Страсти-мордасти
Шрифт:
Маринка быстро посмотрела на остальных и, поняв, что переборщила, согласилась остановиться на простом катании на катере. Я быстренько согласилась, а потом затормошила ее, прося рассказать все с самого начала.
– С начала не интересно, – заявила Маринка, устраиваясь на кровати поудобнее. – Мы просто пили, пили и пили. Ну, для того чтобы разговорить, – увидев некоторое осуждение в глазах Кряжимского, сразу поправилась Маринка.
– Ну и как, разговорились? – уточнила я.
– Ну а то?! Чтобы я и кого-то не разговорила, – похвалилась Маринка. – Все, что надо, рассказал как миленький.
– Так что там у него с Сабиной? – начинала нервничать я.
– Да так, мало интересного. Ну, спас он ее, забрав из какого-то притона, где она работала стриптизершей. Да я об этом и сама догадывалась, больно уж ведет она себя вольно, – усмехнулась Маринка. – Таких, как она, я издалека вижу.
– Значит, спас, – повторила я. – А почему женился?
– А сами что, не догадываетесь? Вы только посмотрите на него и на нее. Ему же просто была нужна жена, да чтоб посмазливее, вот он на ней и женился. Девка же оказалась жадна до денег, впрочем, как и любая другая, потому и согласилась на его предложение. Обычная банальная история, ничего интересного, – закончила свой рассказ Маринка.
– Э, нет, вот как раз самое главное, за чем тебя посылали, ты нам так и не сказала, – остановила я Маринку, поймав за руку.
Та уже собралась на пляж и поспешила к шкафу с вещами.
– Да что еще? Я и так все рассказала, – захныкала Маринка.
– Нас интересовала причина, по которой Сабина так нагло обращается со своим муженьком. Ну, а раз ты говоришь, что выходила она за него ради денег, то такое ее поведение тем более непонятно. Так как? – уставилась я на Маринку.
– Какие же вы бестолковые, – вздохнула Широкова и стала объяснять: – Все проще простого. Эта мадамочка быстро смикитила, что ошиблась – муженек-то ее оказался жадина, денег не давал. Или давал, но не столько, сколько она хотела. – С чего это ты взяла? – не веря, что Сочников мог такое рассказать Маринке, спросила я.
– Он сам пожаловался, что она вечно из него деньги тянуть пытается, – ответила мне Широкова и, схватив расческу, принялась крутиться у зеркала. – А он, видите ли, экономным оказался, старается побольше заработать и даже ее саму заставляет работать на кухне. Как вам моя прическа? – Маринка повернулась к нам и продемонстрировала свои волосы, теперь уже зачесанные немного иначе, чем обычно.
– Не отвлекайся, – попросила ее я, а мужчины и вовсе не прореагировали на ее вопрос.
Маринка разочарованно вздохнула, но все же продолжила.
– Так вот, похоже, эта фифа его к себе не допускает, а ему жуть как хочется. Слабак, одним словом, – сделала вывод Маринка, а потом добавила: – У меня все.
– Что думаете по этому поводу? – обратилась я к Виктору и Кряжимскому.
– А что тут думать, по-моему, и так все ясно, – ответила за них Маринка. – Свои проблемы они пусть сами решают, а мы едем на пляж. Я ведь из-за вас даже свое свидание проспала, хотя он все равно должен быть на море.
– Ага, теперь ясно, почему ты туда так стремишься, – подколола ее я. – Боишься, уведет кто-нибудь из таких же фифочек?
– Пусть только попробует, будет дело иметь со мной, – пригрозила Маринка невидимой сопернице и побежала в ванную переодеваться.
Я же взглянула на Кряжимского.
– Мариночка, кажется, права. Что же тут можно думать, когда все и без того ясно: дамочка гуляет на стороне, и муж об этом догадывается, – немного смущаясь, произнес Сергей Иванович. Он всегда смущался, когда приходилось говорить о том, что имело отношение, скажем так, к любви. – Хорошо еще, что мы не попытались ему о своих предположениях рассказать.
– А если мы все же были правы и эта Сабина на самом деле хотела удрать с любовником, но у них просто ничего не вышло, что тогда? – не желая признавать собственной ошибки, спросила я.
– Даже если мы были правы, Ольга Юрьевна, делать ничего не стоит, – пожав мне руку и заглянув в глаза, сказал Сергей Иванович. – Вряд ли парочка попытается проделать еще нечто подобное. Послушайте лучше Мариночку, она хоть особа и ветреная, но иногда говорит дельные вещи.
– Это вы о том, чтобы покататься на катере?
– И об этом тоже, но больше о том, чтобы оставить эту семейку в покое.
– Ладно, на этот раз соглашусь с вами, но если что-то случится…
– Ничего не случится, Ольга Юрьевна, – потянув меня за руку к двери, присоединился к Кряжимскому Ромка. – Все будет в порядке. Кстати, а вы когда-нибудь катались на катере?
– Да было дело, – кивнула я и последовала за остальными.
Мы быстренько прихватили с собой все необходимое, загрузили вещи в машину Виктора, сами разместились в моей «ладушке» и покатили к морю. Настроение у всех было превеселое, включая и меня, так как я все же решила, что ошиблась в своих подозрениях.
Проведя весь остаток дня на море, вдоволь накатавшись на катере, наплававшись и назагоравшись, мы решили, что и завтрашний день не мешало бы провести так же весело и интересно. Идею по поводу того, как именно это можно сделать, нам подкинул Ромка, предложив:
– А давайте поедем в какой-нибудь парк с аттракционами, покатаемся там на каруселях, поиграем на автоматах. Я так давно этого хочу.
– А что, я не против, – опередив Маринку, выпалила я. Широкова даже открыла рот от удивления.
Потом, правда, принялась уточнять, что это на меня так повлияло, что я даже и не спорю. Я отшутилась, сказав ей:
– Это все чай – он тут не такой, как везде, а особенный.
– Ага, тут и виноград особенный, вон как его некоторые из пакета таскают, скоро и веточек нам не останется. – Маринка покосилась на Ромку, и тот сразу же сложил руки на коленях.
– Не приставай к мальчишке, – посоветовала я ей. – Ему полезно набираться витаминов.
– А нам нет, что ли? – фыркнула Маринка и все же спрятала пакет с виноградом подальше.
Приняв единогласно решение поехать в «Ривьеру», а именно это место и имел в виду Ромка, говоря об аттракционах, мы вернулись в гостиницу, где слегка перекусили. В основном налегали на цитрусовые, из которых Ромка выдавливал сок. Причем Маринке он так и норовил подсунуть лимонный. Она психовала, а потом долго бегала за ним по комнате.
– Может, кончите носиться!.. У меня уже перед глазами рябит от вашего мельтешения, – попыталась остановить их я. – Давайте-ка лучше по кроваткам, завтра всех подниму рано.