Чтение онлайн

— Как кто? — раздался позади голос Анны. — Продолжайте мысль, Глеб Яковлевич, я внимательно слушаю.

— Простите, я что-то с утра не в себе, — пробормотал Глеб, приглаживая волосы. — Вы меня искали, так я весь в вашем распоряжении.

— Я вижу, — Анна поджала губы. — Амбре от вас такое, что не промахнусь, сказав, будто вечер у вас удался, и это начинает входить у вас в привычку. Завязывайте, Глеб Яковлевич, покуда матери не написала.

— Не надо матери, — попросил Глеб, прикидывая, что будет, если старушка приедет в Парогорск и не опознает в нём родного сына. — Больше не повторится.

Добавил он, а про себя подумал, что больше и не на что.

— Сделаем вид, что я поверила, а теперь быстро за мной. Нам надо узнать новости из прозекторской.

Как обычно Анна резко развернулась и поспешила по коридору, стуча каблуками. А Глеб, словно нерадивый студент, поплёлся следом.

Спустившись по ступеням в полуподвальное помещение, Анна подошла к дверям обитым железом и стукнув пару раз, замерла в ожидании.

— Кто там, входите! — послышался знакомый голос.

Глеб потянулся, чтобы открыть перед дамой дверь. Но Анна не стала ждать подобной милости и сама отворив её перешагнула порог.

— Казимир Иннокентьевич, это мы, — крикнула она, проходя в зал.

Глеб, зайдя следом, ощутил озноб. Но вовсе не от холода, витающего в воздухе, а от того, что у стены стояли грубо сколоченные столы, на которых лежали мертвецы, накрытые рогожей.

— Мы что, в морге? — почему-то зашептал он.

Анна удивлённо взглянула на него, но ответом не удостоила. В этот момент из боковых дверей вынырнул старичок и Глеб признал в нём врача, который оказывал ему помощь в госпитале.

— Вы? — изумился он. — А как же больница?

— О, я смотрю, память вас уже не подводит, — усмехнулся Айболит, поправляя шапочку на лысой макушке. — Что же, всё верно, я и тут работаю и в госпитале практику имею. Очень удобно, знаете ли, руки всё время при деле, — он пошевелил пальцами. — Анна Витольдовна, счастлив видеть вас в этой скорбной обители. Я так понимаю вы к библиотекарю?

— Всё верно. Вы как всегда проницательны, — кивнула Анна. — Есть что-то новое?

— Ничего, — вздохнул врач. — Тело настолько подверглось старению, что теперь я одинаково могу дать ему как сто, так и тысячу лет. Кроме тех отметин, что вы указали в бумагах, прочих касаний не выявлено.

— А ударов прижизненных или посмертных? — Анна нахмурилась.

— Ничегошеньки. Впрочем, можете сами взглянуть. Я как раз с ним закончил, — он сделал пригласительный жест и Анна прошла вперёд него в комнату. Глеб не спешил, потому замыкал процессию.

Мумия убитого смотрителя книг лежала на железном столе. Глебу в глаза бросились железные сцепки, скрепляющие верх черепа с остальной частью. Отвратительный шов от горла до паха, рвущий тёмными нитями и без того тонкую кожу.

Глеба замутило от такой картины и он ощутил, что выпитое вчера требует выхода сегодня, даже прямо сейчас. Зажав рот ладонью, он кинулся к ведру, стоявшему у стены, но увидев лежащие в нем кишки, не сдержался и склонился рядом.

Но и на этом его злоключения не закончились. Опираясь свободной рукой о стол, он случайно задел чью-то холодную руку и поверх тошноты на него нахлынули чужие эмоции. Падая в посмертную тьму, Глеб ощутил, как женщина ненавидела себя и одновременно боялась, ощутил липкое отвращение и острую боль.

— Да что с вами такое, Глеб Яковлевич? — контакт с трупом исчез и мир перед глазами начал проясняться. — Который день меня позорите!

— Простите, я не нарочно, — прохрипел Глеб, утирая губы и чувствуя горечь во рту. — Правда, простите.

— Видимо нагрешила я где-то, что бог мне вас послал, — не успокаивалась Анна. — Извините, Казимир Иннокентьевич, зря я его с собой привела, только грязь вам тут развели.

— Молодые люди нынче шибко чувствительны, — усмехнулся доктор и Глеб ощутил, как он подхватывает его под локоть. — Идёмте-ка, голубчик, угощу вас волшебным снадобьем.

— Ну и голубчик, право слово, — заявила Анна. — Пусть так мается, может станет ему, дурню, наукой.

— Ну, раз начальство против, то я умываю руки, — извинился врач, но всё же помог Глебу дойти до выхода из морга. — А так, будет время, заходите в гости, глядишь, пообвыкнете.

— Обязательно, — буркнул Глеб, сгорая от стыда.

Анна мелькнула мимо него, не забыв одарить ледяным взглядом, и Глеб, который раз проклял тот час, когда он попал в этот мир и в это тело.

Анна Витольдовна шла молча и Глеб понадеялся, что её гнев миновал, но оказалось, он жестоко ошибался. Едва они вышли в рабочую часть участка, где за столами сидели сыщики и сновали городовые, как Анна повернувшись к Глебу громко произнесла:

— Вы позор для нашего отделения. Столь бестолкового и никчёмного подчинённого у меня еще не было. Не знаю, что с вами делать в дальнейшем, а покамест, пойдите вон с глаз моих, — она сжала кулаки, будто сдерживаясь, чтобы не стукнуть его.

— Куда вы его, зелёного? — хохотнул Кузьма Макарович, который как раз зашёл в комнату, держа кружку чая в руках.

— Пока что к Андрею Егоровичу. А потом посмотрим, — откликнулась Анна и мужчины одобрительно загудели, как если б Глеб находился на арене гладиаторов и сейчас публика решала его судьбу, опустив палец вниз.

Привлечённый шумом из отдельного кабинета, выглянул давешний очкарик и Анна Витольдовна тут же взяла его в оборот:

— Вот, Андрей Егорович, помощник вам, не знаю на что сгодится, но вы уж сами придумайте. Хоть бумажки пусть с места на место перекладывает. А у меня сил нет его больше видеть. — И, не дожидаясь ответа аурографиста, Анна покинула помещение.

Глебу ничего не оставалось, как зайти в кабинет ботаника и закрыть за собой дверь.

— Да уж, да уж, — вздохнул Андрей Егорович и, вытерев о брюки руку, протянул её Глебу. — Будем знакомы, Андрей.

— Глеб, — откликнулся тот, осторожно пожимая протянутую ладонь.

Конечно же, едва он прикоснулся к аурогрофисту, как тут же ощутил его неуверенность и стеснительность, а ещё нечто похожее на веру в лучшее, но уж больно смутно.

— Вы меня так по имени и зовите, — улыбнулся Андрей. — Мы же с вами, почитай, братья по несчастью, вы тоже не угодили Анне Витольдовне?

— Не то слово, — согласился Глеб.

— Вот и я, вот и я, — повторил ботаник, поправляя очки. — Вы вот присаживайтесь, мне и впрямь сегодня помощь понадобится, надо заметки сделать по отснятым аурам, так что давайте я вам диктовать стану, а вы пишите.

— Еще бы я знал, что писать, — почти простонал Глеб. — Андрей, послушайте, воды у вас не найдётся?

— Воды? Минуточку. — Аурографист исчез за дверью и вернулся с графином и гранёным стаканом. — Вот, пожалуйте, понимаю ваше состояние, — улыбнулся он.