Чтение онлайн

— Ты фатально ошибаешься.

Зар отступил, выпуская меня обратно в коридор, однако ледяные глаза так и горели победным огоньком, который вовсе не понравился.

Пока шла к кабинету, обмахивалась ладонями и нервно поправляла одежду. В памяти эхом взрывался ласкающий баритон: «Приходи ко мне ночью. Хочу распробовать тебя по-настоящему. Медленно, неторопливо. Раздеть донага и покрыть поцелуями». И даже подходящая цитата из советского кинофильма: «В полночь на сеновале, приходи, не пожалеешь», звучащая насмешливым ответом, ситуацию не исправила. Порочная часть меня хотела согласиться и даже воображала меня на чёрных шёлковых простынях, мечущуюся в изнеможении, изнывающую от удовольствия, распалённую до крайности.

Что со мной происходит? Почему я не могу ограничиться одним мужчиной?

Девчонки налетели с порога.

— И вот ЭТО брат? — выпучила глаза Лера. — Который холостой, бездетный и неприлично богатый? Секатор меня почикай, ты как с ним уживаешься?

О-о-о, знала бы она, скольких усилий мне это стоит, притом все, до единой — пустой звук.

— А он точно холост? Хотя, о чём я! Там же на морде лица, притом вау какой, аршинными буквами написано: бл...дун! — всплеснула руками Галка.

— Ты лучше скажи, — доверительно прижалась ко мне Анютка, которой статус не позволял воспевать красоту сторонних мужиков, — Тёма ведь не хуже?

— Он... попроще. И меня это полностью устраивает, — с уверенностью заявила.

— Ну раскудахтались! — вступил в разговор слегка недовольный Гера. — Обычный мужик, каких пруд пруди. Разве что смазливый.

— Ага, ты руки его видел? — насела Лерка.

— И всё остальное — тоже! Вам бы, парни, поучиться следить за собой! — полетела в атаку валькирия Галка.

— Вот вас забыл спросить, мазаться мне кремом для загара или нет! — надулся Жека.

И пошла свистопляска полным ходом. Мы дурачились, шутили, мусолили внешний вид Зара, просто подтрунивали над парнями, а те с честью отбивались. Плавно перебрались в кухню, где я напоила всех чаем.

Настроение подскочило до трёхсот градусов. Я вдруг вспомнила себя прежнюю, почувствовала крепкую опору друзей и проблемы скукожились до размера житейских неприятностей. Да, я бездомная оборванка, неудавшаяся магиня и новые отношения начала отнюдь не по-людски: с предательства. Но разве это делает меня плохим человеком?

К вечеру вернулся Тёма, застал нас всё в той же кухне, где мы разделывались с четырьмя коробками пиццы.

— Привет всей компании! Я с подарками!

Он закинул на кухонный остров упаковку бутылочного пива, подкрался ко мне из-за спины и стиснул в жарких объятиях.

— А это моей самой вкусной апельсинке! — всучил мне огромный букет белых роз и поцеловал в шею.

Развернулась, чтобы достойно поприветствовать добытчика, поцеловала в губы и немножко смутилась от улюлюканья.

— Какие телячьи нежности!

— Мама дорогая, вы про совесть слыхали? Брысь с горизонта, забрызгали всё слюнями!

— А по-моему, они милахи. Очень красивая пара, скажи, Жень?

— Такие утипусечные, что врезать хочется!

— Ой, да ладно острить!

— Мне тоже нравится, как они вместе смотрятся.

Последний комментарий холодком осел на коже. Прижалась к Тёмке теснее и поймала на себе задумчивый взгляд Зара. Зажмурилась, желая его развидеть.

— Пригласите на свою негласную вечеринку? — спросил он, обращаясь к моим друзьям.

— Шутишь? Это же твой дом.

— Так что милости прошу к нашему шалашу!

— У меня и выпивка посолиднее имеется, — окончательно влился Зар в нашу компашку.

Веселье приобрело совсем скверные обороты. Через час курьер втащил на кухню ворох пакетов с ресторанной едой: салаты, закуски, десерты. Все перебазировались в столовую. Грянула музыка. Девчонки завизжали. Я присоединилась, чтобы не казаться букой, а сама волком поглядывала на Лерку, которая стала подбивать клинья к Зару. То тарелочку ему наполнит, то запросит экскурсию по дому и давай отвешивать комментарии его архаичным экспонатом.

— Ой, какой симпатичный мечик!

Или:

— Ах, великолепная работа! Ручная, ты говоришь?

Понимала бы хоть что-то в теме, флиртунья!

— Да не может быть, Зар! — Лерка зачесала ему за ушко блондинистую прядь и так бесстыже прижалась сиськами к плечу, что мне захотелось усадить её задницей в камин. — Ты владеешь кузнечным ремеслом?

Чтобы не окосеть, сверля глазами спевшуюся парочку, сбежала в ванную. Наплескала на лицо холодной воды и с немым вопросом уставилась на своё отражение. Да какое мне дело, кого охмуряет этот белобрысый...

Дверь открылась и тут же захлопнулась. Лязгнула защёлка. Шарахнулась к ванной и едва не перекувырнулась в неё. Зар скрестил руки на груди, отчего бугры мускулов на предплечьях вздулись ещё отчётливее.

— То есть мне нельзя обжиматься с кем-то на твоих глазах, а тебе, выходит, всё дозволено? — спросил вкрадчиво и шагнул вперёд.

— С чего ты взял, что мне есть дело до твоих обжиманий?

— Не ты ли битый час скрипишь зубами?

— Я? У тебя мания величия. Окстись!

Он подошёл вплотную. Резко выбросил руку и схватил меня за подбородок, сминая губы в трубочку.

— Мания величия? Если и есть какая патология, Станислава, она связана с тобой.

— Пусти. Больно.

— Ничуть, я умею дозировать силу. Хочешь, чтобы твоя подружка от меня отстала, замени её.

— Тебе бы провериться у доктора! Бредишь.

— Да или нет?

— Нет!

Он оскалился. Свободной рукой щёлкнул пряжкой ремня, спустил брюки. Другой подтащил меня ещё ближе к своему надменному лицу. Лизнул щёку. А я стояла тряпичной куклой, руки безвольно висели вдоль тела, и умирала от внутренних противоречий. Хотелось поддаться его бешеному напору, и в то же время я отчаянно сопротивлялась происходящему. Ну как сопротивлялась? Ничего не предпринимала сама.

— Встань на колени и возьми меня в рот.

Выпучила глаза и замотала головой.

— Я не буду повторять дважды. Или так, или я возьму тебя сам. И ты будешь орать благим матом, так что все догадаются, что здесь происходит.

— Сукин сын! Ты мной манипулируешь!

— Разве? С моей стороны это выглядит жестом благородного человека. Беру на себя всю грязную работёнку. Ты ведь хочешь казаться чистенькой? А я, такой расписной подлец, принуждаю тебя к близости. Конкретно сейчас хочу изнасиловать твой рот.