Чтение онлайн

– Я его кончил. Убил, - жалобно говорит летчик.
– Я его...

Ну? Ну? Ну?!

– Если вам трудно, - вкрадчиво говорит Мальбейер, - то давайте я. По-человечески понятно ведь.

– Вы слушаете?
– надрывается пилот.
– Я его пристрелил! Вот сию минуту, сейчас!

– Слышим, - отвечает Дайра.
– Как в салоне?

– Не вздумайте их сажать!
– шипит Мальбейер. Дайра поворачивает голову и долго смотрит ему в глаза.

– В салоне? Паника в салоне. Черт знает что. Но это пустяки. Честное слово. Сейчас успокоим. Слушайте!

Сентаури стоит навытяжку, он бормочет о Хаяни и одновременно прислушивается к разговору.

– У меня шлем металлизированный, - продолжает пилот.
– Я не мог заразиться. Он хотел снять, но там застежки такие... Сейчас самое главное - сесть поскорее.

Мальбейер неподвижен, злобен, внимателен. Никто ни слова.

– Держите курс на Тристайя Роха, - отвечает Дайра по подсказке Леона.

– Что вы делаете?
– шепотом кричит Мальбейер.
– Ни в коем случае не...

Дайра с досадой отмахивается.

– Не мешайте, пожалуйста. Сент! Свяжись с этими... из Космофрахта.

– Зачем? Я...

Сентаури отлично понимает зачем. Глупо, конечно, что все тревожные службы космоса отошли Космофрахту, да мало ли глупостей делается вокруг! Итак, Сентаури понимает, но он только что потерял друга и почему-то очень болезненно относится к последующим, хотя бы и чужим потерям. Что-то странное творится с Сентаури. Он ведет себя как последний пиджак.

– Они все в шлемвуалах, все как один, - глупо хихикает пилот. Теперь-то они все их нацепили. Вот умора!

Разве защитит шлемвуал от предсудорожного импата?

– Послушайте, как вас там! У вас в салоне должен быть ребенок. Лет девяти. Синие брюки, а рубашка...

Волосы шевелятся у Сентаури.

– Да их тут на целый детский сад наберется, - снова хихикает пилот. Они тут такое устраивают! Наши девочки с ног сбились. Вы уж посадите нас, пожалуйста!

– Конечно, конечно, - бормочет Дайра. Он бледен немного.

Жадные, шальные глаза Мальбейера, изумленные - диспетчеров. Или кажется только? Сентаури связывается с космиками. Замедленные движения. Неизбежность. Сведенные мышцы. Покорность. Запах нагретой аппаратуры.

– Есть Космофрахт, - говорит Сентаури безразличным тоном и отходит в сторону. Дайра бросается к файтингу.

– Их там двести пятьдесят человек. И все они импаты. Двести пятьдесят импатов в одном месте. Крайне опасные и вряд ли хоть один из них излечим. Судорога. Тут уж...

Мальбейер словно оправдывается.

Дайра горячо врет в микрофон, а на другом конце его слушают с недоверием, отвыкли ракетчики от неучебных тревог. Дайра сыплет фамилиями, уверяет их, что просто необходимо сбить атмосферник, потерявший управление, долго ли до беды. Беспилотный, конечно, ну что вы! И трясет нетерпеливо рукой в сторону застывших диспетчеров - координаты, координаты!
– а Мальбейер кривится и бормочет, не то все, зачем, просто приказ, пусть-ка они попробуют со скафами спорить, и действительно, ракетчики не верят Дайре, ни одному слову не верят - идите вы к черту, мы вас не знаем, кто вы такой, - но трубку не вешают, видно, чувствуют что-то серьезное. И тогда Дайра глупо как-то подмигивает, поджимает по-бабьи губы и называет себя. Так бы давно, отвечают ему. Он еще раз говорит свое имя, звание, принадлежность, сообщает пароли, шифр, а потом долго ждет, поводя вокруг сумасшедшими немного глазами.

– Слушайте!
– кричит вдруг пилот.
– Там сзади бог знает что творится. Это так надо, да?

– Успокойтесь, не дергайте управление. Оставьте ручки, что вы как ребенок, в самом-то деле!

– Учтите, я сейчас сяду просто так, где придется, пойду на вынужденную, они ведь мне всю машину разнесут!

Леон вопросительно оглядывается на Дайру, тот смотрит на диспетчера в упор, но не видит его. Тогда Мальбейер делает знак рукой - "не надо" - и говорит:

– Не надо. Скажите, чтобы не садился.

Трясущимися руками Леон снова берется за микрофон.

– Ну? Что?
– кричит пилот сквозь беспокойный шорох.
– Вы поняли? Я снижаюсь. Вы слышите меня?

– Я не могу, - чуть не плачет диспетчер.
– Я не могу, не могу!

Мальбейер выхватывает у него микрофон, собирается что-то сказать, но тут азартно вскрикивает Дайра:

– Да! Да! Я понял! Ну, конечно, это приказ, а вы что думали - дружеское пожелание? Да, сию минуту. Вы видите его? Прямо сейчас, сию минуту и действуйте! Да скорее же вы, ччччерт!

Вид его жуток.

В зал врывается хриплый монолог перепуганного пилота, который, в общем-то, достаточно умен, чтобы все понять, только вот поверить не может.

– Пуск, - тихо говорит Дайра и медленно оглядывается.

Все стоят, замерли.

– Вы меня доведите, вы уж доведите меня, а то тут и с машиной что-то неладное. Вы слышите? Леон! Что ты молчишь, Леон? Ты меня слышишь!

– Я не молчу, - говорит Леон.

– Леон! Почему не отвечаешь? Что у вас?
– (на экране появляется еще один крестик. Он стремительно приближается к первому). Мне ведь главное сесть, ты понимаешь, только сесть, а больше...

Крестики сливаются и исчезают.

– Пошли, - говорит Дайра.

НИОРДАН

Новость разнеслась по залам за считанные секунды. Люди, прошедшие проверку, - а таких набралось уже порядочно, - только что были похожи на сломанных роботов, а теперь ожили, заговорили, стали собираться в группы, жестикулировать, вытягивать шеи, недоверчиво качать головами. Многие не верили услышанному, потому что даже во времена Карантина, в те страшные времена, когда импаты летали по улицам, заглядывали в окна, устраивали оргии на площадях, даже тогда не случалось такого. Больных убивали всегда поодиночке, всмотревшись, удостоверившись в безнадежности их болезни.

Потом открылась одна из служебных дверей зала номер один, оттуда неуверенной походкой вышел человек в форме диспетчера. А потом эта же дверь распахнулась снова, на этот раз с громким стуком. Три скафа - Дайра, Сентаури и Мальбейер - решительно направились к выходу. Дайра шел впереди, Мальбейер рядом, а Сентаури отставал на полтора метра. Правой рукой он придерживал свой "оккам" с таким воинственным видом, словно уже в следующую секунду собирался пустить в ход.

Толпа перед ними расступилась с гораздо меньшей охотой, чем перед диспетчером. Коротышка в детском шлемвуале с ярко-желтой надписью "Спаситель" заступил им дорогу. Прижав руку к груди, он обратился к Дайре неожиданно низким голосом:

– Эй, вы тут главный?

Дайра молча остановился.

– Проходите, не мешайте, - рыкнул Сентаури, протягивая к мужчине свободную от оккама руку. Тот увернулся.

– Скажите, это правда, что вы сейчас машину с импатами сбили?

Дайра беспомощно оглянулся и вдруг отчаянно закричал:

– Ниордан! Ни-ор-дааан! Сюда!

– Вы слышите, что вам говорят? Отойдите немедленно!

Мужчина не двинулся. Вокруг начала собираться толпа.

– Ради бога, какой рейс?
– простонал кто-то.