СевастопольВ черном дыме тонет,В каждую траншеюДым проник.Капитан ТолстойНа бастионе,Граф ТолстойЗадумался на миг.Знает —Тишина взорвется скоро,Знает —Ровно через шесть минутВ контратакуБросит волонтеровОнНа неприятельский редут.Загорланят,Надрывая душу,Глотки иноземных батарей…Подошел, слегка сутулясь,Тушин,И глядит, прищурясь,Князь Андрей.Честь и доблесть предков —В наших генах,О РоссииПули пели мнеНа Отечественной,На Священной,На Освободительной войне.СевастопольскимГорящим летомВ контратакуПоднимал солдатЛишь вооруженныйПистолетом,Наспех перевязанныйКомбат.
1981
«На печаль я наложила вето…»
На печальЯ наложила вето,Предаваться ейМне ни к чему.Захлебнусь в степиПолынным ветром,Сердце к выжженной землеПрижму.Ах, земля!Опять, опять я с нею —Прижимаюсь,Словно на войне.Не забытьЛегенду про Антея —От землиНе оторваться мне.Снова,Словно прячась от снаряда,Зубы сжав,Ей падаю на грудь…Родина! Любимая!Ты рядом,Рядом с сердцемВ трудный час побудь!
1981
«Я так грущу…»
Я так грущуПо тем комбатам юным,Знаменам,Отпылавшим на войне.А ты заделЛишь ненароком струны,ПрикосновеньяЖдавшие во мне.Одна судьба,Одни воспоминанья,Один, уже ушедший,Лучший друг…Наш поздний путьБыл вычислен заране —Могла ли миноватьЗаветный круг?Нет, ничегоНе в силахИзменить я,И сердце рветсяПопусту мое.Там, на войне,Не думая о быте,Там, на войне,Царило Бытие.Была я глупой девочкойКогда-то,Опять люблю,Как в восемнадцать лет,Но не тебя —Люблю того комбата,Которого давноНа свете нет…
1981
«Убивали молодость мою…»
Убивали молодость моюИз винтовки снайперской,В бою,При бомбежкеИ при артобстреле…Возвратилась с фронта я домойРаненой, но сильной и прямой —Пусть душаЕдва держалась в теле.И опять летели пули вслед:Страшен бытПослевоенных лет —Мне передохнутьХотя бы малость!..Не убилиМолодость мою,Удержалась где-то на краю,Снова не согнулась,Не сломалась.А потом —Беды безмерной гнет:Смерть твоя…А смерть любого гнет.Только я себя не потеряла.Сердце не состарилосьНичуть,Так же сильноУдаряет в грудь,Ну, а душу яВ тиски зажала.И теперь ведуПоследний бойС годами,С обидами,С судьбой —Не желаюНичему сдаваться!Почему?Наверно, потому,Что и нынеСердцу моемуВосемнадцать,Только восемнадцать!..
1982
Ветераны
Нас войнаСвоей накрыла тенью,Словно «мессершмитты»Батальон,И приговорилаК бюллетеням…Душно —Снова воздух раскален,Вновь проклятой кисточкойПо горлуНачинает щекотать болесть,И опять приходится покорно,Как в сугробы,В простыни залезть.Ночи напролетКолотит кашель,Ночи напролетОгнем горю.«Да, нас мало,Но ведь мы в тельняшках», —СверстникамС усмешкой говорю.«Мы еще поборемся,Солдаты,Мы еще продвинемся вперед.В нашей жизниБыл и сорок пятый,А не толькоСорок первый год!»
1982
«Старуха, ровесница века…»
Старуха, ровесница века,В одну из торжественных датСидит в помещении жэка —Впервые пришла на доклад.Раздумье в слезящемся взоре,Глубоко вздыхает онаО том, что в стране СальвадореСейчас полыхает война.Сном вечным солдатским почилиТри сына старухи подряд…Потом о стране КампучииСоседи вокруг говорят.Подкована бабка не очень,Про страны те слышит впервой.Но помнит горячие ночиДалекой второй мировой.Она вот осталась на свете,А мальчиков — мальчиков нет…Глаза обжигает ей ветерДымящихся огненных лет.
1982
Фашисты
Не модерняг убогие потуги —Их восхищалиБаховские фуги.Они любилиДеток и супруг,Их умилялиКиски и голубки —Тех нелюдей,Что под раскаты фугЕвропу загонялиВ душегубки.Германия Бетховена и Гете,Германия Освенцима и гетто…Понять немыслимо, ей-богу,Как моглаСо светом так перемешатьсяМгла!..
1982
«Играет весенний гром…»
Играет весенний гром,А в памяти вновь встаетГорящий аэродром,Израненный самолет.Не веря глазам, глядитПехота —Взмывает ввысьНа смерть,на таран,в зенитМалыш «И-15 БИС».Как мог он взлететь,Как могВвязаться в безумный бой?..Пылающий «ястребок»Вновь вижу яНад собой.Когда все черно кругом(Душевная круговерть), —Земля моя —«аэродром»,Дай силу душе взлететь!
1983
«Уклончивость — она не для солдата…»
Уклончивость —Она не для солдата:Коль нет,Так нет,А если да,То да…Ведет меня и ныне,Как когда-то,Единственная —Красная —Звезда.И что бы в жизниНи случилось, что бы —Осуждены солдатские сердцаДружить до гроба,И любить до гроба,И ненавидетьТоже до конца…
1983
«Нет, не мечтали…»
Нет, не мечталиНикогда о раеКрещенные железом и огнем —Всю жизнь была яНа переднем крае,И умеретьХотела бы на нем.Своим не верюЮбилейным датам,Меня не хлопай,Старость,По плечу.Я в армии ПоэзииСолдатомСражаться до последнегоХочу.
1984
«Колдует тропинка лесная…»
Колдует тропинка леснаяНад шалою талой водой…Я зависти к юнымНе знаю —Была в свой чередМолодой.И шла наша молодостьК МаюПо самой Великой войне.Я зависти к юнымНе знаю —Пускай позавидуют мне!
1984
«И я, конечно…»
И я, конечно,По весне тоскую,Но искуситель Мефистофель слаб:Пусть предложил мнеЦену хоть какую —Окопной юностиНе отдала б!Пусть предложил бы:— Хочешь восемнадцать,Отдав взаменОкопные года?..Я б только усмехнулась:— СторговатьсяСо мноюНе сумеешь никогда!На тех весах,Где боль и честь народа,На тех весах,Точней которых нет,Четыре страшныхИ прекрасных годаВ душе перетянулиСорок лет.Без этих летЯ — море без прибоя.Что я без них? —Дровишки без костра.Лишь тот постиг,Что значила «сестра»,Кто призывал ееНа поле боя.И разве слово гордое«Поэт»Со скромным этим званиемСравнится?Четыре года.После — сорок лет.Убитых молодеющие лица…