Чтение онлайн

Нам, ОБЯЗАТЕЛЬНО нужно встретиться. Если вам удобно, то 16 января в лаборатории Флеминга в Киле. Это не так трудно как кажется.

Дружески жму руку. Альфред Леруа.

Из письма Романова В.В.

12 декабря, 1910 года:

Дорогой друг!

Получил ваше письмо, и очень обрадовался нашей скорой встрече. Знания, полученные от исследования «небесного элемента» не просты, а потому не могут быть доступны всем. Поэтому, прошу вас не распространяться о нашем будущем исследовании.

Все дело в том, что мобилизация Сербии и Герцеговины, накалила политическую обстановку в России, и будет несомненной ошибкой, сейчас заявить о прорыве в области электроактивной энергии и электромагнетизма.

Как бы ни был в будущем решен вопрос об источнике энергии и силе, которая сохранилась и действует в частичке «небесного элемента», она представляет химическую реакцию, резко отличную от всех известных нам процессов.

Оказалось, что активность «небесного жителя» напрямую связана с электромагнетизмом и радиацией, и поскольку, радиоактивные явления еще плохо изучены и напрямую связаны с его «небесной колесницей», я допускаю, что при действии этих явлений, у нас появится возможность, встретиться с «небесным жителем» наяву.

Остальное скажу вам при личной встрече. Может, приведет Господь.

Владимир Романов.

1910 г. Декабря 26. Г.И.

26 декабря 1910 года.

Берлин.

Милый Владимир Владимирович,

Во всем этом есть огромное научное значение. Институт Базе в Калькутте, исследует подобные материально-энергетические проявления, свойственные как живым так и «неживым» телам. Они пришли к выводу, что процессы, проходящие в живом веществе, резко отличаются от процессов, проходящих в «неживом веществе» (химические элементы, горные породы и т.д.).

Одинаковые процессы протекают по разному, с точки зрения времени, т.е. жизнь в неживом веществе протекает в сто тысяч раз медленнее жизни человеческой, соответственно, жизнь небесного жителя, может протекать в тысячи раз быстрее. Значит, ваши изыскания нужно рассматривать, в аспекте «Фактора времени».

Учитывая, что у вас есть необходимая информация и находится единственный экземпляр артефакта, который может перевернуть все доселе известные научные исследования, я полностью разделяю ваше опасения, касаемо афиширования. Считаю себя обязанным содействовать вам в ваших изысканиях.

Никто кроме меня, и вас, не будет знать об этом.

Вы меня обяжете, если сообщите, когда вас ожидать. С уважением Альфред Леруа.

Из письма Романова В.В.

3 января, 1911 года:

Дорогой друг!

Я запоздал с ответом, вследствие перебойной работы почты в Новогодние праздники.

Ваш «Фактор времени» безусловно, важный аспект составляющей всей моей работы, и я думаю, что будет справедливо поделиться с вами важностью моего нового открытия.

По моему мнению, человеческая жизнь произошла не от обезьяны, хотя некоторые и отстаивают теорию натуралиста путешественника, которую очень любят. Но задумайтесь, – например, для меня, – это всего лишь вопрос веры, более ничем не подтвержденный.

Все дело в том, что, как мне кажется, я понял, как мы можем использовать артефакт. Согласен! Мой метод, может вызвать некоторые сомнения своими противоречиями, но он точно деятельный, и в случае успеха, мы получим ответы на вопросы: – Что это, за сила, которая не подчиняется времени, можно ли изменить ход событий в истории с ее помощью, и как правильно воспользоваться этим знанием?

О «Времени» скажу вот что: Время – это всего лишь река (человеческого существования), через которую никто из нас, до сегодняшнего дня, не мог переступить, и которая, на самом деле, не имеет границ.

Я думаю (советую думать так же и вам), что мы находимся на пороге открытия без сомнения более важного, чем те, за которые вручают медаль Дарвина.

Прибуду 13 января. В надежде на скорую встречу. Владимир Романов.

«Есть в этом что-то волшебное: уезжаешь одним человеком,

а возвращаешься совершенно другим».

Кейт Дуглас Уигген.

Перед самым отъездом в Кайзеровскую Германию, близкие друзья, разумно посоветовали академику Романову не выделяться из толпы, и стараться меньше разговаривать на русском, иначе полиция приставит хвост, от которого потом, просто так не избавиться.

Владимир Владимирович признал это необходимым условием своего путешествия, и сначала добрался до Будапешта, а уже оттуда, аккуратно и не задерживаясь в городе на Дунае, сразу направился в Берлин.

В первой половине 1910 года, Германия стала второй экономикой в мире, после Соединённых Штатов. Господство Германии в области химии и биологии было таким, что треть всех Нобелевских лауреатов были немецкими исследователями. Конечно, Владимир Владимирович не напрашивался к ним в гости, и не разделял проавстрийские и германские идеи независимости, но, он был очень рад навестить старого друга и единомышленника Альфреда Леруа. Тем более, это касалось его собственных исследований.

Через два месяца, после встречи русского царя с кайзером в Потсдаме, и подписании договора по Османской империи, который хоть немного разрядил напряженную обстановку, академик Романов, встретился с профессором Кильского университета, и по совместительству имперским агентом, Альфредом Леруа:

– Дорогой мой друг, как добрались?

– Благодарю, хорошо, хотя на границе не спокойно, – ответил Романов.

– Спасибо, что нашел время и возможность приехать.

– Мне в высшей степени интересно узнать твое мнение по этому вопросу.

– Буду счастлив, присоединиться к твоим исследованиям, – заметил Альфред с улыбкой. – Ну, рассказывай, как семья, как работа?

– Родители живы, еще бодры, с отличной памятью, – участливо ответил Романов. – Что касается меня, то, пожалуй, жизнь моя сейчас в большей степени состоит из приближения к совершенству, которое, к слову сказать, мы можем достигнуть вместе!

– Не сомневаюсь, – улыбнулся Альфред и предложил профессору прогуляться.