Чтение онлайн

Андорин заметно поник:

– Поэтому вы и убили его? Чтобы убрать свидетеля?

– Ну что вы, Игорь Викторович? Зачем нам было убивать академика? Он же не нес в себе никакой угрозы. Или вы думаете, Стебрина замучила бы совесть и он обратился бы в правоохранительные органы с повинной? Мне казалось, вы лучше знали сущность своего бывшего руководителя. Он был наш союзник, а не враг. Союзников не убивают. Стебрину нужны были деньги, и он их получил. Академик, повторяю, не представлял для нас никакой угрозы.

– Так как же он погиб? Кто убил его?

– Погиб он банально глупо. Вы прекрасно знали, что Стебрин женат на молодой высокомерной шлюхе. Виктория Александровна гуляла от мужа налево и направо. Недавно академик, вернувшись домой, застал там свою жену с любовником. Нетрудно представить, что испытал покойный Павел Алексеевич, увидев, как его супругу сношает какой-то бугай. Он набросился на любовника в порыве ярости. А тот оказался типом с богатым криминальным прошлым, да еще и вооруженным. Любовник не стал долго разбираться в ситуации, взял да и пристрелил Стебрина. А затем, чтобы не засветиться, убил и Викторию. Но убийце не повезло. Соседи, услышав выстрелы, вызвали милицию. Наряд прибыл быстро, и любовнику пришлось отстреливаться. Не хотел он снова на нары. А милиция не хотела, чтобы погиб кто-либо из ее сотрудников. Поэтому наряд просто расстрелял убийцу в подъезде. Вот такая история приключилась.

Андорин воскликнул:

– Я не верю вам!

– Не верите чему? Тому, что Стебрин сотрудничал с нами, или тому, что его убили?

– Ни тому, ни другому!

– Хорошо! Тогда ответьте мне на один вопрос. Откуда нам стало известно, что для получения из лекарства «Андель» высокотоксичного отравляющего вещества требуется радиоактивный элемент П-274? А также система «Синтез»?

Профессор растерялся:

– Вам это известно? Хотя… о чем я спрашиваю?

– Вот именно, Игорь Викторович, о чем вы спрашиваете? Когда вам стало понятно, что из лекарства можно сделать оружие, вы, как честный гражданин своей страны, отправились в ФСБ. Но не сразу. До того как пойти в ФСБ, вы встретились со Стебриным, и он первым узнал о том, что потенциально можно получить из «Анделя». ФСБ тайны хранить умеет, нам так и не удалось завербовать более-менее крупный чин органов российской безопасности. Пытались, не удалось. Другое дело Стебрин, постоянно нуждающийся в деньгах, дабы удовлетворять потребности своей развратной супруги. Покойной супруги. Вот его мы обработали быстро. Он продал вас с потрохами, Игорь Викторович. Сумму назвать?

– Не надо!

– Скажу больше, Стебрин для вас представлял опасность. Он был связан с известным бизнесменом Таскаревым, слыхали о таком?

– Кто же в России о нем не слышал. Олигарх.

– Так вот, еще до нас Стебрина купил этот Таскарев. Бизнесмена также интересовали ваши научные работы. Если бы в ситуацию не вмешались мы, опередив ваших российских высокопоставленных бандитов, будьте уверены, Таскарев со Стебриным чуть позже, применив насилие или шантаж, заставили бы вас работать над оружием. А когда вы исчезли, Стебрин испугался. Таскарев мог просто задавить его. И тогда академик нанял киллера.

– Что???

– Я не ясно выражаюсь? Стебрин нанял киллера, и последний убил Таскарева, на входе в собственный офис. Вот только одного не просчитал покойный Павел Алексеевич, а именно злополучной измены жены, ставшей причиной его собственной гибели. Такая кровавая карусель закружилась вокруг вашей персоны, а точнее, вашего открытия.

Андорин бессильно опустился на стул:

– Значит, получается, мы с Мариной обязаны вам жизнью?

– Не надо громких слов. Никто никому ничем не обязан. Мы действовали, исходя из своих собственных интересов.

– И все же, кто это «мы»?

Кумати посмотрел на профессора, оглянулся. Чао Чон находился в коридоре за стеклянной дверью.

– Что ж, думаю, сейчас уже можно ответить на мучающий вас вопрос. Мы – это международная радикальная организация «Кровавый закат»!

Андорин усмехнулся:

– Звучит устрашающе. По-моему, вы забыли добавить, террористическая организация?

Кумати повысил голос:

– Скажите, профессор, оккупация США Ирака и Афганистана – это не терроризм? Расчленение Югославии и бомбежки войсками НАТО Сербии не терроризм? Или ядерные удары по Хиросиме и Нагасаки – благотворительная акция на благо Японии? Операции, проводимые ЦРУ, сопровождающиеся массовой гибелью ни в чем не повинных людей – не терроризм? Диктат Западом своих норм жизни другим народам – не терроризм? Что молчите? Или государственный терроризм не в счет? Террористы – это те, кто воюет против войск регулярной армии? Отстаивают интересы своих народов?

– А как же захват заложников? Подрывы школ и жилых домов?

– Я ждал этого вопроса. Следуя вашей логике, жилой дом или школа, уничтоженные бомбами самолета, – не то же самое, что их подрыв людьми, отчаявшимися добиться правды и справедливости?

– Вы запутали меня. Я устал.

– Да нет, господин Андорин, вам просто нечем крыть мои доводы.

Андорин неожиданно резко встал:

– Ладно, вы не террорист, а борец за справедливость. Зачем же вам тогда отравляющее вещество, способное уничтожить миллионы людей?

– И этот вопрос я ждал. Ответ на него прост. Чтобы с тобой считались, чтобы к твоему мнению прислушивались. Чтобы ни у кого не возникло даже мысли нанести тебе хоть какой-либо вред, надо, Игорь Викторович, обладать силой если не более мощной, то хотя бы соизмеримой с мощью противника. Сейчас Штаты творят в мире все, что им заблагорассудится. Вашу страну обкладывают со всех сторон. Против России формируют общественное мнение, выставляя вас исчадием зла. НАТО напирает на вас с запада, Китай с востока. Американцы блокировали юг. Неужели вы не видите, что и вас международный государственный терроризм желает уничтожить, как Югославию? Наркотическая экспансия уничтожает вашу молодежь. Финансовые потоки из-за рубежа развращают ваших чиновников на всех практически уровнях. Коррупция достигла размеров, угрожающих национальной безопасности страны. А что происходит с вашей экономикой? Одна из богатейших стран мира практически не имеет никакой экономики. Бизнес в вашем понимании – это обычная спекуляция. Купил или пусть произвел подешевле какой-то товар, перепродал его, прибыль в карман. Налоги к черту. Какие могут быть налоги, если их заменили взятки чиновникам. Или я говорю неправду, господин Андорин?

Профессор взглянул на Кумати:

– Все и всегда при желании можно оправдать!

– Верно, но я не оправдывался. Вы сделаете то, что от вас требуется. Саботаж не пройдет. Нам известно, сколько времени необходимо для переработки «Анделя».

– А если представить, что я откажусь?

– Не советую. У нас есть все, чтобы заставить вас работать. Но будет лучше и для вас, и для очаровательной Марины Владленовны, если вы проявите благоразумие и возьметесь за дело добровольно.

– Что вы имеете в виду?

Кумати подошел к профессору:

– Вы, Игорь Викторович, осмотрели апартаменты, подготовленные для вас с Королевой, теперь я хочу показать вам другие апартаменты, также оборудованные для вас. Пройдемте.

Террорист и профессор миновали коридор, прошли в правую дверь блока содержания опытного материала. Увидев стеклянные камеры, Андорин воскликнул:

– А это что еще за казарма?

Кумати спокойно ответил:

– Для практического испытания отравляющего вещества понадобится живой опытный материал. Эти отсеки для материала.

– Но они оборудованы для содержания людей?!

– Конечно! На ком же еще доводить оружие?

Андорин остановился:

– Вы с ума сошли? Травить в отсеках людей?

– Для начала надо получить отравляющее вещество. А те, кого мы разместим в опытные отсеки, являются людьми только по форме.

– И все равно они люди!

Кумати жестом указал в конец блока:

– Идемте, идемте, господин Андорин. Уверен, вам будет интересно.