Чтение онлайн

Я попытался подняться и вновь почувствовал себя дурно. Девушка заметила это и хотела было снова дать мне нашатырь, но я жестом остановил ее и неожиданно для себя выпалил как на духу:

– Сестра Бланш, вы не обязаны верить мне, скорее наоборот. Возможно, в ваших глазах я преступник, скрывающийся от правосудия. Но ведь на самом деле вам ничего не известно обо мне, как я жил до сегодняшнего дня, кто мои родители и моя семья. По правде сказать, я и сам смутно все это теперь вспоминаю. Вот вы сказали, что меня зовут Жак Дюбуа, а еще вчера мне это ровным счетом ничего не говорило. Но и сейчас я не до конца уверен в этом, ибо то, что творится со мной, это словно фильм, а я – зритель в кинозале. Я знаю, что главного героя зовут Жак Дюбуа, он живет со своей семьей в шато во Франции. И я заставляю себя думать, что это и есть я. В моей голове сохранились какие-то отрывки из киноленты про мою жизнь, а я как будто вижу все со стороны. Все персонажи хорошо прорисованы в моей памяти, все замечательно срежиссировано и поставлено, но это не мои воспоминания, это всего лишь фильм обо мне. Единственное, что я точно помню, помню так, как будто это действительно происходило со мной, так это то, что я лишил человека жизни. Я говорю об этом, потому что это самые яркие воспоминания, которые мне удается воспроизвести. Но я не могу объяснить, ни кто этот человек, ни почему я убил его. Понимаю, это звучит безумно, и никто не поверит мне, даже вы с вашим светлым умом и добрым сердцем. Но мне не у кого просить помощи, сестра Бланш. Я знаю, что убил человека, и хочу понести наказание, но я должен разобраться во всем. Жак Дюбуа сейчас для меня не более, чем вымысел, я не знаю, кто он такой, способен ли он на убийство; но я знаю, что я, тот человек, который сейчас перед вами, не способен никого убить. Так получилось, что мое сознание не дает мне возможности проникнуть внутрь Жака Дюбуа, покопаться в его голове и найти причины, по которым он мог пойти на убийство. Если сейчас меня арестуют и отвезут домой, то на родине меня ждет как минимум тюрьма. Я никак не смогу помочь ни себе, ни Жаку Дюбуа. Мне нужно вернуться домой обычным человеком, не подозреваемым в убийстве, а потерпевшим, перенесшим тяжелые травмы и нуждающимся в уходе. Ваш покорный слуга – из состоятельной семьи, сестра Бланш, если вы сможете мне помочь, я не останусь в долгу. Но я думаю, что деньги не будут для вас решающим фактором при принятии решения. Подумайте о справедливости. Ведь если я не докопаюсь до правды, осудят Жака Дюбуа, а с ним и меня, но представьте на минуту, что он невиновен. Это значит, что настоящий убийца останется безнаказанным и будет разгуливать на свободе. Эта мысль не дает мне покоя. Поэтому я прошу вас о помощи, мне больше не к кому обратиться, в вас я вижу своего спасителя. Вы добрая и честная девушка, поэтому я полностью доверяю вам.

Сестра Бланш смотрела на меня изумленными глазами. Я тут же подумал, что зря сходу обрушил на нее такой поток своих измышлений и терзаний: скорее всего, это еще больше ухудшит мое положение, и она расскажет все главному хирургу, который ускорит появление полиции и мое задержание. Я уже совсем было отчаялся, но тут девушка тихо заметила:

– То, что вы говорите… это все очень странно и непонятно. Если бы я не наблюдала за вашим состоянием, то решила бы, что вы сошли с ума. Но я хорошо знаю больных с нарушенной психикой: они мнят себя убийцами и маньяками, чтобы почувствовать себя великими людьми, быть на виду и познать славу. Вы не похожи ни на одного из таких пациентов, поэтому я склоняюсь к мысли, что вы говорите правду. Я искренне сочувствую вам, но, право, не понимаю, чем могу вам помочь.

Почувствовав некоторую поддержку с ее стороны, я поспешил ответить:

– Я должен как можно скорее вернуться домой, и вы поедете вместе со мной.

– Что? Но это невозможно… я…

– Прошу вас, выслушайте меня до конца, – взмолился я, и девушка молча кивнула. – Вот что я придумал: вы скажете доктору Томпсону, что я был не в себе, когда говорил об убийстве, и, конечно же, это всего лишь плод моего воображения. Объясните профессору, мол, вы сами уверены, что я никого не убивал, но вас волнует мое психическое состояние, поэтому вы хотите сопровождать меня во Францию и там быть моей сиделкой, пока я окончательно не поправлюсь. Если главный хирург согласится вас отпустить, то я напишу своей матери, чтобы она подготовила все к нашему приезду, и вы ни в чем не будете нуждаться. В нашем замке, кроме прислуги, живут только моя мать, сестра и один молодой архитектор. Значит, когда мы приедем, вам выделят отдельную комнату. Вы будете рядом со мной, и с вашей помощью я смогу постепенно вспоминать все, связанное с убийством. Если в доме и правда совершено преступление, то мне нужно будет время, чтобы разобраться в произошедших событиях. Но мы должны поехать вместе, один я не справлюсь. Мне нужен человек, который будет в курсе моих планов и сможет в случае необходимости дать показания в мою пользу, рассказав обо всем правдиво.

Сестра Бланш молчала. По ее лицу было непонятно, о чем она думает, но я надеялся, что она встанет на мою сторону.

Через минуту девушка промолвила:

– К сожалению, доктор Томпсон не сможет отпустить меня ухаживать за вами вне стен больницы, но я давно не была в отпуске и вполне могу попросить его сейчас.

Я не поверил своим ушам и принялся благодарить сестру Бланш.

Она с серьезным выражением лица остановила поток моих радостных возгласов:

– Но если что-то пойдет не так и вас поймают, то меня могут уволить. Подумайте, пожалуйста, найдется ли в таком случае в вашем замке подходящая работа для молодой медсестры и ее мужа.

Вот так тогда и началась наша история по расследованию этого загадочного убийства, воспоминания о котором так ярко отпечатались в моей голове.

Вернувшись домой со столь странного дежурства, миссис Бланш осознала, что большей глупости она не совершала за всю свою жизнь. Как она могла пойти на такую авантюру? Присцила пожалела о том, что послушала доктора Томпсона и согласилась следить за этим молодым французом. И вот чем это обернулось! Нужно было просто убедиться, что с ним все в порядке, и оставить пациента на попечение сестры Лестридж, которая присматривала бы за ним.

В конце концов, какое ей дело до того, что сказал больной. Это все может быть выдумкой от начала и до конца. Какая-то нелепость! И зачем только она в это ввязалась! Теперь ее карьере конец, ее выгонят из госпиталя с позором, да еще, вполне вероятно, и упекут за решетку за пособничество и укрывание преступника.

А ведь этот парень абсолютно прав: она ничего не знает о нем, а его история слишком уж неправдоподобна. Что же заставило ее пообещать ему свою помощь в этом странном деле? Присцила вздохнула, ибо прекрасно знала ответ. Она всегда сопереживала людям, даже когда это оборачивалось против нее. И сейчас девушке казалось, что этот бедолага хватается за соломинку, раз обратился именно к ней, обычной медсестре, а не к своим родственникам, например. Да, они, безусловно, без труда забрали бы его в ближайшее время и с комфортом доставили бы домой. Но получается, Жак Дюбуа не хотел довериться своим близким, а значит, он действительно опасался, что кто-то из них мог быть замешан в деле об убийстве. В этом случае он мог рассчитывать только на себя, а из-за проблем с памятью возвращаться в замок, не выяснив, кто и почему убил того человека, было совсем не безопасно. Увидев в медсестре свое спасение, он обратился к ней. Жак Дюбуа выглядел таким безнадежно несчастным… да еще и такая загадочная, почти мистическая история – ну разве Присцила в состоянии была отказать?

После разговора с французом она пошла прямиком к главной медсестре и достаточно убедительно сыграла заранее продуманную роль. Девушка сказала, что ее тетя из Девоншира серьезно заболела и никак не сможет обойтись без ежедневного медицинского патронажа. Поэтому Присциле необходимо уехать через две недели примерно на месяц, чтобы ухаживать за внезапно слегшей родственницей. Миссис Бланш примерно рассчитала, что к этому времени Жак Дюбуа как раз придет в норму, останется только перелом ноги, который будет еще долго срастаться. Но нога в гипсе не будет препятствием для выписки молодого человека, и с парой костылей он вполне сможет передвигаться. Рассказывая начальнице про свой долгожданный отпуск и о том, как она давно не брала отгулы, миссис Бланш чувствовала, что плетет какую-то ахинею, но со стороны все это, видимо, выглядело довольно правдиво, потому как мисс Хамбл поверила ей и дала Присциле отпуск на целый месяц. И это несмотря на то что персонала в больнице страшно не хватало! Но ведь Присцила Бланш была образцовым работником, и главная медсестра пошла ей навстречу.

Миссис Бланш устало плюхнулась в кресло и покачала головой. Она только сейчас поняла, что, возможно, берет на себя роль пособника убийцы, а если Жак все же невиновен – она попадет в змеиное логово, где каждый может оказаться преступником. Присцила никогда раньше не была во Франции и теперь почувствовала легкое волнение от предстоящей поездки. «Интересно, что сказал бы Виктор, узнай он об этом? – пронеслось в голове миссис Бланш. – Лучше ему оставаться в неведении. Скажу, что просто решила отдохнуть в санатории». Медсестра поморщилась, так как ей раньше никогда не приходилось обманывать мужа, но ради благого дела можно было пойти и на такое. Через две недели она заберет Жака Дюбуа из больницы, и вместе они поедут в Шато де Виль, где он будет продолжать лечение и восстанавливаться после аварии. Конечно, транспортировка будет осложнена тем, что молодой человек не мог ходить, но хорошие костыли должны были помочь, да и основную трудность сама миссис Бланш видела не в этом. Ей казалось, что Жак, хоть и распланировал все так хорошо, сам до конца не уверен в правильности своего решения. То, с чем им придется столкнуться в его родном доме, может не просто расстроить француза, а ухудшить и без того болезненное состояние его психики. Но назад пути не было, оставалось только молиться, чтобы все обошлось и завершилось благополучно.

Присцила еще минуту поколебалась, а потом села писать мужу письмо.

В Шато де Виль известие о возвращении Жака из Лондона пришло вместе с его письмом к матери:

«Дорогая маман! Я счастлив сообщить вам, что со мной все в порядке и нет повода для волнения. Сейчас я нахожусь в больнице, куда я попал с многочисленными травмами, полученными в результате наезда автомобиля. Благодаря стараниям врачей я уже иду на поправку, медики делают все возможное, чтобы как можно скорее поставить меня на ноги. У меня к вам будет весьма деликатная просьба, настолько деликатная, что я прошу вас ни с кем не обсуждать подробности, и даже Анабель не должна ничего знать. Я приеду домой через пару недель, к этому времени врачи смогут меня выписать, и я буду более-менее здоров, но все еще не смогу самостоятельно передвигаться, ведь перелом ноги будет заживать еще пару месяцев. После аварии у меня появились провалы в памяти, и я плохо помню, что произошло до несчастного случая, поэтому мне некоторое время будет необходима помощь квалифицированной медсестры. Меня мучают кошмары о каком-то убийстве, и я даже боюсь предположить, что все это может значить. Со мной приедет моя хорошая знакомая, медсестра из больницы, где я сейчас нахожусь. Надеюсь, вас не затруднит приготовить для нее комнату. Также прошу вас сообщить всем домашним, что со мной все хорошо и я быстро поправляюсь. Передайте привет Анабель, скажите ей, что я безумно скучаю без нее. Ваш сын Жак».

Люси Дюбуа сложила лист бумаги и откинулась на спинку кресла, в котором сидела. Письмо ее сына было написано просто и понятно, но она уловила какой-то скрытый смысл между строк. Что за кошмары его беспокоят? И почему он говорит о каком-то убийстве? Неужели это связано с исчезновением Седрика Буше? Но ведь это невозможно! Мадам Дюбуа не знала, что и думать. Хотя серьезного повода для беспокойства у нее не было, женщина почувствовала себя не в своей тарелке. Жак всегда рос впечатлительным мальчиком, мечтал стать сыщиком и расследовать преступления, и вот теперь, после этого несчастного случая с машиной, он, вероятно, был так сильно травмирован, что его мозг сыграл с ним злую шутку, и Жак не в состоянии контролировать себя. И зачем он только поехал в Лондон! Собрался буквально за пару часов и сообщил, что ему срочно нужно в Англию. Подумать только! И какая муха его тогда укусила! Едва-едва успел на последний поезд до Лиона. А на следующее утро замок покинул и Седрик.

Собственно все это началось с приезда Седрика Буше в Шато де Виль примерно два месяца назад. Люси Дюбуа знала Седрика еще с детства и всегда была уверена, что он влюблен в нее. В те годы своей юности молодые люди много времени проводили вместе, и Люси ждала, что Седрик вот-вот сделает ей предложение. Но то ли он струсил, то ли его не поддержали родители, но молодой человек так и не решился открыть свои чувства юной Люси, и они так и остались просто хорошими друзьями. Девушка вышла замуж за другого, а сам Седрик так никогда и не женился. Уже позже, когда у Люси родился Жак, Седрик написал ей письмо, в котором признался, что всегда любил только ее, но не смог набраться смелости попросить ее руки.