Чтение онлайн

Затем во дворце был бал. И снова множество поздравлений: любви, счастья, благополучия. Смешно! Будто найдется в империи хоть один человек, кто не знает, что никакой любовью здесь не пахнет — одна политика. Неискренность и лицемерие, а также расчет и оценка, мол, чего можно ждать от новой принцессы. Особенно после такого внимания богов.

От удерживаемой на лице улыбки сводило скулы. Одиночество, словно чёрная пустота, разрывало душу. Нестерпимо хотелось, чтобы рядом были Снежок и Ростислав. Но братика с его командой отправили домой сразу же после обряда, пёсик остался в комнате. А то натворили бы бед, что тот, что другой.

Неизвестность страшила, заставляя сердце тревожно сжиматься в ожидании ночи. Но Властин своей внимательностью и шутками смог немного успокоить. Позволила себе расслабиться, поверить, что ничего плохого не произойдёт. Обворожительная улыбка наследника обманула и её тоже.

Когда пришло время молодожёнам удалиться, Света с облегчением вздохнула. К счастью, в отличие от Зимидара, в империи молодых в спальню толпа не сопровождала. Они до утра оставались в одиночестве: никаких слуг, никакой охраны.

В по-пеневински роскошной комнате снова возникла неловкость, и с улыбкой протянутый Властином хрустальный бокал с красным вином показался Свете спасением. Уловила от вина какой-то пряный аромат, но не придала значения. Сделала глоток, на лице принца мелькнуло злорадство, заставив её с тревогой замереть. Но было поздно. В глазах потемнело.

Света очнулась на кровати в одной сорочке, лежала на животе, руки были привязаны ремнями к кроватным столбам. Принц, закинув ногу на ногу, сидел в кресле и легко постукивал по ладони сложенной плетью.

— Очнулась, дикарка? — злорадно усмехнулся Властин, поднимаясь.

Ответить не успела, да и не ждал он ответа. Просвистела плётка — первый удар обжёг спину. Едва успела сжать зубами подушку, сдерживая крик. Всё равно бы за толстыми стенами не услышали. А принцу такого удовольствия доставлять не хотелось.

Сквозь пелену боли едва проникали слова принца, сопровождающие удары. Что-то насчёт того, что он давно ждал, когда зимидарка попадёт ему в руки, именно поэтому и согласился на брак с бешеной дикаркой, к которой даже притрагиваться противно. Она ответит за всё! Пусть забудет о любом намерении вмешиваться в политику. Каждое опрометчивое слово, а тем более действие, будет наказываться плетью. Теперь царевна его собственность. Властин может всё, что угодно с ней делать. А пойдёт жаловаться — никто не поверит в её россказни. Он научит её быть покорной и почтительной пеневийской леди…

Потом Света потеряла сознание.

Очнулась одновременно с шумом закрывшейся двери, руки были развязаны. Спина горела.

Невольное движение вызвало резкую боль. Видимо, снова потеряла сознание, так как, когда кто-то вошёл, не заметила.

Холодное прикосновение к спине словно обожгло, заставив дернуться и застонать.

— Тише, тише, Крошка, не шевелись. Сейчас будет легче. Мазь жрецов Осени никогда не подводила, — донёсся холодноватый голос.

И правда, по телу словно разлилась прохладная вода, успокаивая жжение. Медленно, стараясь как можно меньше шевелиться, Света повернула голову. На краю кровати сидел крепкий парень, в светло-русых волосах под светом свечи мелькал рыжий оттенок, лицо напряжено, серые глаза, словно сталь хорошего меча, ледяные и ничего не выражающие.

— Рыж? — неуверенно выдохнула Света, едва признав в воине воришку, который как-то им помог.

— Не двигайтесь, ваше высочество! — велел парень, переходя на официальный тон. — Я — Лис. Последние семь лет только Лис. А теперь Вам нужно поспать.

— Но…

— Ваше высочество, если хотите, чтобы завтра обо всём этом не узнали… а Вы захотите, я знаю! Выспитесь хорошенько!

— Ты не исчезнешь?

Лис не ответил.

Видимо, в мазе были какие-то сонные травы, так как веки потяжелели. Неожиданно стало безумно страшно оставаться одной. Света быстро открыла глаза и схватила парня за руку, едва удержавшись от стона из-за вспыхнувшей боли, попросила:

— Пожалуйста, не уходи, — про себя поморщилась. Слишком жалобно прозвучало. Нужно быть сильной! И она будет, обязательно будет, но не сегодня — завтра.

— Лето! Спите, Ваше высочество!

Света с мольбой посмотрела на парня. Лис, вздохнув, кивнул.

****

Свету разбудил шум открывшейся двери. Вошёл Властин и остановился у кровати, он держал синеватую склянку, похожую на те, в которых жрецы Осени хранили свои лечебные эликсиры. Взгляд принца пробежался по комнате, на миг замер на Свете, потом скользнул по полу. Лицо парня недовольно скривилось.

— А ты сильней, чем я думал. Ничего, и не таких обламывал.

Света, с презрением оглядев принца с ног до головы, пренебрежительно бросила:

— Ты-то? — глупо, конечно, но вылетело как-то само собой.

Серо-голубые глаза сверкнули злостью, парень замахнулся, Света, съежившись, зажмурилась, но ожидаемого удара не последовало.

— Пасть закрой! Если б не встреча с отцом… — зло процедил Властин, опуская руку. — Собирайся! Через час нас ждёт император.

Бросив флакон на тумбочку у кровати, сердито чеканя шаг, принц вышел из комнаты.

Света с облегчением выдохнула. Пошевелила плечами, спина не болела, лишь чувствовалось лёгкое неудобство.

Осторожно сев, оглядела комнату. Лиса, конечно, не было. Да и был ли он?

Ну не сама же она сняла сорочку, которая окровавленная сейчас валялась на полу у кровати, да и исчезнувшая боль. А также должен же был кто-то её укрыть покрывалом. Но Рыж? В императорском дворце?

Мысли текли вяло, неторопливо. Нужно было всё обдумать, решить, как себя вести. Но, кажется, до сих пор не могла прийти в себя. Как он посмел поднять на неё руку? На царевну Зимидара? Нет, не на царевну…пеневийскую принцессу, свою жену, на которую у него есть все права. Не стоит об этом забывать.

Света, опустив ноги на пушистый ковёр, встала и, дрожащими руками прихватив лежащий на кресле халатик из яркого скифского шёлка, подошла к зеркалу.

Отражение с потрясением и неверием смотрело на неё, царевна попыталась улыбнуться, стараясь успокоиться. Вот только улыбка вышла неуверенная и слабая. Повернувшись, Света попробовала разглядеть спину. Судя по той части, которую смогла увидеть, следов плети не осталось. Неудивительно, с лекарями Осени никто не сравнится.

Накинув халатик, снова посмотрела в зеркало. Упрямо вздёрнула подбородок, губы скривились в усмешке.

Она — царевна Зимидара, дочь легендарной Волчицы и какой-то имперский принц…

Так значит, Властин объявляет войну? Глупо! Не зная врага, надеясь лишь на грубую силу и угрозы, многого не добьёшься.

А то, что ему даже противно к ней притрагиваться — так это же отлично. Значит, ребёнка от него точно не будет. Год! Какой-то год нужно будет прожить в империи, а затем станет свободной. Главное не допустить, чтобы брак состоялся. А там он может быть расторгнут.

Пока предстоит противостояние с принцем. Боится ли она его? Нет, конечно! Ненависть? К Властину? Он не только ненависти не достоин, но даже и презрения. Одна лишь брезгливость! Мужчина, поднимающий руку на тех, кого должен защищать: женщин и детей, большего не стоит!