Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Стихотворения

Языков Николай Михайлович

Шрифт:
Пожалуйста, не ври. В кого же я влюблен?

Василий-царевич

А в Кунигунду?

Димитрий-царевич

Неправда.

Василий-царевич

Как неправда? Ты при мне Ей изъяснялся в пламенной любви, Нелицемерной, верной, домогильной И даже замогильной, и потом Мне говорил, ну, помнишь, поутру?

Димитрий-царевич

Я изъяснялся в пламенной любви Трактирщице, любезной Кунигунде, Я говорил… Но я тогда был пьян, Жестоко пьян, с похмелья после бала И той проклятой ночи, как меня Картежники едва не удушили. Прошу не верить пуншевым парам.

Василий-царевич

Так жеребий, — пускай же нас рассудит Сама судьба!

Димитрий-царевич

Пожалуй!

Василий-царевич

Вот сейчас.

(Делает жеребьи.)

Димитрий-царевич

А ты послушай, милая, ни слова Не смей промолвить обо всем, что здесь Ты видела и слышала, ни слова! Молчи и знай, что если хоть во сне Ты… Я тебе вот этой самой саблей Срублю головку; помни, будь умна, Не смей и плакать, и кажись веселой, И будь тиха, и вовсе покорись Своей судьбе.

Василий-царевич

Вот жеребьи. Сначала Метнем на резвый.

Димитрий-царевич

(вынимает)

Резвый мой!

Василий-царевич

Так точно! Теперь вот эти: конь или Елена?

Димитрий-царевич

(вынимает)

Нет счастья мне! Мне златогривый конь!

Василий-царевич

Вот то-то же! Прекрасная Елена, Ты радуйся, что не ему досталась: Я на тебе женюся непременно, И станем жить да поживать. Теперь Пора домой!

Димитрий-царевич

Ты помни же, Елена…

Уезжают.

22

Царь Выслав, Димитрий-царевич, Василий-царевич и Елена обедают.

Царь Выслав

Я этому не верю: невозможно, Чтоб человек, который с юных лет До старости любил уединенье И тишину ученого труда, Бежал разврата, жил благочестиво, Возвышенный и дельный человек, Вдруг сделался гулякой, чертоплясом, Мерзавцем, волокитой. Я никак Не верю: есть в природе переходы, А этаких отчаянных скачков Не может быть. Прекрасная Елена! Вы ничего не кушаете… Что вы Так пасмурны? Уж вы здоровы ли?

Димитрий-царевич

Она здорова, но нельзя же ей, Царь-батюшка, не погрустить, покуда Не обошлася в нашей стороне, Не осмотрелась; ей у нас все внове, Все будто бы чужое. Сверх того, Скажу тебе всю правду, мы ее Похитили так смело и внезапно, Так быстро торопились от погони И чтоб скорей обрадовать тебя Жар-Птицей, — что прекрасная Елена Устала с перепугу и со спеху. Дай срок: она привыкнет с нами жить, И нас полюбит всех до одного, И расцветет, и будет весела! Не правда ли, прекрасная Елена, Вы скоро к нам привыкнете?

Елена

Не знаю.

Василий-царевич

И больше всех полюбите меня?

Елена

Не знаю я.

Василий-царевич

Ведь вы моя невеста!

Царь Выслав

А где-то он, мой друг Иван-царевич?

Василий-царевич

Мы ничего не слышали об нем, Хотя везде справлялись.

Димитрий-царевич

Где-нибудь Теряет время, ищет вам Жар-Птицу, Которая находится у вас!

Василий-царевич

Знать, он заехал чересчур далеко Иль заплутался.

Димитрий-царевич

Иль сидит в плену. Да, признаюсь! я очень удивился, Царь-батюшка, когда узнал от вас, Что и его вы тоже отпустили Отыскивать Жар-Птицу; он дитя! Ну мало ли, что может с ним случиться. Мы, например, мы, кажется, не дети, И мы не раз спасались от беды Лишь случаем. Большие переезды, Вертепы, горы, дикие леса, Наполненные лютыми зверями, И кое-где разбойники — не шутка!

Царь Выслав

Ты прав, мой сын: не должно было мне Пускать его. Да мне же и хотелось, Чтоб он остался утешать меня; Я всячески доказывал ему, Что молод он, что этот подвиг труден, Опасен, что мне нужно при себе Иметь всегда хоть одного из вас; Я говорил, что мало ли что может Вдруг сделаться. Он плакал, горячился, Упрашивал меня, мне представлял Свои причины, мысли и надежды Так жалобно и страстно, что я сам Разнежился и отпустил его. Ах, жив ли ты, мой друг Иван-царевич!
Поделиться с друзьями: