Чтение онлайн

Мы терпим поражение.

Это дело губит нас.

— Вбей в себя немного здравого смысла? — Тео смеется.

— Тебе когда-нибудь хотелось собрать вещи, прыгнуть в самолет и улететь на какой-нибудь необитаемый остров?

Его глаза прикованы к экрану, заполненному сложным компьютерным кодом.

— Всего пять тысяч раз в день. Обычно, когда Хантер не закрывает рот и несет свою чушь.

Вздохнув, я топаю обратно к черному кожаному дивану в углу его неопрятного кабинета. В отличие от нашего полуневротичного повелителя, который требует чистоты в каждом уголке своего офиса, Тео процветает за счет неорганизованности.

Как его сверхмощный мозг функционирует в таком беспорядке, я никогда не узнаю. Он живет в постоянном состоянии хаоса, и, похоже, это его нисколько не беспокоит.

Достав телефон, я захожу на защищенный сервер Сэйбер и запускаю нашу специальную программу отслеживания. Харлоу этого не знает, но мы добавили ее телефон в наш список отслеживаемых лиц в тот день, когда она распаковала коробку.

Я не сомневаюсь, что ей бы не понравилось, что мы постоянно следим за ней, двадцать четыре часа в сутки. Никто из нас и глазом не моргнул по поводу такого вторжения в ее личную жизнь.

— Она все еще с Бруклин. — Я отбрасываю телефон в сторону. — Мы договорились о нескольких ночах. Какого черта она все еще там делает?

— Красит ногти на ногах Брук? — Рассеянно предполагает Тео. — Устраивают бои подушками в своем кружевном нижнем белье? Пьют послеобеденный чай и обсуждают подходящих холостяков для ухаживания?

Схватив ближайшую книгу, лежащую без дела, я кидаю ею, с удовлетворением наблюдая, как она попадает ему в затылок.

Тео взвизгивает, поворачиваясь на стуле и свирепо глядя на меня.

— Ты слишком много смотрел Бриджертонов.

Тео насмешливо фыркает.

— Как будто у меня есть время. Я трачу каждую секунду дня на это расследование, в то время как вы двое сидите и беспокоитесь о Харлоу.

Я вытягиваю ноги.

— Она попросила перерыв. Хантер дал ей это. Это было неделю назад. Я не могу сосредоточиться, зная, что она не в безопасности дома, под защитой армии агентов.

Тео прокручивает несколько программ на своем ноутбуке.

— Харлоу взрослая. Она может принимать собственные решения.

— Ее безопасность — это не решение. Это не подлежит обсуждению.

Он закатывает глаза.

— Она тусуется с Хадсоном, человеком, у которого текут слюнки, когда он вырывает людям языки. Рядом с ним ты выглядишь как пушистый плюшевый мишка.

— Я, блядь, не пушистый плюшевый мишка.

— Я хочу сказать, что она в безопасности. Сосредоточься, нам нужно поработать сегодня вечером.

Выпрямляя свое измученное тело, я рассматриваю огромные стопки бумаг на его кофейном столике, заставленном кружками. После допроса Рейган мы проверили имена, которые она смогла назвать.

Два члена церковной паствы отказываются давать интервью. Они были сдержанны и крайне уклончивы по телефону и оставили за собой право хранить молчание.

Никаких объяснений не дано.

Еще одна хорошая новость для нас.

Я думаю, что нет.

С положительной стороны, Фредерик Хоутон, деревенский любитель совать нос в чужие дела, был более чем готов дать интервью. В свои восемьдесят пять лет он слишком слаб, чтобы ехать в Лондон. Мы с Хантером поедем в Ньюкасл на следующей неделе, чтобы взять у него показания.

Во время сложных случаев у меня иногда возникает это чувство. Моя кровь закипает, и я не могу сосредоточиться ни на чем, кроме как искать эту зацепку, пока она не раскроет свои секреты.

Кто-то мог бы назвать это внутренним чутьем, отточенным за годы работы в этом грязном бизнесе. Я рассматриваю это скорее как безрадостную веру в то, что люди всегда оправдают ваши худшие ожидания от них.

Мы кружимся вокруг чего-то большого.

Я чувствую его вкус в воздухе.

— Ты узнал что-нибудь о Розетте Стоун от своего связного? — Я без особого энтузиазма просматриваю документы.

— Я жду, когда он проведет обыск. Все правительственные документы исчезли, но иногда печатные копии хранились в хранилище. Они могли что-то упустить.

— Звучит как рискованное решение.

Он делает несколько глотков кофе.

— Все, что у нас есть, — это длинные стопки. Но достаточно одной зацепки, чтобы все изменилось. Нам нужно побольше узнать об этом детском доме.

— Миссис Майклс мертва. Какое это имеет значение?

Тео делает паузу, и я понимаю, что он замышляет что-то недоброе. Хантеру нравится думать, что он пионер этой операции, но Сэйбер управляет мощная паровая машина, которая тихо работает за кулисами. А именно, отвратительно большой мозг Тео.

— У меня есть теория, — нерешительно говорит он.

Бросая бумаги, я разминаю себе шею.

— Тогда продолжай. Развлеки меня, Шерлок.

— Что, если Розетта встретила там пастора Майклса?

Я вскидываю голову, чтобы посмотреть на него. Он повернулся в своем офисном кресле, сжимая в руках чуть теплый кофе.

— Что заставляет тебя так думать?

— А почему нет? — возражает он.

— Ну, доказательств нет.

— Ну и что? — Тео приподнимает бровь. — Они должны были где-то всплыть. Розетта исчезла по какой-то причине.

— Потому что она жила в притоне с жестоким обращением?

— И растворилась в воздухе, — заканчивает он. — Пастор Майклс — призрак. У нас ничего нет ни на одного из них. Что, если его файлы были стерты вместе с файлами Розетты во время зачистки?

Мой разум бурлит от мыслей. Мы слишком долго бились лбами о стену. Возможно, именно поэтому. След, по которому нам нужно идти, был удобно стерт.

— Что побуждает убийцу убивать?

Тео пристально смотрит на меня.

— Ты хочешь, чтобы я сел и перечислил причины? Мы пробудем здесь весь день.

— Ублажай меня. Мы исходили из предположения, что пастор Майклс — религиозный фанатик, наказывающий секс-работников за то, что он квалифицирует как грех.

— Он ненормальный религиозный экстремист, — указывает он.

— Да, который убивает невинных женщин ради удовольствия.

— Мы уже знаем это, Энц.

— Но почему? Откуда взялся этот импульс?

Тео потирает точку между бровями.

— Я, блядь, слишком недосыпаю для этого разговора.

— Это была твоя теория, тупица. Все это время мы изучали жертв, искали связь. Мы никогда не задумывались о том, есть ли у пастора Майклса семья.