Стоун
Шрифт:
Стоун на секунду напрягается,
прежде чем медленно развернуться и ухмыльнуться, увидев меня там, в лифчике и джинсах, осматривающую его тело.
Сглотнув, я позволяю взгляду опуститься к его очень твердому,
торчащему члену, и абсолютно теряю над собой контроль.
Обхватывая руками его шею, я атакую его губы своими, в то время как он хватает мои бедра, поднимая и оборачивая мои ноги вокруг своей талии.
Он грубо и жадно целует меня,
прежде чем засосать мою губу и отстраниться.
– Черт возьми, Сейдж. Ты в моем гребаном душе. Надеюсь, ты понимаешь, что я раздену и трахну тебя здесь.
Кивая, я лезу в карман и достаю презерватив, который украла из сумочки
Джейд,
пока она говорила с Сарой.
Рыча, Стоун нежно опускает меня на ноги и наклоняется, опуская по моим ногам джинсы и стринги.
Он собирается лизать мне киску, но я хватаю его голову,
отталкивая.
– Не в этот раз, - выдыхаю я тяжело.
– Не могу. Мне нужно ощутить тебя внутри себя сейчас же,
Стоун,
как и услышать одно обещание от тебя.
Встав, он убирает волосы мне за ухо и целует под ним.
– Какое?
Прикусив губу, я смотрю, как
Стоун надевает презерватив на свой огромный, торчащий член.
– Никогда больше не надевай эту форму. Это нечестно.
Ухмыляясь, он поднимает меня и с силой прижимает к стене,
соединенной с душевой Кэша.
– Черт, да.
– Он кусает губу и отстраняется.
– Особенно, если это так заводит тебя.
Поддерживая меня одной рукой, второй сжимает мою шею и толкается в меня с такой силой, что я вскрикиваю от смеси боли и удовольствия.
– Блядь, - рычит он мне на ухо,
медленно выходя,
прежде чем толкнуться обратно и застыть.
–
Прошло офигеть как много времени.
Ты в порядке?
Цепляясь за его плечи, я киваю и стону, пока боль уходит, и остается только ощущение его медленно входящего и выходящего из меня члена, наполняющего мою пустоту.
– Все хорошо, - выдыхаю я.
–
Можешь продолжать.
– Уверена?
– спрашивает он.
– Я
не буду сдерживаться. Я слишком долго ждал, когда окажусь внутри тебя, Сейдж. Буду трахать тебя, как в последний раз. В предыдущий раз я сдержался,
а не должен был.
Каждый. Хренов. Раз.
Сильнее сжимая его,
я притягиваю лицо парня к своему и целую грубо и глубоко, просто чтобы он заткнулся и взял меня, как делал это в первый раз.
Я два дня не могла ходить без желания заплакать из-за боли между ног.
Постанывая ему в рот, он сильнее сжимает мою шею и толкается в меня снова и снова, будто выливая все свое неудовлетворение за прошедшие семь месяцев.
Так глубоко и грубо, что даже больно, но я не хочу останавливаться.
Все в Стоуне от истинного альфы и то, что он трахает меня так грубо и глубоко, как хочет, заводит сильнее, чем когда-либо.
Держась за него, будто от этого зависит моя жизнь, я до крови кусаю его губу, когда он толкается в меня.
Из-за этого он рычит мне в рот и толкается еще сильнее, от чего моя голова по инерции ударяется о стену позади.
Резкость отношения
Стоуна стоит каждого синяка и шишки,
полученных в процессе. Когда этот мужчина трахается, он владеет моей киской так, будто говорит, что никакой больше член не будет ощущаться так же хорошо внутри меня, как его.
Тот факт, что Кэш находится в соседнем душе, слушая нас, должно быть, заводит нас обоих сильнее,
заставляя с каждым разом, когда он толкается в меня, кричать громче.
– Стоун!
– кричу я.
– Трахай.
Меня...
–
выдыхаю.
–
Не останавливайся.
Он толкается обратно и останавливается.
– Не остановлюсь, пока твоя киска не будет сжиматься вокруг моего члена, - выдыхает в ответ.
– Дерьмо...
– раздается с душевой
Кэша,
заставляя нас улыбнуться напротив губ друг друга,
прежде чем он входит в меня в последний раз, толкая за грань, и моя киска так сильно сжимается вокруг его члена, что чувствую, как его горячая сперма наполняет презерватив внутри.
Держа меня, он идет к центру душевой и целует, пока вода стекает по нам обоим, охлаждая нас, так как горячая вода закончилась.
Он ждет,
пока я прерву поцелуй, прежде чем выйти из меня и поставить на ноги.
Отвернувшись, Стоун стягивает презерватив с легким стоном и бросает на пол, подставляя лицо обратно под воду.
Я не могу сдержать мурашки по коже, когда наблюдаю за ним,
стоящим там, тяжело дыша, во всем своем обнаженном сиянии с возбужденным членом.
Есть что-то невероятно сексуальное в знании того, что его тяжелое дыхание спровоцировано нахождением внутри меня.
– Черт, это было горячо, Сейдж.
– Он поворачивается ко мне с легкой ухмылкой на лице.
– Я буду носить эту форму дома каждую гребаную ночь, если из-за нее ты станешь врываться ко мне в душ.
Не могу сдержать смех от того,
каким милым становится выражение его лица, когда парень смотрит на меня.
– Я сожгу ее, если понадобится,
– дразню.
– Не испытывай меня.
Улыбаясь, словно не верит мне,
он выключает воду и выходит из душевой, затем через несколько секунд возвращается назад с полотенцем и оборачивает его вокруг меня.
– Кэш, наверно, кончил только от твоих криков, пока я трахал тебя,
но этому придурку не суждено увидеть или почувствовать каково это, когда ты голая и возбужденная.
Найду что-то, что ты сможешь надеть.
–
Срань
Господня...
–
Я
улыбаюсь сама себе, вытираясь, пока
Стоун занимается поиском одежды для меня.
Я удивлена, что на самом деле пришла к нему в душевую, готовая заняться сексом, но и рада, что сделала это.
За всю свою жизнь никогда не чувствовала столько волнения и адреналина в своем теле.
Просто понимание, что за дверью находятся сотни людей, и что
Кэш дрочил только что рядом с нами на нас, трахающихся за стенкой,