Чтение онлайн

— Вулкан, — прошептала она, вспомнив имя, как только исчезла угроза неминуемой гибели.

Она только и сумела, что кивнуть в ответ.

Его сыновья сразу подошли к нему, и она заметила, что легендарные воины обменялись словами на непонятном ей диалекте. Подобная близость показалась странной Ренски. Она никогда еще не видела космодесантников в такой обстановке, почти на отдыхе. В мирной ситуации. Теплота в их общении говорила о множестве перенесенных вместе невзгод. Это, да еще помятая броня, свидетельствовало о долгом пути, приведшем их на древнюю землю Терры.

Потом она вспомнила о толпе. Присутствие богоподобного существа повергло их в благоговейный восторг, но теперь оцепенение прошло, и они вновь устремились к стене. Зияющий пролом открывал путь в пределы Рубежа Жалобщиков. А дальше, еще за одной стеной, находился Город Просителей. Страх и мощный инстинкт выживания побуждали к действиям.

Сыновья окружили Вулкана, но людской поток просто обтекал их.

Остановить его Ренски и ее силовики не могли даже с помощью примарха и трех легионеров. Удержать людей за стеной было невозможно. Она увидела нескольких своих коллег, погребенных в груде обломков. Одно из тел принадлежало Гете, и Ренски почувствовала горькое сожаление от того, что после долгих лет службы его настигла здесь смерть.

Но неотложные задачи прервали ее размышления. Она повернулась к толпе и, увидев, что снова началась давка, взяла в руку шоковую палицу, намереваясь замедлить поток.

— Стойте! — крикнула она в вокс, подключив передатчик к громкоговорителям. Ее голос загремел на весь Рубеж. — Остановитесь и соблюдайте порядок!

Толпа замерла, и Ренски удивленно умолкла.

— Я и не думала, что это сработает, — растерянно пробормотала она.

Ей ответил глубокий, раскатистый голос.

— Есть не менее мощный стимул, чем твой призыв, — сказал Вулкан, махнув рукой в сторону пролома. — Я думаю, именно они стали причиной остановки.

Ренски повернулась и увидела фалангу воинов в золотисто–желтых доспехах, выстроившихся перед проломом.

Они все–таки пришли. Но не по просьбе Гете. Они пришли за ним.

Имперские Кулаки.

Зитос насторожился, увидев сыновей Дорна.

— Почему они направили на нас оружие? — спросил Гарго.

— Не на нас, — ответил Зитос, но от уточнения воздержался.

Поспешность сейчас не привела бы ни к чему хорошему.

Вулкан, завидев перед собой стену прорывных щитов, встал впереди Змиев.

— Сохраняйте спокойствие, мои сыны. Нас не приглашали и не ждали, кроме того, мы пришли в тяжелый для Терры час.

— Тем больше причин радоваться твоему возвращению, владыка, — возразил Гарго.

— Они не верят, что это действительно он, — пояснил Абидеми.

Вулкан ничего не сказал. Он направился к лидеру Имперских Кулаков. Нагрудник воина украшал черный череп, увенчанный изумрудным лавровым венком. На плечах, под черными сжатыми кулаками блестели серебряные молнии, а спину покрывал черный плащ, отороченный мехом ледникового льва. Хускарл, один из самых преданных охранников Дорна. Его красные ретинальные линзы неотрывно следили за каждым движением Владыки Змиев.

Толпа притихла. Одного вида сорока болтеров в руках личной гвардии Дорна было достаточно, чтобы усмирить любые попытки мятежа.

— Ты говоришь от имени Дорна и этих людей? — спросил Вулкан лидера Кулаков.

Этот воин был единственным, кто не держал оружие наготове. Одна его рука лежала на рукояти церемониального меча, висевшего в ножнах на бедре, а вторая замерла поблизости от болт–пистолета.

Вулкан был не настолько сердит или горд, чтобы объяснить, что выхватить пистолет он все равно не успеет. Но его братья… Он не сомневался, что способен вынести сорок болтерных выстрелов, но не мог сказать того же о своих сыновьях.

— Ответь мне, легионер. Я знаю, что мой брат наказал отнестись ко мне с уважением. Или ты считаешь меня мертвецом, наваждением или обманщиком?

— Я не знаю, чему верить, — наконец признал воин, хотя и грубоватым тоном, как было принято в Седьмом.

Сыновья Дорна всегда отличались такой же стойкостью и непоколебимостью, как и стены, которые они охраняли. Их надежность восхищала Вулкана, хотя кое-кто пренебрежительно укорял их в недостатке воображения.

— Разве ты не слышал? — Улыбка примарха была искренней, но горьковатой от грусти. — Вулкан жив.

Воин опять не ответил. Он, как и его люди, стоял на страже. Но все оружие было направлено только на Вулкана, о толпившихся людях никто не думал. Они уже не представляли угрозы. К пролому, окруженному золотисто–желтой броней, никто не осмелился даже приблизиться.

— Я бы очень хотел поговорить с твоим отцом, — сказал Вулкан. — Полагаю, он сам направил тебя сюда. И, вероятно, даже сейчас наблюдает за нами. Рогал узнает меня. Узнает, как только увидит. Мы ведь родственники. А пока мы ждем решения моего брата, может быть, ты снимешь шлем, чтобы мы посмотрели друг другу в глаза, как подобает воинам? И не скажешь ли мне свое имя, чтобы я не называл тебя просто легионером?

Небольшая пауза свидетельствовала о нежелании воина, но затем он все же заговорил:

— Я Архам.

Вулкан улыбнулся, хотя его взгляд стал более внимательным.

— В таком случае давай поприветствуем друг друга как боевые братья, поскольку во время Великого крестового похода мы сражались вместе.

Воин, назвавшийся Архамом, поднял руку и снял шлем, зашипевший пневматическими защелками. На Вулкана смотрел молодой горделивый воин. Его лицо, несмотря на юный возраст, уже отметили морщины, говорящие о постоянной бдительности.

Примарх нахмурился:

— Ты не он. Не Архам.

По лицу воина пробежала тень:

— Я ношу его имя в память о нем.

Вулкан понимающе кивнул:

— Я скорблю о его гибели, как скорблю обо всех благородных сынах и братьях, павших в этой войне.

Архам промолчал, но суровый взгляд говорил, что он разделяет чувства примарха.

— Если ты и есть Владыка Змиев, как тебе удалось выжить? Как ты добрался до Терры?

— Ответ на твои вопросы займет много времени, но, если коротко, мне помогли воля моего отца и храбрость моих сыновей.

Архам хотел сказать что–то еще, но, вероятно, получил сообщение через вокс–бусину, вставленную в ухо.

Он слушал, а Вулкан ждал, хотя и недолго. Спустя несколько мгновений Архам повернулся и подал знак своим воинам.

— Пройдешь только ты, владыка, — сказал он и снова надел шлем.

Зитос готов был возразить, но Вулкан жестом успокоил его, а потом ненадолго вернулся к своим сыновьям.

— Не нравится мне это, отец, — сказал Зитос, подозрительно поглядывая на Имперских Кулаков.