Чтение онлайн

— Доставай свои бинты и бальзамы, — обратилась Линн к Фло.

Фло внимательно выслушала девушку и вздохнула:

— Да, пока здесь не поселилась эта красотка, у нас было тихо и спокойно. Вечно раздувает какие-то свары. И это продолжается с тех самых пор, как она сюда приехала. Скорей бы уж наступил тот день, когда у тебя будет время сразиться с ней в открытую.

Подруги вдоволь посудачили о кознях псевдо-Линн, а также о превратностях судьбы, способной с хорошими людьми играть недобрые шутки. За разговором они не заметили, как стемнело.

— Извини, Фло, я опять отвлекаю тебя от дела! Но мне так хотелось поделиться с тобой своей проблемой! Больше мне некому открыться, не у кого спросить совета.

— Перестань, Линди. Я очень рада, что ты доверилась именно мне. А работа?.. Ничего, теперь, разозленная на эту девицу, напишу в два раза больше, чем обычно.

— Шутишь, Фло… извини еще раз. Извини еще раз. И спасибо за поддержку. — Линн засобиралась домой.

После ухода Линн Фло уселась писать письмо.

— Вовсе я не вмешиваюсь, — яростно бормотала она, — но девочка еще не знает, что ей предстоит. Когда услышит, что Линн Дин обвиняет ее в плагиате, то не будет сидеть сложа руки. Я только хочу снабдить ее кое-каким оружием.

Линн попыталась работать утром в День благодарения, но сумела написать только несколько страниц. Да и то неудачных.

«Это же курам на смех, — выговаривала она себе. — Почти каждый день к вечеру я делаю перерыв, разве не так? Тогда почему же сегодня не могу сосредоточиться? Почему мысли о предстоящем праздничном обеде мешают работать?»

Однако факт оставался фактом, работа не шла. Линн вздохнула и занялась хозяйственными делами. Принесла дров, прибралась на письменном столе, где все выглядело так, словно там пронесся ураган.

Время тянулось страшно медленно. Интересно, как проводят время жители на той стороне Озера, если не заняты творчеством? Чем занимается другая Линн Дин, когда она здесь? Но хватит думать об этом, в который раз оборвала себя девушка.

Линн надела единственный подходящий наряд, который прихватила с собой, — оригинального покроя голубое платье с аметистовыми блестками, подчеркивающее синеву ее глаз.

В назначенный час она с радостью отправилась к Сиду. Линн пришла раньше других — нужно было сделать заливное и салат и, быть может, помочь еще чем-нибудь.

— Молодец! — радостно приветствовал ее Сид.

Но когда Линн сняла пальто, он ошеломленно уставился на нее, затем покачал головой:

— Ты слишком хороша для кухни.

— Это дело поправимое. — Линн надела передник, закрывший спереди все платье. — С чего начнем?

Удивительно, до чего легко им работалось вместе! Слов почти не требовалось. Окидывая взглядом длинный стол, накрытый их совместными усилиями в гостиной, Линн вздохнула:

— Мне очень нравится твой дом. Он чудесно приспосабливается к самым разным ситуациям.

— Тебе правда нравится, Линди? — серьезно спросил Сид.

Она хотела ответить, но… начали подходить остальные.

В черном бархатном платье явилась элегантная Фло. Кэти выбрала наряд темно-зеленого цвета, от которого ее светлые волосы приобрели рыжеватый оттенок.

— А на мне, — жизнерадостно провозгласил Кент, — чистое лицо и новый галстук!

Они уже собирались садиться за стол, когда возле дома взревел автомобиль. Вскоре перед взорами собравшихся предстал Кинг Кинкейд. Преобразившийся Кинг, подумал каждый. На щеках румянец, исчезло замкнутое выражение лица, глаза с ликованием смотрели на присутствующих.

— Линди, ты им сказала? — спросил он и направился к ней. Подойдя к девушке, Кинг заставил ее встать и объявил: — У нас с Линди для вас важное сообщение!

Ничего не понимающая Линн успела лишь заметить, как изменился в лице Сид Страйкер.

— Что я должна была им сказать? — резко прозвучал в тишине голос Линн.

— О нас с тобой. О том, что ты для меня сделала. Ребята, — Кинг широко улыбнулся, — эти крошечные полвершка вернули меня к работе. Всего одной лишь фразой она заставила меня понять, как же я ошибался. Благодаря Линн я увидел новые горизонты. Вчера я дописал первую главу и вчерне наметил план своей новой книги.

Со всех сторон посыпались вопросы. Дождавшись, когда гомон уляжется, Кинг провозгласил:

— Всходы.

— Черт возьми, — жалобно пробормотал Тейбор, пытаясь скрыть радость от того, что восстановлена вера в своего идола, — я уж думал, ты собираешься объявить о помолвке с Линди.

Повернувшись к девушке, Кинг улыбнулся:

— Отличная мысль. Вот только не знаю, согласна ли она. А здесь не подходящее место спрашивать об этом.

Неизвестно, чем бы закончился этот разговор, если бы не Фло. Она вмешалась и деловито предложила не задерживать обед любовными признаниями.

— К тому же Линди не собирается думать ни о борьбе с врагами, ни о любви, пока не завершит книгу. На это уйдет не один месяц, а мне хочется есть.

Умница Фло убедила всех воздержаться и от разговоров о возвращении Кинга к творчеству до окончания праздничного обеда.

После того как с обедом покончили, а кухню привели в порядок, женщины уговорили Сида остальную уборку отложить на потом, и все собрались у камина послушать Кинга. Кинг, ничуть не смущаясь, рассказал, как Линди обнаружила его в лесу, где он скрывался от всех.

— Когда я сказал малышке, что к ней это не относится, то отнюдь не с целью оскорбить. А потом охотно отправился с Линди к ней домой. Она ни о чем меня не спросила. Мне не нужно было изображать из себя знаменитого писателя.

Знаете ли вы, как много это для меня значит — быть самим собой? Я чувствовал себя младшим братом, которого старшая сестра ведет домой. Она кормила меня, слушала и не пыталась анализировать. Это меня настолько потрясло, что захотелось узнать почему. И она вновь меня сразила, сказав, что не знает ответа. С таким я столкнулся впервые.

А потом по моему настоянию Линди поделилась со мной своими мыслями. И знаете, она попала в точку! Эта малышка сразу поняла, почему я перестал писать. Я уверовал в испорченность мира и его обитателей, в некомпетентность тех, кто управляет ходом событий. Я цитировал отчеты об археологических находках, доказывающие существование множества сменяющих друг друга цивилизаций, каждая из которых была разрушена человеком. Ибо человек — это единственное животное, которое сознательно организует массовое уничтожение себе подобных.