела по аллее к узкой тропке, которая должна была вывести меня через парк к лаборатории. А ещё предстояло прочесть кучу пропущенных учебных материалов, и то, что задала нам Альма перед отъездом. Ведь она сто процентов устроит нам мини-экзамен по пропущенному. С такими нерадостными мыслями я и подошла к месту отбытия наказания. Добралась я до небольшого здания с огромными окнами довольно быстро, и даже без приключений.

Тяжёлая дверь звучно скрипнула, словно сообщая о моём приходе, и из подсобки появился седой невысокий гном, с длиннющей бородой.

— Здравствуй, наказанная, — с хитрой улыбкой поприветствовал он.

Я улыбнулась в ответ и тоже поздоровалась.

Следующие два часа я без устали чистила клетки незабвенных сусликов и морских свинок. Потом добрый гном напоил меня чаем и даже угостил вкуснейшим мясным пирогом.

— Осталось только почистить крысиные клетки, — сообщил он.

Хорошо, что сказал про крыс гном после того, как я доела пирог, потому что мой страх перед этими грызунами нельзя было даже описать. Это был даже не страх, а самый настоящий ужас, но я мысленно твердила себе, что это необходимо, в этом и есть суть моего наказания. Поэтому сделав последний глоток чая, медленно поплелась к клетке. Гном улыбался. И чему только радуется?

— Боишься их? — спросил он.

— Немного, — соврала я.

— Они не страшные, — Баркли поднялся с места и подошёл ко мне, — Вот это Томас, — он указал на огромную серую крысу, которая активно грызла прутик решётки, — А это его любимая Майя, — он указал на второго, не менее противного, грызуна, — Они тебя не обидят.

И так убедительно гном это говорил, что я почти поверили, если бы не жёлтые зубы Томаса, которые упорно пытались прогрызть металлический прут…

Я печально вздохнула. От страха стало душно и тяжело дышать, и я сняла свитер, оставшись в рубашке. Наконец я решилась подойти к клетке и кое как пересадила противных грызунов в другую на время чистки. Гном, как ни странно, не уходил.

Более того, он внимательно смотрел куда-то в район моего декольте, что несколько смущало. Ещё пару раз поймав взгляд старого гнома на своей груди, я разозлилась.

— Что вы там разглядываете? — зло спросила я.

Хотя зачем спрашивала? И так ясно, что можно пытаться разглядеть под рубашкой у молоденькой студентки! Когда гном потянул руку к тому самому месту, на которое с таким интересом смотрел, меня передёрнуло, и я неловко попятилась. Но вместо того чтобы лапать меня за грудь, гном подцепил пальцем цепочку с медальоном.

— Интересная вещица, — сообщил он, не обращая внимания на моё удивление.

— Это подарок, — ответила я, вырывая кулон из рук гнома и запихивая за пазуху.

Дался им всем этот кулон! Всё равно никому не отдам, пусть даже не надеются! Это единственное звено, которое связывает меня с Троем.

Гнома мои слова ошарашили. Это было видно невооружённым взглядом. Он часто моргал и с удивлением смотрел на меня.

— Подарок? — словно надеясь на то, что ослышался, переспросил он.

— Да. А в чём собственно дело?

Гном напрягся.

— Дело в том, что я знаю мастера, выполнявшего заказ на изготовление этого медальона, вот и спросил, — ответил Баркли и — соврал.

Вот зуб даю, что соврал! С чего бы ему так удивляться тому, что это подарок? Да и про мастера он уж очень неуверенно ответил, будто сочинял на ходу. Но решила не расспрашивать, если гном соврал, значит правды он мне уже не скажет.

— И кто нынче делает такие подарки? — сам пошёл на диалог гном.

— Да так, знакомый, — отмахнулась я.

Гном громко рассмеялся.

— Кто бы ни был этот твой знакомый, вероятно, он тебе очень доверяет, — почему-то сообщил гном и, не оставив мне возможности продолжить разговор, скрылся в подсобке.

Я продолжила нервно чистить клетку, размышляя о медальоне. Даже крысы перестали вызывать у меня ужас и отвращение. Что такого особенного в этом кулоне? Трой просит его вернуть, Милару он обжёг, а гном уверяет, что даривший мне доверяет… Ничего не понятно, но от чего-то тревожно.

Ровно в десять вечера я радостно отбросила тряпки и начала собираться в общежитие. Гном проводил меня до двери и напомнил, что ждёт меня завтра. Я торопливо выбежала из лаборатории и быстрым шагом пошла по тропке. Не то что бы идти через парк было жутко, всё же ещё не было слишком темно, да и голоса студентов слышались отовсюду, но добраться до комнаты хотелось скорее, поэтому шагала я довольно быстро. Смотрела исключительно под ноги, но внезапно что-то привлекло моё внимание. На территорию ИМИ через невидимую границу проходили студенты, а привлёк меня человек, полностью укутанный в тёмный плащ, так, что не было видно даже лица. Я проводила взглядом веселящихся студентов, явно возвращающихся из трактира, и незнакомца, и вышла на аллею.