Чтение онлайн

Библиография

О ней:

"Новое Время", 1894, № 6599.

Венгеров С. А. Критико-биографический словарь русских писателей и ученых.

"Исторический Вестник", 1894, кн. 9, с. 899.

Библиография

Его:

Книга "Басни провинциала". М., 1864.

О нем:

"Русский Архив", 1903, кн. 3, с. 437–444.

Умерла Екатерина Михайловна Бакунина.

Дочь сенатора, она при объявлении Севастопольской кампании собралась ухаживать за ранеными в качестве сестры милосердия. Ей тогда было 25–30 лет. За все страшное время Севастополя она работала на перевязочном пункте вместе с Пироговым. Достойною наградой за ее труды были две медали. Вернувшись с войны, Екатерина Михайловна, при милостивом содействии императрицы Марии Александровны, основала в Петербурге Крестовоздвиженскую общину сестер милосердия. Начальствовала она над этой общиной лет 20 и потом уехала в Тверскую губернию, в Ново-Торжский уезд. Там в своем имении на свои небольшие средства покойная устроила больничку, даже лечила сама, и только в серьезных случаях приглашала земского врача. При ней в это время жили две ее сестры, также девицы, помогавшие ей в трудах. Когда в 1877 году была объявлена вторая Турецкая война, Екатерина Михайловна, поручив свою больницу сестрам, снова поехала на войну сестрой милосердия. Ей тогда было лет 70. Она начальствовала отрядом сестер милосердия. В ее отряде было 28 сестер, по 4 сестры в госпитале, а эти госпитали были расположены на протяжении верст ста, в пяти пунктах: в Астафе, Караван-Сарае, Чуруслане, Делижане и Караклисе. Объезжая свой отряд, она должна была направляться по трудным, а в дождливую погоду невозможным, кавказским дорогам. В ее обязанности входило назначать старших сестер, распределять между сестрами работы, смотреть за ними. Но она делала больше положенного, сама участвовала в этих работах, помогала сестрам. Когда заболевала какая-либо из сестер, она не назначала на место заболевшей другую, а сама заменяла ее и, ухаживая за больными и ранеными, ухаживала и за самой больною сестрой. Свирепствовала тифозная эпидемия. Когда повальным тифом заболевали и доктора и сестры, Екатерина Михайловна, не покидая больных-раненых, не переставая исполнять обязанности начальницы, ухаживала и за больными докторами, и за больными сестрами. Несмотря на ее мощную фигуру, как будто созданную для подвига, ее труды за все это тяжелое время, если бы ей и не было 70 лет, по своей чрезмерности не мог бы вынести никакой человеческий организм. Нужно заметить, что в это время повальной эпидемии, когда болели все, она одна не заболела и оставалась на ногах. Чем объяснить это почти чудесное проявление сил и энергии? Одним — и именно нравственным характером Екатерины Михайловны. Основной чертой этого характера была любовь к страждущим и та несокрушимая вера в свое призвание, которая и давала ей возможность выносить спокойно все те неимоверные труды, которые не вынес бы на ее месте другой, не имеющий этой веры. В числе черт ее характера нельзя не упомянуть и о той особенной доброте, которая бывает только у людей имеющих веру и спокойствие этой веры. С этою всегда ровною, безмятежною добротой она относилась и к своим подчиненным, и к равным к себе и ко всем безразличия. Бывшая сестра милосердия Лидия Шамардина. <"Московские Ведомости", 1894, № 236>.

Библиография

О ней:

"Вестник Европы", 1898, кн. 3, 4, 5, 6, с. 578; кн. 7, с. 214–230.

"Московские Ведомости", 1894, № 236.

В Петербурге 29 ноября скончался старейший русский криминалист, тайный советник Яков Иванович Баршев.

Москва более знакома с деятельностью брата покойного — С. И. Баршева, бывшего профессором уголовного права в Московском университете, но и скончавшийся Я. И. Баршев своим первоначальным образованием также обязан нашей древней столице.

Сын московского священника, Яков Иванович родился 23 апреля 1807 года и, после домашней подготовки, учился в Московской духовной семинарии (1820–1826). По окончании полного курса, он поступил для высшего богословного образования в Московскую Духовную Академию и там, по замечанию начальствующих лиц, отличался "степенностью, любовью к порядку и неуклонною исправностью во всех отношениях". Но, находясь уже на третьем курсе, в 1829 году, молодой академик, вместе с братом — С. И. Баршевым и товарищем — И. В. Платоновым, был избран, по вызову графа М. М. Сперанского, для изучения юридических наук и отправлен в Петербург. Там, причисленный ко II отделению Собственной Е. И. В. Канцелярии, Яков Иванович, под руководством самого Сперанского, Балугьянского и приглашенных профессоров, занимался изучением правоведения (1829–1831), а затем "по успешном испытании" был командирован заграницу "для усовершенствования в юриспруденции".

В течение трех лет Яков Иванович посетил различные германские университеты, но долее всего пробыл в Берлине, где главным образом слушал лекции знаменитого профессора Савиньи, и летом 1834 года возвратился в Петербург. Здесь он получил степень доктора прав в 1834 году и сначала был назначен членом комиссии для перевода "Свода законов" на немецкий язык. Но уже со следующего 1835 года молодой юрист получил в Петербургском университете профессорскую кафедру русских уголовных и полицейских законов, которую и занимал более двадцати лет — до 1856 года.

Одновременно с университетскими лекциями покойный Баршев принял на себя преподавание юридических наук в Александровском Лицее (1837–1867), где в течение одного учебного года был даже инспектором, в Пажеском корпусе и в Училище Правоведения. С конца же шестидесятых годов он оставил педагогическое поприще и начал службу при кодификационном отделе Государственного Совета. Здесь покойный состоял до начала нынешнего года, когда, по упразднении названного отдела, вышел в отставку с чином тайного советника. Перу Якова Ивановича Баршева принадлежали следующие труды: "Основания уголовного судопроизводства с применением к российскому уголовному судопроизводству" (Спб., 1841), "О влиянии обычая, практики законодательства и науки на развитие уголовного, в особенности русского права" (Спб., 1846), "О религиозном, юридическом и историческом значении верноподданнической присяги" (Спб., 1852), "Мнение по вопросу о духовно-судебной реформе" (Юридический Вестник, 1876, № 10–12) и "Историческая записка о содействии Второго отделения Собственной Е. И. В. Канцелярии развитию юридических наук в России" (Спб., 1876). <"Московские Ведомости", 1894, № 331>

Библиография

О нем:

"Московские Ведомости", 1894, № 331.

"Новое Время", 1894, № 6739.

"Исторический Вестник", 1895, кн. I, с. 339.

Вчера в больнице св. Пантелеймона, на Удельной, скончался на сорок пятом году жизни Александр Адольфович фон-Беземан. Покойный последнее время страдал серьезным душевным расстройством, которое несколько недель тому назад приняло острый характер. А. А. фон-Беземан был известен в Петербурге как талантливый калиграф, орнаментист и знаток графических искусств. Он служил одно время в Экспедиции заготовления государственных бумаг и был экспертом при с. — петербургском окружном суде. Из художественных произведений его особенно интересно было одно: он написал "Отче наш" на всех существующих языках и наречиях, сопровождая каждое отдельное изложение орнаментом соответственного стиля и характера. Множество художественных адресов, подносимых разным знаменитостям в течение целого ряда лет, принадлежат его кисти и перу. А. А. фон-Беземан причастен был и к литературной деятельности. Он поместил множество стихотворений и мелких рассказов — большей частью юмористического характера — в газетах. Многочисленные знакомые и товарищи покойного искренно пожалеют о его преждевременной смерти. <"Новое Время", 1894, № 6687>.

Библиография

О нем:

"Новое Время", 1894, № 6687.

"Исторический Вестник", 1894, кн. 12, с. 902.

Венгеров С. А. Критико-биографический словарь русских писателей и ученых, т. IV, с. 233.

Венгеров С. А. Источники словаря русских писателей, т. I, с. 194.

Егоров А. К. Страницы из прошлого. Одесса, 1913 г., часть первая, с. 181.

Тридцатого сентября в Берлине скончался профессор Карл Бернштейн.

Покойный родился 1 января 1842 года в Одессе, среди купеческой еврейской семьи и после домашнего воспитания поступил в частный пансион, а оттуда — во 2-ю одесскую гимназию. При тогдашнем, реальном направлении русских гимназий, он не вынес из средне-учебной школы полного знания ни латинского, ни греческого языков: взамен того им была приобретена охота к естественно-научным и техническим занятиям. Вследствии этого, по окончании гимназического курса с серебрянной медалью в 1857 году, молодой Бернштейн отправился в Дрезден для поступления в тамошний политехникум, но по прибытии за границу покинул мысль о высшем техническом образовании и стал усиленно заниматься классическими языками. Благодаря этому он выдержал examen maturitatis в одной из прусских гимназий (1859 г.), а затем стал слушать лекции по юридическим наукам в Галле, Гейдельберге и Берлине. В Берлинском университете, под руководством известного профессора государственного права Рудольфа Гнейста, ему пришлось закончить свое высшее образование и удалось защитить докторскую диссертацию на латинском языке, под заглавием De delegatione natura (Берлин, 1864). То был первый случай, что русский еврей был признан доктором юридических наук при Берлинском университете.

Однако, несмотря на достоинства диссертации, объяснявшей "сложную юридическую схему римского права", Бернштейн не получил университетской кафедры: вместо ученого поприща, им были проведены два года (1864–1865) в адвокатских занятиях при окружном суде в Галле. Оттуда в конце 1865 года покойный вернулся в Россию, но и здесь сначала ему пришлось заняться адвокатурой то в Одессе, то в Петербурге. Наконец, в 1871 году он решился попытать счастья и сразу выступил с двумя учеными трудами, под названиями: "О существе делегаций по римскому праву" (Спб., 1871, 61 стр.) и "Учение о разделительных обязательствах по римскому праву и новейшим законодательствам" (Спб., 1871, 328 стр.). Этот второй труд послужил автору диссертацией для получения степени магистра гражданского права в Петербургском университете.