Чтение онлайн

– На самом деле, если бы я не столкнулся с вами обеими снова, сомневаюсь, что когда-нибудь встретился бы со знакомыми из тех славных дней, - продолжает Эмерсон.

– Даже с семьей?
– спрашивает Райли, не подумав.

Я посылаю ей предупреждающий взгляд, и она тут же осознает свою ошибку, но уже слишком поздно.

– Ну, мама все еще более или менее жива, но постоянно находится в реабилитационном центре, - Эмерсон говорит, не отвечая ни на чей взгляд.
– А мой папа... Он, на самом деле, скончался несколько лет спустя, после того как я покинул Коннектикут с мамой.

Это стало новостью для меня, и я ничего не могу поделать, приобнимаю Эмерсона в знак поддержки. Как будто ему недостаточно боли, которую он носит на своих широких плечах.

– Мне так жаль, - бормочу я.
– Я знаю, как это тяжело, Эмерсон.

– На самом деле, я думал о том, чтобы тебе позвонить, когда это произошло, - коротко смеется он.
– Я знал, что ты пережила подобное. Никого не смог больше придумать, с кем бы хотелось поговорить.

– Ты мог позвонить, знаешь ведь, - нежно говорю я.

– Ну, - Эмерсон вздыхает, стряхивая печаль из-за смерти отца, - теперь ты здесь, ведь так? Думаю, мы получили шанс все нагнать. Все мы.

Мы все возвращаемся к нашим напиткам, разговор возобновляется. Я не очень много ела в течение дня, так что алкоголь уже всерьез подействовал на меня. Так же я начинаю задумываться, а не заказать ли нам огромную пиццу, чтобы немного уменьшить действие спиртного, и вспоминаю, что на сегодняшний вечер у меня еще есть планы.

– Дерьмо. Который час?
– вскрикиваю, резко вставая с дивана.

– Только семь, - говорит Эмерсон, глядя на часы.
– А что, почему?..

– О, Господи, - стонет Райли, посмотрев на меня.
– Твои дедушка с бабушкой.

– Я не одета. У меня нет времени. Они будут здесь в любую минуту, - плачу я и ставлю пустой стакан, намереваясь пойти в спальню, чтобы переодеться. Но в ту секунду, когда разворачиваюсь на каблуках, слышу звонок домофона.

Фрэнк и Джиллиан Роуэн прибыли для праздничного ужина.

– Дерьмово, - мрачно смеется Эмерсон.
– Воссоединение семьи! Это должно быть весело.

– Расслабься, Эбби, - говорит Райли, ожидая мою панику.
– Ты взрослая женщина. Это не их дело, с кем ты проводишь время.

– Попробуй, скажи им это, - бормочу я, с тревогой отвечая в домофон.

– Слушай, я уверен, что все будет хорошо, - Эмерсон вздыхает, начиная собирать свои вещи. – Ничего не случится, ведь у них есть вся эта чванливая, искусственная вежливость. Так что не похоже, что они будут со мной ругаться. Богатые люди не ввязываются в конфронтации. Это неправильно.

К своему удивлению, я чувствую приступ раздражения из-за обобщения Эмерсона. Мои бабушка и дедушка не идеальны, но сейчас они моя единственная семья. Они - единственные люди, которые поддерживали меня всю мою жизнь, даже если выражалось это чаще финансово, чем эмоционально. Я не испытываю радости от того, как Эмерсон критикует их.

– А разве ты теперь не богатый человек?
– резко спрашиваю, скрестив руки на груди.

Эмерсон поднимает бровь, опешив из-за моего тона.

– Конечно. Но я заработал свои деньги, - отвечает он.
– Я не унаследовал свои преимущества и все остальное.

– Ты хочешь сказать, как я родилась серебряной ложечкой во рту?
– выпаливаю в ответ. Теперь я действительно разозлилась. Я думала, что среди всех остальных людей он точно не будет субъективно судить о чем-то вроде денег. Но думаю, возможно, я была не права. Возможно, наличие денег изменило его.

– Ты же знаешь, что я говорю не о тебе, - произносит он, на самом деле шокированный моей реакцией.
– Эбби, ты не такая. Ты надрываешь свою задницу, ты отличаешься тем, что делаешь…

– Ну. Когда ты проводишь всю свою жизнь, наследуя преимущества, у тебя появляется много свободного времени, чтобы посвятить себя своим интересам, - сухо говорю я.

– Не навязывай мне свои слова, - строго произносит Эмерсон.

– Не указывай мне, - отвечаю я.

– Воу, воу, - говорит Райли, вставая между нами.
– Разойдитесь по углам, оба.

– Это он начал, - бормочу я, скрестив руки.

– Извини, что?
– Эмерсон издевается.

– Господи Иисусе, - стонет Райли.
– Просто потому, что вы находитесь в одной комнате снова, не означает, что можете вернуться к вашим подростковым страхам.

Прежде чем я успеваю ответить, в дверь звонят. Мои бабушка и дедушка прямо за ней.

– Это моя реплика, - говорит Эмерсон, направляясь со мной к двери.
– Я извиняюсь за то, что сказал. Я не…

– Я тоже, - быстро отвечаю ему, тормозя возле двери. Райли была так любезна и вернулась в свою комнату на этом моменте.

– Могу я, по крайней мере, подарить тебе еще один поцелуй?
– спрашивает Эмерсон, поймав мою руку и положив коробочку с кольцом на ладонь. Я киваю, прижимая ее к груди. Эмерсон прикасается своими губами к моим, даря сладкий, быстрый поцелуй «спокойной ночи». Я убираю в карман коробочку, с кружащейся головой и покрасневшая, и тянусь, чтобы открыть входную дверь.

Мои бабушка и дедушка предстают перед нами во всей своей красе. Я смотрю на их неподвижные, вежливые улыбки, когда они видят Эмерсона рядом со мной. Некоторое время они находятся в оцепенении, но, в конце концов, узнают его. И в ту же секунду вся доброжелательность слетает с их лиц, сменившись чистейшим отвращением.

– Это?..
– выдыхает моя бабушка.

– Да, - улыбается Эмерсон, выпрямившись во весь рост и возвышаясь над всеми.
– Рад видеть вас снова, Джиллиан. Фрэнк.

– Какого черта он здесь делает?
– говорит мне мой дед, отказываясь смотреть на Эмерсона хоть секунду.

– Он уходит, - отвечает Эмерсон.
– И вам всем хорошего вечера. Еще раз с днем рождения, Эбби.

Он наклоняется и целует меня в щеку, и я наблюдаю, как увеличиваются глаза моих бабушки и дедушки. Я удивлена, что они еще не выкатились из орбит, когда он проходит мимо них к лестнице и исчезает из поля зрения. Довольно длительное время никто не нарушает тишины, пока бабушка и дедушка смотрят на меня, закипая от ярости.

– Итак... Вы, ребята, войдете, или?..
– слабо предлагаю я.