Чтение онлайн

И тут его сердце радостно забилось! Вдали появились соломенные крыши домов.

Они остановились перед ближайшим домиком. Вдруг дверь отворилась и на пороге показался мальчик с бутербродом в руке. Видимо, он заметил собак в окно и вышел, чтобы угостить их хлебом с маслом.

– Осторожнее, Понго, – предостерегла его Миссис. – Мы можем напугать его.

Они прошли в открытую калитку и подошли к мальчику, приветственно размахивая хвостами. Тот мило улыбался и, казалось, совсем не боялся незнакомых собак. Но как только Понго и Миссис приблизились, он схватил с земли камень и изо всех сил швырнул в них.

Услыхав собачий визг и заметив, что камень попал в Понго, мальчишка весело рассмеялся.

Собаки со всех ног бросились прочь со двора, через дорогу, через поле к опушке леса.

– Ты ранен, Понго? – на бегу прокричала Миссис, но тот молчал.

Обернувшись, она увидела, что Понго сильно хромает. Он остановился и упал у стога сена.

Миссис заметила, что сено очень сухое, и начала рыть нору в мягкой траве.

Она закончила рыть – получилось уютное теплое жилище. Понго посмотрел на жену с восхищением. Превозмогая боль в раненой лапе, он поднялся и заявил:

– Я пойду с тобой, мы вместе отыщем еду и вернемся сюда. А этого дрянного мальчишку я покусаю!

– Нет, Понго, нет! – воскликнула Миссис. – Ни в коем случае! Укусить человека, а тем более ребенка, самый гадкий поступок, который может совершить собака! Ты не должен отвечать жестокостью на жестокость!

У Понго не было сил сопротивляться. Он залез в теплую, уютную нору и мгновенно уснул.

Миссис выждала несколько минут, а затем осторожно, чтобы не разбудить Понго, вылезла из сена и завалила отверстие.

Она как раз пробегала мимо злополучного домика, когда заметила на крыльце того самого маленького хулигана, который кинул в Понго камень. Теперь он держал в руке бутерброд с маслом и джемом. Ребенок направился к ней, размахивая бутербродом, казавшимся даже на расстоянии очень вкусным.

«Может быть, на этот раз он не станет швыряться камнями? – подумала Миссис. – Наверное, он сам уже пожалел, что обидел Понго».

К сожалению, надежды ее не оправдались: скверный мальчишка стал искать вокруг себя камень. Он шарил ногой по земле, но, не найдя подходящего булыжника, со злостью швырнул в собаку бутербродом. И хотя это было сделано не от большой любви, а от бессмысленной злобы, Миссис на лету подхватила сокровище и помчалась обратно.

Она забралась в стог и положила свою добычу перед носом спящего супруга. Миссис даже не прикоснулась к бутерброду, а сейчас, вдыхая его аромат, не удержалась и откусила малюсенький кусочек. Какой же он был вкусный! Миссис почувствовала такой волчий голод, что снова вылезла из норы, забросала вход сеном и выбежала на дорогу. На этот раз она решила попытать счастья в курятнике. Но постепенно ее стал пробирать страх: а вдруг она заблудилась и никогда не отыщет обратную дорогу? Наверное, страдания ее продолжались бы долго, если бы вдруг перед ней не возникла арка из красного кирпича причудливой формы. От арки шла посыпанная гравием дорожка. Миссис воспряла духом. Она пробежала еще один поворот и увидела старинный дом. Он был построен из такого же красного кирпича, что и арка. Множество больших и маленьких окон сверкали чистотой. Вообще, выглядел дом довольно приветливо, но вокруг было почему-то пустынно и тихо, как в лесу. На ступенях, ведущих к массивной дубовой двери, сквозь трещины проросла трава. «Здесь никого нет!» – в отчаянии подумала Миссис.

К счастью, она ошибалась, дом был обитаем: из большого открытого окна первого этажа на нее смотрел Спаниель. Благородная седина украшала его голову.

– Доброе утро! – учтиво обратился он к Миссис. – Я могу вам чем-нибудь помочь?

Спаниель пригласил Миссис войти в дом. Выяснилось, что он давно уже не принимал участия в Вечернем лае, поэтому ничего не знал о супругах Понго. Миссис вкратце рассказала ему свою грустную историю. Внимательно выслушав ее, Спаниель сказал:

– Уже много лет не слышал я Вечернего лая. В нашей округе на много миль вокруг нет ни одной собаки. Да и потом, я всегда нужен сэру Чарльзу именно в то время, когда начинается Вечерний лай. Сейчас у меня есть немного свободного времени, потому что сэр Чарльз принимает ванну.

Они разговаривали в огромной кухне, сидя на каменном полу.

– Прошу вас, позавтракайте, юная леди, а потом можете продолжать свой рассказ, – вежливо произнес Спаниель и пригласил Миссис к большой тарелке, доверху наполненной мясом.

– Но ведь это ваш завтрак! – возразила Миссис, изо всех сил стараясь скрыть свой голод.

– Вы ошибаетесь, это мой вчерашний ужин, – ответил Спаниель. – Но у меня давно пропал аппетит. А мой завтрак должны скоро принести, но надо признаться, мне совсем не хочется есть. Может быть, я выпью чашку чаю с сэром Чарльзом.

Миссис не заставила себя больше упрашивать и принялась с аппетитом уплетать мясо. Дожевывая второй кусок, она вдруг подняла голову от миски и сказала:

– Мой муж…

– О завтраке для него мы позаботимся отдельно, – прервал ее Спаниель. – Скушайте, пожалуйста, все, что есть в тарелке.

Миссис вылизала опустевшую миску, напилась вдоволь воды и только тогда заметила, из какой красивой посуды она ела. Раньше она никогда не видела такой симпатичной собачьей посуды. Заметив ее восхищение, Спаниель сказал:

– Это собачья посуда восемнадцатого века. Эти тарелки передаются в нашей семье по наследству от собаки к собаке. А сейчас нам следует привести сюда вашего мужа.

Они вышли из дома и направились через заросли кустов к полю. Вскоре Миссис узнала соломенные крыши хижин и увидела одинокий стог сена.

– Здесь, в округе, только один-единственный стог сена, так что трудно запутаться, – сказал Спаниель и добавил: – К сожалению, мне трудно идти дальше – дает о себе знать застарелый ревматизм. К тому же сэр Чарльз ждет меня. Я должен принести ему футляр с очками. Мы оба – старики, моя дорогая. Ему уже девяносто лет, а мне, если пользоваться при счете странным способом людей, которые принимают один год собачьей жизни за семь лет человеческой, то мне – сто пять лет.

– Никогда бы не подумала, – искренне удивилась Миссис.

– Я еще не так стар, чтобы не замечать красивых молодых леди, – галантно произнес Спаниель.

Поблагодарив его за все, Миссис помчалась быстрее ветра, не спуская глаз со стога сена. Бедный Понго! Как же он отвратительно себя чувствовал, когда проснулся: нога все еще болела, к тому ж мучили угрызения совести из-за оставленной на произвол судьбы жены. Но когда Миссис рассказала о своем приключении, сообщив хорошие новости, он заметно повеселел и даже с удовольствием съел бутерброд. Затем они вылезли из стога. Вообще-то нога побаливала, но Понго мог ходить почти не хромая.