Чтение онлайн

— Берем. Что еще есть?

Изучив брошюру вдоль и поперек, они остановились на шахматах, бальных танцах, фехтовании и настольном теннисе. Что ж, на утро Василине будет что предъявить вожатой. А затем мозолить ей глаза в паре с Глебом.

Прежде чем уйти, Глеб помедлил и спросил:

— Я тебя не видел на ужине. Ты тоже не успела поесть?

— Ну типа, — уклончиво ответила она, не став вдаваться в подробности, что самовольно пропустила ужин из-за плохого настроения.

— Я только котлету надкусил, а меня из-за стола выдернули, — пожаловался он и многозначительно подмигнул: — Но у меня с собой санкционка.

— Санкционка? — переспросила Василина.

— В лагерь же нельзя проносить ничего съестного, чтобы не травануться или не объесться сладким. Поэтому любая еда кроме столовской — санкционка.

— И что же ты припрятал?

Глеб улыбнулся тому, что смог заинтересовать Василину:

— Бабушкины пирожки с самыми разными начинками. Она столько напекла, будто мне предстояло ехать не пять часов, а пять суток, — он сунул руки в карманы джинсовых шорт: — Вот подумал устроить себе скромный пикник после отбоя. Не хочешь присоединиться?

Василина вздернула бровь:

— Предлагаешь нарушить сразу два лагерных правила: не ложиться спать и поесть санкционки? Я в деле!

— Тогда встречаемся, когда вожатые закончат обход. Я постучу в окно, будь готова.

С этими словами Глеб скрылся за разросшимися кустами мальвы, а на лице Василины просияла глупая счастливая улыбка.

Закрыв окно, она вздохнула, стараясь избавиться от напряжения, и взглянула в зеркало. Ей хотелось надеть что-то такое, чтобы Глеб не мог отвести от нее глаз. Ее выбор пал на легкое белое платье с цветочным принтом. Оно идеально подходило для летнего вечера и создавало романтичный образ.

Платье подчеркивало ее талию и свободно падало до колен. Покрутившись у зеркала, она бросила взгляд на окно и поняла, что платье все же придется вернуть обратно в шкаф. Ей же предстояло перелезть через подоконник и спрыгнуть с окна, а потом еще как-то забраться обратно в комнату. А светить нижним бельем под платьем — явно не то, чем она хотела приковать взгляд Глеба.

Придирчиво изучив гардероб, Василина остановилась на юбке-шортах и нежно-лавандовом топе с короткими рукавами-фонариками. Поскольку кроссовки не успели высохнуть, Василина выбрала сандалии на высокой подошве, а щиколотку украсила тонким браслетом-цепочкой с подвесками в виде полумесяцев.

Вышло практично, удобно, мило и несколько романтично. То, что нужно для запретного пикника.

С прической пришлось повозиться. Сперва Василина хотела заплести французские косы, но быстро отказалась от этой идеи — они превращали ее в шестиклашку. Затем она решила сделать кудри, но они у нее никак не выходили. После весенних каникул Василина совсем перестала заморачиваться с прическами и растеряла навык. В конце концов ей удалось соорудить подобие непринужденных локонов, которые она дополнила тонким ободком с цветами.

Оставалось только дождаться встречи с Глебом.

После отбоя он, как и обещал, коротко постучал в окно. Василина тут же отбросила одеяло и, подлетев к нему, распахнула створки. Женька тихо пожелала:

— Хорошего вечера!

Смущенно улыбнувшись в ответ, Василина повернулась к Глебу. Тот вытянул руки, чтобы помочь ей вылезти через окно. Она очень хотела, чтобы это вышло элегантно, но в итоге просто перевалилась через подоконник и упала как мешок картошки. Глеб подхватил ее, не дав грохнуться на землю. У Василины сперло дыхание от того, как он прижимал ее к себе.

Они пересекли территорию лагеря короткими перебежками, пригибаясь под окнами и прислушиваясь к шорохам. Добравшись до озера, они перевели дух. Глеб вытащил из рюкзака плед, который стащил с кровати, и расстелил его. Василина скинула сандалии и устроилась рядом с парнем, бросая голодные взгляды на пирожки.

Глеб нисколько не преувеличил, когда сказал, что его бабушка напекла пирожки с самыми разными начинками. Первым Василине попался с луком и яйцом — этот вкус ассоциировался у нее с детством, летом и окрошкой. Мама неизменно пекла такие пирожки именно к окрошке. Следующий оказался с мясом и картошкой. Откусив, Василина тут же перенеслась в осенние каникулы, вспоминая Казань и традиционные татарские эчпочмаки и элеш. Бабушке Глеба стоило отдать должное — готовила она отменно.

— Ой, а тут нет начинки, — удивилась Василина, обнаружив пустой пирожок с невидимой сладостью внутри.

— Это пирожок с воздухом, — пояснил Глеб.

— С воздухом? — переспросила она.

— Когда я был маленьким, у нас в один период не было денег. Бабушка выкручивалась как могла и придумала пирожки с воздухом. Внутрь теста она клала сахар, в духовке он таял и получались «пустые» сладкие пирожки. Потом с деньгами все наладилось, а я продолжал просить пирожки с воздухом.

— Тебя воспитывала бабушка? — поинтересовалась Василина и тут же пожалела, что не прикусила язык. Возможно, для Глеба это была больная тема.

— Можно сказать и так, — кивнул он, — Родители постоянно на вахтах. Уезжают то на три месяца, то сразу на полгода. Сперва меня отправляли жить к бабушке, а потом поняли, что будет проще, если она переедет жить к нам, а свою квартиру будет сдавать. Вот так и живем.

— Они по разным вахтам ездят или прямо вместе?

— Вместе. Папа работает с нефтью, а мама в столовой. Поэтому папа всегда говорит, что даже на вахте всегда питается домашним.

Этому Василина удивилась еще больше, чем пирожкам с воздухом. Ее папа любил задерживаться на работе, чтобы не возвращаться домой, а у Глеба все наоборот.

— А мои недавно развелись, — поделилась она, впиваясь зубами в пирожок с морковкой и изюмом. — Но это даже к лучшему. Дома стало спокойнее.

Они проговорили до поздней ночи, обменивались историями и шутками, забывая обо всем, кроме друг друга. Небо над головой сияло звездами, а воздух пьянил своей свежестью и цветочным ароматом.

— Знаешь, — сказал Глеб, глядя на отражение луны в озере, — иногда мне кажется, что такие моменты вечны. Как будто время замирает.

Василина улыбнулась, подтянув колени к подбородку. Рядом с Глебом ей было легко и комфортно. Не нужно было никого из себя строить, притворяться, пытаться увлечь. Она и подумать не могла, что с кем-то другим — не Робертом — могло быть так хорошо. Будто они знакомы по меньшей мере с пятого класса.

— А у тебя есть какая-нибудь мечта? — неожиданно спросила она и разоткровенничалась: — У меня всегда была мечта путешествовать. Увидеть мир, открыть новые горизонты. А у тебя?

Глеб задумался. Он всегда предпочитал что-то приземленное и реальное, но сейчас, под звездами рядом с Василиной, его мечты начали распускаться, как цветок папоротника.

— Я тоже хочу где-нибудь побывать, — признался он. — Меня тянет к местам, где можно увидеть что-то необычное. Например, вулканы, наскальную живопись или старинные замки. А тебе куда больше всего хочется?