Чтение онлайн

– Хочешь, чтобы я продолжала следить за ними? Уверена, что девочка заметила меня на днях в продуктовом. Она достаточно умна для десятилетней.

– Что ты только что сказала?
– спросил я, мой мозг пришел в боевую готовность.

– Она очень умна. Для десятилетней.

– Ей десять?
– спросил я.

– Ну, да, девять, десять, что-то вроде того. Я думала, что говорила тебе.

– Я думал, что она намного младше, - мое сердце начало бешено колотиться в груди.
– Мария... когда у нее день рождение?

– Сейчас посмотрю, оно где-то не далеко. Секундочку... ох, День Святого Валентина. 14 февраля. Ей все еще девять, прости.

Цифры метались в моей голове, пока они не выстроились в очень невероятный сценарий.

Я почувствовал, как кровь отхлынула от моего лица, когда я медленно повесил трубку. Мария все еще говорила, но я уже услышал все, что было нужно, и это все прекрасно объясняло.

– Мы что, снова должны смотреть Балбесов (прим. пер.
– фильм, снятый в 1985 году)?
– спросила я. Мэдди и Снежинка свернулись калачиком рядом со мной, когда мы устроились на диване для просмотра фильма после ужина.
– Мы смотрели его миллион раз.

– Ты же знаешь, как сильно я его люблю, мама, - ответила она.

– И ты знаешь, чем он закончится. Не хочешь посмотреть что-то новенькое? Вот, идет новое шоу по...

– Нет, - сказала она.
– Я хочу Балбесов. Это мой любимый фильм.

Я уставилась на нее и вздохнула. Как я могла ей в чем-то отказать? Никак. И она это знала.

– Ладно, ладно, - сказала я.

– Ура!
– сказала она, включая его и прижимаясь ко мне спиной. Я натянула на нас одеяло и задумалась, пока она смотрела Балбесов в миллионный раз. С моего последнего разговора с Джесси прошла неделя. И с каждым днем это становилось все труднее. Я пообещала вернуть ему все, что он дал мне, но это означало оставить Мэдди, а я боялась выпускать ее из виду.

Прошлой ночью у нее был еще один легкий приступ, но нам удалось взять его под контроль прежде, чем пришлось ехать в больницу. Но весь следующий день мы провели в кабинете врача, и мне было намного легче ездить в машине, которую дал мне Джесси, чем ждать такси. И Мэдди уже полюбила Снежинку...

Это был самый легкий путь. Но также он был трусливым. Я знала это. Я чувствовала себя ужасно и пообещала себе обязательно ему позвоню. Я могла пойти к нему и попытаться загладить свою вину... Но я не могла заставить себя встретиться с ним при дневном свете. Слова, которые так хорошо звучали у меня в голове, при дневном свете оборачивались неприемлемой катастрофой.

Так что я ничего не сделала. Я сосредоточила все свое внимание на Мэдди, отодвинув Джесси на задний план.

Этот путь был легче. А я отчаянно нуждалась в легкости.

В середине фильма Мэдди уснула на диване. Ее светлые кудри были разбросаны на диванной подушке, а ее босые ноги были на моих коленях. Я не могла не улыбнуться, когда смотрела на нее. Она спала, как ангел, полна спокойствия и красоты.

Осторожно я убрала ее ноги и встала с дивана. Она слегка пошевелилась, но не проснулась, поэтому я оставила ее там. Я пошла на кухню, чтобы налить себе вина, надеясь, что это как-то поможет мне снять груз с плеч. На прошлой неделе я была на взводе и очень так напряжена, что моя спина превратилась в один большой нервный узел.

Я пыталась вспомнить, когда была расслаблена в последний раз и поняла, что это было когда я лежала в объятиях Джесси в ночь, после нашего свидания. И еще я знала, что если позвоню, то он ответит. Мне было интересно, думал ли он обо мне. Или с того момента, когда он перестал мне звонить, возможно, он, наконец отказался от меня.

Я знала, что у него не было никакой драмы, поэтому, если бы я его оттолкнула, то это бы не было полной неожиданностью. И, может быть, это к лучшему.

Мне пришлось ставить на первое место то, что лучше для Мэдди. Она была в приоритете.

Не мое спокойствие, не мое удовольствие и даже не мои неразумные фантазии на счет наших отношений с Джесси.

Раздался дверной звонок, который так сильно поразил меня, что я чуть не уронила бокал.

«Это, должно быть, Эдди», - подумала я. Вероятно, он что-то забыл, когда чуть раньше заезжал проверить Мэдди. Было приятно пообщаться с ним и получить столь необходимое время.

Я радостно бросилась к входной двери и распахнула ее с улыбкой.

– Джесси!

Я стояла перед ним ошарашенная, с открытым ртом.

– Привет, Мэйси, - кивнул он. Он выглядел очень серьезным, но таким чертовски прекрасным. Черная застегнутая рубашка была заправлена в черные шелковые штаны, которое очерчивали совершенное сокровище, которое, я знала, скрывалось под одеждой. За ним едва начало садиться солнце, оставляя в небе прожилки сиреневого цвета, которые омывали его лицо.

– Что... что ты здесь делаешь?
– спросила я. Сердце колотилось в груди, а смесь тревоги и радости разлилась по моим венам.

– Я надеялся, что мы сможем поговорить, - сказал он.
– Это важно... Могу я войти?

– Войти? Эм... Я... ну конечно. Хочешь бокал вина? Мы могли бы присесть на крыльце.

Мои мысли перескочили к Мэдди на диване в гостиной. Я хотела держать их с Джесси подальше друг от друга.

– Было бы отлично, - сказал он, торжественно кивая.

– Оставайся здесь, - я тяжело сглотнула, побежала в кухню, схватила бутылку и два бокала и вышла на крыльцо. Было невероятно невежественно не приглашать его в дом.
– Прости, я бы пригласила тебя войти, но в доме сейчас беспорядок.

– Все в порядке, - сказал он.

– Я не ожидала гостей, - пожала я плечами, садясь рядом с ним на крыльце. Я оставила дверь слегка приоткрытой, чтобы я могла услышать Мэдди, если она будет нуждаться во мне. Я медленно повернулась к нему.
– Как твое колено?

– Уже лучше. Амазонка, которую послали вместо тебя, делает чертовскую работу.

– Ох нет. Они послали Хельгу?
– спросила я.

– Ага. Я называю ее Хельга-Варвар. Она ужасна. Ты была намного, намного лучше.

– Мне жаль, Джесси. Моя дочь заболела, и мне нужно проводить с ней некоторое время.