Чтение онлайн

— Я так соскучилась, — облизнулась невольно.

— Не соблазняй, Стась, — он отступил на шаг, потом указал рукой куда-то в конец коридора и добавил: — Моя вотчина там. Если добьёшься разрешения от всесильного гендира, заглядывай. Обещаю угостить какао с корицей.

Мне тут же вспомнился его фирменный завтрак из блинчиков и всё то, что случилось после. Как мы не могли насытиться ласками, как смеялись, и яркие солнечные лучи бликами играли на его загорелой коже.

Счастливо хохотнула, украдкой послала ему воздушный поцелуй и спряталась в своём закутке.

На экране монитора уже мигало уведомление о входящем сообщении.

Зар: Как насчёт ужина в тёплой компании?

Закусила губу, давя безумный хохот в зародыше, и настрочила ответ.

Стася: С огромным удовольствием. Можно мне подоставать тебя расспросами?

Тёма: Приставай лучше ко мне, тыковка. У нашего биг босса аншлаг

Только сейчас заметила, что это групповой чат с братьями. Воодушивилась, по очереди увеличила фото обоих. И пропала на первой же аватарке.

На ней Зар чуть зло щурился, и меня пробрало от этого взгляда. Пшеничная чёлка свисала с левой стороны лица, и весь его вид будто кричал: «Держись от меня подальше», а на деле, наоборот, хотелось слипнуться в единое целое и так провести столетие.

Светло-синяя джинсовая куртка с закатанными рукавами и чёрная футболка очень ему шли, как любая другая одежда. Чертовски красивый мерзавец. Мой мерзавец.

Увеличила снимок так, чтобы в кадре осталось лишь холёное лицо, и повела пальцем по едва различимой ямочке на подбородке. Поднялась к пухлым губам и поняла, что мы не совсем разобрались с приветствиями.

Подгоняемая нетерпением, понеслась обратно в приёмную. Поток просительниц заметно поредел. Кивнула насупленной секретарше и бочком протиснулась к двери начальства.

— Лаврова, ты куда? — оживилась Олеся Геннадьевна.

— Я на минуточку, — отмахнулась от хранительницы спокойствия. — Буквально один вопросик.

— Ты очумела, что ли?! Не положено без разрешения!

Но я уже прикрыла дверь изнутри и нашла Зара, то есть Игоря Станиславовича, всё на том же месте у стола, заваленного технической документацией. Только напротив стоял не Тёмка, а полный мужик в голубой рубашке с пятнами пота на спине и подмышками.

Судя по всему, я влезла в разбор полётов, потому что Зар говорил с плохо сдерживаемой яростью:

— Поставщики, значит, виноваты. А кто принимал поставку? Кто проверял качество?

Надрывно потеющий мужик заюлил:

— Так это… приёмкой занимался мастер смены, он должен был протестировать, но, видимо, упустил. А ещё, Игорь Станиславович, надо сказать, что бригада монтажников работала в авральном режиме — сроки поджимали, вот и допустили оплошность.

— Сроки тебя поджимали, потому что ты план не выполнил в прошлом месяце, — с холодком заметил Зар. — Или я что-то путаю?

— Нет-нет, вы всё правильно помните, но тут ещё и погода вмешалась! Две недели снег валил, а потом плюсовая жахнула — то-то стройплощадка размокла, техника застревала — как тут работать в графике? А потом и электрики из субподряда опоздали с подключением…

Провинившийся прораб оборвал себя на полуслове, едва я сделала несколько неуверенных шагов вперёд. Зар вскинул голову и... ничего. Ни один мускул на его зверски породистой мордахе не дрогнул. Меня же восхитила подобная выдержка.

— Игорь Станиславович, у меня к вам срочное дело! — возвестила решительно и замерла над чертежами.

Он покосился на горе-строителя, молча указал тому взглядом на дверь.

— Вы у нас кто будете? — спросил у меня, оглядывая с лёгким презрительным прищуром.

— Стася Лаврова, младший специалист по работе с заказчиками.

Прораб, шаркая стоптанными ботинками, пятился к двери, а когда шмыгнул в приёмную, Зар покачал головой.

— Давай договоримся на будущее, на работе блюсти дистанцию.

Отповеди я не расслышала. Повинуясь острому желанию вспомнить очень многое из того, что чувствовала ранее, обогнула стол, встала к новоявленному шефу вплотную и запрокинула голову почти до хруста позвонков.

Оказывается, я позабыла, насколько он выше и мощнее. Волосы отрастил чуть длиннее, и они стали казаться ещё светлее. То ли выгорели на солнце, то ли побывали в руках талантливого парикмахера.

Безотчётный импульс подвиг провести по длинным прядкам пальцами. А они так нежно рассыпались. И тату это запредельное на шее. Ещё тоненькое серебристое колечко в левом ухе — раньше его не было.

Попала под раздачу грозовых молний, что метал его взгляд. Только не устрашали они, разжигали пуще прежнего. Осторожно сложила ладони у него на груди, погладила лацканы пиджака. Зар застыл, но не отодвинулся.

— Мне нужно сосредоточиться на работе, Станислава, понимаешь? — эхом докатился до меня его глубокий ласкающий голос.

— Мне тоже, — ответила совсем тихо и с вожделением уставилась на его губы. — Только ты мешаешь.

По воротничку добралась до затылка, привстала на носочки, чтобы запустить пальчики глубже. Облизнулась. Дальше всё покатилось по наклонной.

Зар уткнулся носом мне в щёку, скривился, будто от боли.

— Прекрати это, — почти взмолился и спрятал руки в карманы брюк, чтобы не давать им воли. — У меня самоконтроль уже в петле болтается.

— А зачем он? — потёрлась губами о шероховатую щетину.

— Затем, что нужно сделать все по-людски. Ухаживания, свидания, вся эта девчачья дребедень.

— Сдались они тебе, — нашарила серёжку у него в мочке и медленно оттянула вниз.

— Не мне, а тебе.

— Мне тем более. Поцелуй меня, Зар, — жалобно попросила, а сама мазнула губами по его рту.

— Игорь или Гар. Привыкай к нормальному имени.

— Обними, и я тут же привыкну, — попросила с хитрецой.

Он обхватил губами мою верхнюю и тихо простонал. Потом сделал то же с нижней и чуть закусил зубами. Отстранился. Глянул исподлобья.

— Ведьмой была, ею и осталась, — сказал с улыбкой и вновь поцеловал.

Мягко и трепетно. А мне было недостаточно. Хотелось пропитаться им основательно, стереть с лица это отчуждение, дать волю всем тем трюкам, которыми он сводил меня с ума на счёт «раз». Поэтому по-кошачьи прильнула к нему всем телом и восторженно закатила глаза. Да-а-а-а, кто-то только изображает холодность, а на деле...

Мистер Ледышка, наконец, сдался. Запустил огромные ладони мне под волосы, накрыл уши большими пальцами, ещё сильнее запрокинул голову и поцеловал. Без жадности или нетерпения. Томительно, можно даже сказать лениво.