Чтение онлайн

Я подлетела к двери, но она оказалась заблокирована. Черт! Я ударила кулаком по железу, припадая к ней лбом и сползая на пол. Я терпела голод целый месяц, пока он выворачивал наизнанку каждую клеточку моего тела. Терпеть его сейчас не было ни сил, ни желания. Хватит! И с такой решительностью я постаралась успокоиться и подумать. Может, мне удастся найти какой-то выход? Нужно просто попытаться сосредоточиться и найти возможность отсюда выбраться. Чувство клаустрофобии все больше наступало на пятки, мешая поймать ускользающие мысли.

Спокойно, Марго, спокойно...

Думая о выходе, я вспомнила, как попала в эту комнату. Мы же пришли через потайной ход! Быстро поднявшись на ноги, я оказалась перед скрытой дверью. Ее можно было увидеть, если только знать о том, что она есть. В попытке открыть эту дверь, я стала лихорадочно ощупывать ее. Я стучала по ней кулаками, я царапала стену и давила всюду ладонями, но все было бесполезно. В ход уже пошли ноги, а от безвыходности положения и злости, я начала рычать. Как вдруг, не знаю, что я сделала, но дверь наконец-то открылась, с тихим щелчком отъезжая в сторону. Вот зараза!

Не теряя времени, я бросилась внутрь прохода и понеслась верх по лестнице, свободно влетая в кабинет Серафима. Частички воздуха, заряженные напряжением, оцарапали глотку. И я резко остановилась, когда увидела Серафима вместе с Яном. Они стояли посреди комнаты напротив друг друга в полуметре. И ни один из них не повернулся ко мне. Будто и не замечая моего присутствия, они продолжали смотреть один на другого. И если бы взгляды могли убивать, эти двое уже давно были бы мертвы.

– Марго, я сказал тебе, оставаться внизу, - произнес Серафим, не сводя глаз с Яна.

Ян ухмыльнулся:

– Какая непослушная, верно?

Мне стало так интересно, что между ними тут происходит, что даже отступил голод. Я молнией подлетела к мужчинам и проскользнула между ними, вставая с самый эпицентр их эмоций, где дышать было совершенно невозможно, а кожу закололо иголками. Серафим был крайне недоволен, и мной, сейчас казалось, больше всего.

– Что происходит?
– спросила я, вставая лицом к Яну.

Этот мужчина медленно перевел на меня взгляд и улыбнулся краешком губ. Улыбка получилась горькой.

– Мы разговариваем, разве это незаметно?

– И о чем же, можно узнать?
– спросила я, сглатывая слюну и почти забывая о своем вопросе, потому что мое внимание перешло на его шею, где дергалась жилка.

– О тебе, Маргарита, - произнесли губы Яна, как в замедленной съемке.

Крепкие руки Серафима обхватили мои предплечья и с силой сжали их.

"Марго, терпение" - прошелестели его слова.

– Что такое, Маргарита?
– спросил Ян, дотрагиваясь до моего лица двумя пальцами.
– Хочешь моей крови?

Сказанное вслух слово о красной жидкости, которую я хотела сейчас сильнее всего на свете, затопило сознание в одной потребности. Я потянулась к Яну, но руки Серафима слишком крепко держали, не давая сделать даже шаг. Меня это взбесило. Хотелось скорее добраться до вены и вонзить в нее зубы. И ничего больше.

– Отпусти!
– закричала я, начиная биться в руках Серафима.

До слуха донесся глухой смех Яна, слышимый где-то на заднем плане после стука его живого сердца, качающего по венам кровь. И я рвалась к ней, к этому сладкому источнику.

Но внезапно, комната начала вращаться. Это Серафим дернул меня, заводя себе за спину. А потом его руки метнулись к Яну. Ян ждал чего-то подобного, поэтому сумел вовремя отбиться. За долю минуты его руки обросли мехом и отрастили когти, превращаясь в оружие, которое потянулось к горлу Серафима. Оба ревели и рычали. Но мне, собственно, было сейчас наплевать на их разногласия. Я дернулась к Яну, в желании вцепиться в него зубами. Но и эта попытка мне не удалась. От резкого удара в грудь мощным толчком ладони, который сделал Серафим, Ян отлетел в другой конец комнаты. Меня же эта ладонь поймала на лету, словив за плечо и дернув назад. Схватив меня за волосы, Серафим намотал их на руку, сжал в кулак и потянул вниз, заставляя меня упасть на колени возле него. От резкой боли я зашипела ему в бедро, вонзая когти в ногу, доставая до плоти и крови через ткань халата. Серафим немного ослабил захват, но встать мне так и не дал.

"Отпусти!" - снова закричала я, закрывая глаза, чтобы сосредоточиться на том, что происходит вокруг. Я ждала продолжения драки, но его не последовало. Открыв глаза, я покосилась в сторону Яна. Поправляя одежду, он медленно подходил. Руки снова стали обычными, а вот глаза так и оставались волчьими, озлобленными. Проходя мимо кресла, он рухнул в него, сев в самой вальяжной и расслабленной позе. Только расслабленность явно была ложной. Каждая мышца этого мощного тела могла прийти в боевую готовность за считанные секунды.

Пока я разглядывала Яна, то умудрилась забыть о своей унизительной позе. Напомнил о нем мне сам Серафим. Он потянул меня вверх, поднимая с колен, отпуская волосы, но аккуратно захватывая ладонью шею и разворачивая спиной к Яну. Наши лица оказались на расстоянии скромного поцелуя.

– Марго, я просил тебя остаться в комнате, - спокойно сказал он, смотря на Яна. А вот серые глаза спокойными не были, они пылали холодным гневом. И со всем этим сейчас показались неожиданными и контрастными движения его пальцев на моем затылке, которые едва заметно, но достаточно ощутимо и мягко погладили кожу, тогда как рука продолжала крепко меня держать, не позволяя развернуться.

– Я есть хотела, - удалось мне прохрипеть.

– Я просил потерпеть.

И снова мягкие, круговые движения пальцев на моем затылке, словно в попытке успокоить.

– Так что, Серафим?
– услышала я голос Яна.
– Будешь и дальше морить ее голодом, или согласишься с моим условием, и все останутся довольны?

– О чем это он?
– спросила я, пытаясь успокоиться и зацепиться сознанием за какую-то мысль.

– Наш Ян, став Вожаком, научился командовать и требовать свой кусок мяса. И хоть этого следовало ожидать, я не предполагал, что он запустит свои зубы в царский кусок.
– Его слова мне сейчас показались загадкой, но Серафим тут же пояснил: - Ян запретил своим волкам тебя кормить, требуя одного.

– И чего же он требует?
– спросила я после затянувшейся паузы.

– Тебя, Маргарита. Он сам хочет иметь такую привилегию. Ну разве не дерзость покушаться на то, что принадлежит мне?

Я обозлилась:

– А я принадлежу тебе? После ночи секса ты сразу решил поставить на мне свое клеймо?

За спиной послышался смех.

– Я же говорил тебе, Серафим, она никогда не будет кому-то принадлежать. И я, в отличие от тебя, не тешу себя пустыми желаниями, я... пожалуй, ты правильно сказал, я всего лишь хочу получить свой кусок, который пришелся мне по вкусу. Извини, конечно, но я первый его распробовал, чтобы после этого отдавать тебе без всяких возражений...