Чтение онлайн

Я стараюсь контролировать свое дыхание. Запах ее возбуждения наполняет комнату, а я уже властно обхватил ее бедра.

— Наклонись, детка.

Она упирается руками в кровать.

— До упора. И детка? Когда я тебя наказываю, отвечай мне уважительно.

Знаю, она понятия не имеет, о чем говорю. Я даже не увлекаюсь БДСМ, разве что волки доминируют. Но умираю от желания услышать слова из ее уст.

— Скажи, да, папочка.

Она ложится грудью на кровать.

— Да, папочка.

Ее голос дрожит, но я на девяносто девять процентов уверен, что это от желания, судя по ее запаху.

Я слегка шлепаю ее. Мне не хочется пугать ее — ни сейчас, ни когда-либо.

Она стонет и виляет попкой.

Я шлепаю ее снова.

— Это за то, что ты держишь меня в напряжении каждую минуту дня. Каждый раз, черт возьми, когда я нахожусь рядом с тобой.

Еще один шлепок, чуть сильнее.

У нее перехватывает дыхание.

Я меняю игру, проникаю пальцами туда, где мечтал их видеть — между ее стройными бедрами. Скольжу по ее щели, с которой капает влага. Свидетельство ее возбуждения почти заставляет меня кончить.

Я шлепаю ее еще несколько раз, быстро и сильно. Моя рука оставляет розовый отпечаток на ее фарфоровой коже.

И тогда я теряюсь. Положив руку ей на поясницу, чтобы удержать ее, шлепаю дальше, жаждая карающий, жгучих ударов, того, как она дергается и стонет от каждого шлепка.

— Раздвинь ноги, красавица.

Голос звучит так, будто у меня камни в горле.

Она повинуется, раздвигает ноги так, как это может сделать только танцовщица.

— Чертово совершенство, — и шлепаю ладонью по ее половым губкам.

Она вскрикивает, но не двигается.

Я наматываю на кулак ее волосы, поворачиваю ее лицо к себе. Мне нужно увидеть, что она не против такого уровня интенсивности.

Анджелина прикусила губу, но ее глаза остекленели от чистого вожделения.

Я целую ее, посасывая пухлую губку. Анджелина целует в ответ, языком проникая в мой рот.

Я сдерживаю ругательство.

— Я еще не закончил шлепать тебя, ангел.

Снова становлюсь позади нее и шлепаю ее еще раз, придавая ее попке розовое сияние.

— Если бы ты была моей, я бы шлепал эту задницу каждую ночь, детка. В любой позе. У меня на коленях. На четвереньках. Склонив над диваном. Привязанной к кровати. — Я шлепаю между ее ног, целясь в клитор. — Да, привязанной к кровати, ноги широко разведены. Я бы оставил эту позу на тогда, когда ты действительно непослушна. Возможно, использовал бы ремень, чтобы заставить тебя кричать.

Я снова несколько раз ее шлепаю.

— П-почему? — она задыхается.

Я мрачно усмехаюсь.

— Потому что эта задница так и просит этого, детка. И в отместку за то, что ты держишь мои чертовы яйца связанными и в своем заднем кармане.

Она смеется, хриплый звук, от которого эрекция болезненно пульсирует. Я расстегиваю джинсы и сдвигаю молнию вниз, чтобы освободить себя. С силой сжимаю член.

— Не волнуйся, детка. Я прослежу, чтобы тебе понравилось. Или сделаю это после, если буду слишком груб.

Я наношу несколько сильных шлепков по ее шикарной заднице.

— У меня такое чувство, что это будет часто.

Она виляет попкой и пытается просунуть руку между ног.

— Э-э-э… — Я ловлю ее запястье. — Никакого облегчения для тебя, детка. Пока нет. Пока ты не будешь тщательно наказана.

Достаю из заднего кармана презерватив, разрываю фольгу и надеваю резинку на пульсирующий член. Делаю пару быстрых рывков, потому что умираю от желания. Я знаю, что моя девочка тоже сгорает от желания, и собираюсь хорошенько её поиметь. Головкой члена провожу по ее сокам. Горячая дрожь пробегает по моему телу, до самого основания позвоночника. Мышцы живота сокращаются.

Анджелина ободряюще стонет. Я толкаюсь в нее, закатывая глаза от наслаждения.

— Хочешь мой член, ангел?

— Да, умоляю. То есть, да, папочка.

Черт. При слове «папочка» я вхожу в нее сильно, до упора.

Она ахает, сжимаясь вокруг меня.

— Тебе нравится так, да?

Я медленно вхожу и выхожу, закрыв глаза, стараясь подавить нарастающее желание.

— Да-а-а-а.

Я выхожу из нее.

— Прости, детка. Сегодня ты примешь мой член не сюда.

Ее дыхание сбивается, но она не высказывает никаких претензий. Моя девочка нервничает — я понимаю — но она в игре.

Провожу ладонью по ее покрасневшей попке, наслаждаясь видом отпечатков своих рук на ней.

— Тебе понравится, ангел, — провожу мизинцем по ее руке. — Обещаю. — Я еще немного поглаживаю ее попку. — Теперь лежи смирно. Я схожу за маслом. Если когда вернусь, увижу, что ты сдвинулась, отшлепаю еще раз, перед тем как возьму твою тугую маленькую девственную попку. Поняла?

— Да, папочка

Я застонал. И в награду для нее — нет, кого я обманываю, для себя тоже — глубоко погружаюсь в нее. Еще пара глубоких толчков, и я выхожу из нее, затем снимаю штаны и иду на кухню. В одном из шкафов нахожу банку кокосового масла и наливаю немного в миску.

Вернувшись, нахожу Анджелину в той же позе, в которой оставил — она не пошевелилась.

— Хорошая девочка, — мурлычу я, зачерпывая немного кокосового масла и обильно растирая его вокруг ее ануса.

Она вздрагивает, но не напрягается и не двигается с места.

— Держу пари, у тебя самая тугая попка в истории всех попок, — бормочу я, вводя хорошо смазанный палец в ее заднее отверстие. — Все эти крутые повороты и глубокие изгибы.

Ее хриплый смех окружает меня.

— Пируэты и плиссе. Да, мои ягодицы, наверное, стали как сталь. Значит, мне будет больно…

— Ни за что. Больно не будет, ангел. Я никогда не причиню тебе боль. Особенно, если ты не хочешь этого. — Я снова шлепаю ее по заднице.

Боже, как мне нравится звук шлепающей руки по ее умопомрачительной заднице.

Анджелина стонет в одеяло.

Я ввожу второй палец в ее попку и массирую тугое колечко мышц, раздвигая, подготавливая для члена.

Я смазываю член и прижимаю головку прямо к ее входу, широко раздвигая ее ягодицы.

— Сделай глубокий вдох, детка.

Она делает его.