Чтение онлайн

Я заворчал и лег на коврик, который она постелила, глядя на нее одним глазом, а другим на дверь. Грейди лучше быть рядом, потому что я уверен, что чертовски скоро буду звать его на помощь. Как только она зажимает какой-то тяжелый ботинок вокруг ноги, я сразу вспоминаю отрывки из романа Стивена Кинга.

Личные причины? Что за чертова отмазка? Она, действительно, была готова пойти на это только, чтобы избегать меня?

Чего я, на самом деле, ожидал? У меня не было права ожидать от нее каких-либо действий, когда я так и не поговорил с ней.

Блять...

Я посмотрел на Хельгу и понял, как все было символично. Я посеял семена и теперь пожинаю горькие плоды.

– Дай мне свою ногу, - сказала она, из-за ее акцента слова были еле понятны. Я вздохнул, поднял ногу и подчинился своему наказанию.

Хельга ушла через два часа, но перед этим она практически убила меня. Я едва мог двигаться, все мое тело кричало от боли и истощения. Свобода моих движений никогда не была лучше, но я был уверен, что она порвала три связки, чтобы этого достичь.

Мысль о том, чтобы провести так несколько месяцев, была почти невыносимой.

В ту же секунду, как только она вышла за дверь, я доковылял до телефона и позвонил Марии, частному детективу.

– У меня есть для тебя работенка, - сказал я.

– Все, что угодно. Чем могу помочь?
– спросила она.

– Мне нужно, чтобы ты снова проверила мою подругу. Ты уже работала по ней. Мэйси. Я хочу, чтобы ты сказала мне, чем она занимается. Чтобы ты ни делала, не обнаружь себя.

– Без проблем. Мне искать что-то особенное?

– Нет. Я хочу убедиться, что она в порядке. Я беспокоюсь о ней.

– Хорошо, ты все узнаешь. Я займусь этим прямо сейчас и перезвоню тебе через пару часов.

– Спасибо, Мария, - сказал я, вешая трубку.

Меня не мучила совесть из-за того, что я проверял Мэйси. Это не был шпионаж. Это была забота, вот и все. Происходит что-то вжное, и я ощущал это буквально всем телом. Я не знал, что именно. Но была какая-то другая причина, по которой Мэйси не хотела впускать меня в свою жизнь, какое-то другое объяснение тому, что она так решительно сторонилась меня.

Я потратил десять лет, думая, почему она бросила меня в первый раз. И я не собирался тратить еще десять лет, спрашивая о том же.

Я только закончил ужинать, когда Мария позвонила мне. Я ответил сразу же. В течение целого дня я был на грани.

– Что ты выяснила?
– спросил я.

– Ну, сначала я пошла к ней домой, но ее там не оказалось. Я провела там некоторое время и увидела мужчину, который зашел на пару минут и вышел с розовым рюкзаком и медведем. Я проследила за ним, надеясь, что он приведет меня к ней. Так и случилось.

– Отлично. И где же она?
– спросил я.

– В больнице. Я видела, как он заходил в педиатрическое крыло. Все выглядит так, будто дочку мисс Джейн привезли вчера ночью. Больше информации я получила от своего друга, который работает в больнице. Он сказал что с ребенком все будет в порядке, но пару дней она пробудет в больнице.

– Ого. Ладно. Спасибо, Мария. Ты знаешь, что с ней произошло?

– Астма или что-то подобное. Ребенка подключили к аппарату ИВЛ. Слушай, я и так уже подобралась слишком близко, преступив около двенадцати различных законов, касающихся врачебной тайны, поэтому я не буду больше ничего говорить.

– Точно, верно. Ну, большое спасибо, Мария. Я наберу, если ты мне снова понадобишься.

– В любое время, Джесси.

– Ох! Мария? А как зовут малышку? Я хочу послать ей цветы и шарики.

– Джессика Мэделин Джейн.

– Джессика?
– спросил я. В голове что-то начало дергаться, но я не мог уловить суть, поэтому я отбросил это в сторону, как и мысли о Мэйси. Она, должно быть, в ужасе.

– Да, они называют ее Мэдди.

– Мэдди, точно, - сказал я.
– Еще раз спасибо.

Я повесил трубку и позвонил в цветочный, чертовски надеясь, что они пополнили запасы.

– Все будет в порядке, малышка, мы разберемся с этим. Обещаю, - я держала руку Мэдди, когда доктор вышел из комнаты. Я была так расстроена, так переживала, так чертовски злилась, что хотела сорваться на ком-то, ком угодно. Но я не могла. Я не могла позволить Мэдди увидеть, насколько я переживала.

Прошлая ночь была кошмаром. До настоящего времени, это был один из самых сильных приступов, и я была напугана до смерти, пока мчалась с ней в больницу.

Она это все, что у меня было. Она была всем. Я не могла жить без нее. И наблюдать за ее страданиями было невыносимо. Я чувствовала себя беспомощной, и это бесило меня больше всего.

Я была ее матерью. Я должна защищать ее. Но я не могла.

Такое чувство, будто невидимый монстр постоянно поджидал, чтобы напасть и сбить нас с ног. Я хотела побороть его. Я хотела взять бейсбольную биту и врезать ею по его заднице...

Но я не могла.

Нет в мире хуже чувства, чем быть неспособной защитить своего ребенка.

Я хотела найти способ, чтобы смириться с ним, но я не могла сделать даже этого. Поэтому я продолжала бороться. Я постоянно спрашивала врачей и проводила собственное исследование.

Все указывало на астму, и от этого не было лекарства. Все, что мы могли делать - это контролировать симптомы. Мы уже перепробовали все экспериментальные методы лечения, на которые я набрала долгов или платила самостоятельно, но все еще... Когда мы думали, что что-то сработало, у нее происходил очередной приступ.

Он был безжалостен.

И мы обе были обессилены.

– Я скоро пойду домой?
– спросила Мэдди, глядя на меня огромными голубыми, полными доверия глазами.
– Я скучаю по Снежинке.

– Да, малышка. Через некоторое время мы пойдем домой, - я была рада, что она хоть немного поспала. Я просидела всю ночь рядом с ней, заламывая руки от волнения, надеясь, что доктор скажет мне что-то новое. Но он этого не сделал. Прошли часы, когда он вернулся, Мэдди успокоилась, и мы, наконец, смогли поговорить.