Чтение онлайн

Первый же поворот стоил ему довольно ощутимого испуга. На самом углу, так, что его невозможно было увидеть заранее, стоял нокт – теперь-то Джек вспомнил их название – один из родовых служителей графа Малфреда Элермонта.

Наверно, это был самый юный представитель рода из всех, что обитали в замке. Он едва доходил Джеку до плеча и внешне казался чуть ли не двенадцатилетним мальчишкой. Вот только взгляд портил впечатление. Взгляд, который никак нельзя было назвать детским, уж слишком серьезным, льдисто-спокойным было его выражение.

– Доброе утро, молодой господин, – нокт низко поклонился и снова устремил на Джека свои непроницаемые темно-алые глаза. – Неандер Шем ожидает вас в Синей Гостиной. Если вам угодно, вы можете встретиться с ним перед завтраком.

– Хорошо, – немедленно ответил Джек. – Где это?

– С радостью провожу вас.

Нокт развернулся и двинулся к ближайшей двери. Джек без колебаний последовал за ним, охваченный любопытством и некоторой тревогой. Он знал, что в любой момент может столкнуться с хозяином дома и боялся, как бы эта встреча ни застигла его врасплох.

Им пришлось пройти что-то около семи бескрайних коридоров, два огромных праздничных зала, в которых Джек почувствовал себя крошечным насекомым, и одну длинную картинную галерею, прежде чем перед ними, наконец, возникла Синяя Гостиная. Это была великолепная (впрочем, как и все здесь) прямоугольная комната с помпезной синей мебелью, светло-голубыми стенами и многочисленными окнами, занимавшими почти всю правую стену. В центре комнаты располагался небольшой круглый стол, обитый матовой серебристой тканью, и два изящных стула вокруг него, сиденья которых были покрыты такой же серебряной тканью.

За столом сидел Неандер Шем, перед ним лежали какие-то непонятные предметы и коробочки, а сам он внимательно читал какую-то книжку в темно-коричневом переплете. При виде Джека он отложил книгу в сторону, встал и глубоко поклонился.

– Доброе утро, господин. Прекрасно выглядите.

Джек не слишком этому поверил: аляповатый воротник все не давал ему покоя, но, естественно, говорить об этом он не стал и спокойно ответил на приветствие.

– Мне необходимо заверить некоторые документы, связанные с заключением брачного союза между вами и нашим господином. Это простые формальности, которые не займут много времени. Если позволите, мы можем разобраться с этим прямо сейчас.

Джек немало удивился, хоть и не показал этого. Он был уверен, что о формальностях ему сообщит сам инициатор союза, а не его поверенный. Но задавать вопросы не было смысла.

Как только они сели за стол, Неандер пододвинул к Джеку странное деревянное полотно овальной формы, накрытое необычной крышкой. Крышка была сделана из какого-то странного материала: это было явно дерево, но абсолютно черное, с бесчисленными золотыми прожилками.

Откинув крышку, Джек увидел гладкий белоснежный холст маленькими багровыми пятнами посередине. Пятен было ровно пять, и, судя по их размеру и расположению, это были отпечатки пальцев чьей-то руки. Странным было то, что кровь выглядела очень застарелой, местами она так обсохла, что почти стерлась. Складывалось впечатление, что отпечатки были сделаны не недавно, а лет пять, а то и десять назад…

– Что с этим делать? – Джек поднял взгляд на Шема.

Тот протянул ему маленький стеклянный сосуд с бесцветной жидкостью внутри.

– Окуните в раствор пальцы и наложите точно на отпечатки.

Джек подчинился, осторожно, чтобы не расплескать, сунул пальцы в сосуд. Первое впечатление оказалось обманчивым: раствор вовсе не был жидким. Джеку показалось, будто его пальцы вошли в густую кашицу из побитого льда, но когда он вытащил руку, его кожа была абсолютно сухой.

Возле входа в гостиную послышалось какое-то движение. Посмотрев туда, Джек с удивлением увидел, по меньшей мере, семь ноктов помимо того, что привел его сюда. Они все стояли у входа и пристально, с каким-то испуганным вниманием наблюдали за ним. Он понял, что то, что он собирался сейчас сделать, было гораздо серьезнее, чем он думал секунду назад.

– Что будет после того, как я это сделаю?

– В роду Элермонтов законные браки большая редкость, – вдумчиво проговорил Неандер. – Подобная серьезность им не свойственна. Но вы – особый случай. Как я уже говорил, граф Элермонт чрезвычайно серьезен по отношению к вам. И к заключению брака он подошел со всей ответственностью. Полотно, что лежит перед вами, сделано из Священного Древа Бриколахэ – редчайшей ценности нашего мира. Брак, заключенный на его основе, не может быть расторгнут ни при каких обстоятельствах.

У Джека что-то упало внутри.

– Зачем ему это?

– К сожалению, такой информацией я не обладаю, – вежливо ответил Шем.

Вернее, вежливо солгал, в чем Джек был уверен не менее твердо, чем в серьезности происходящего. Он застыл с поднятой рукой в каком-то заторможенном смятении, не доверяя ни Шему, ни самому себе.

Брак, который невозможно расторгнуть.

Его разум буквально надрывался в исступленных мольбах об отступлении, но тело не шевелилось. Сознание корчилось от страха и нежелания впутываться во что-то настолько гнетущее, а глаза неотрывно смотрели на Священное Древо. А потом он уверенно вытянул руку (которая даже не дрогнула!) и прижал пальцы к багровым отпечаткам. И едва не закричал.

Подушечки будто пронзило раскаленными иглами, а белая поверхность холста запылала пронзительным ярко-красным пламенем. Джек моментально отдернул пальцы и увидел на коже одинаковые глубокие ранки, будто действительно следы от толстых игл.

Пламя между тем неистовствовало еще минуты две, прежде чем, наконец, медленно угасло. Застарелых отпечатков больше не было видно, их покрывали свежие пятна густой малиновой крови, а холст вокруг них был исчерчен тончайшим лилово-алым узором, который не могло создать ничто, кроме чистой магии.

Подняв взгляд на Шема, Джек почувствовал еще большую тревогу. Обычно невозмутимый, сдержанный лэрк казался в этот момент… потрясенным.

– В чем дело?

– Это всегда причиняет боль, – медленно проговорил Неандер, – но пламя… такого я еще не видел.

– И что это значит?

– Не имею ни малейшего понятия. Возьмите эту мазь. Обработайте раны.

Джеку не очень-то хотелось следовать его указаниям после той боли, что он испытал, но возражать хотелось еще меньше. Впрочем, в этот раз указание было весьма ценным. Боль прошла через пару мгновений после того, как пальцы коснулись мази, а еще через секунд десять не осталось следа даже от ранок. Джек был так ошеломлен всем произошедшим, что уже не сильно удивился этому.

Далее Неандер попросил его расписаться на трех больших, нарядно оформленных бумагах, также подтверждающих законность заключаемого брака, и в конце протянул маленькую элегантную коробочку, покрытую мерцающим темно-синим бархатом.

– Это подарок от нашего господина. Символ вашего официального вступления в семью.

Открыв коробочку, Джек едва не скривился. Добивки в виде обручального кольца он никак не ожидал, а это было именно оно – золотое, инкрустированное крошечными бриллиантами, которых тут было, наверно, штук двести. Бриллианты были такими маленькими, что все вместе казались единым полотном, и это полотно составляло тонкий сверкающий узор, который Джек уже как будто где-то видел.