Чтение онлайн

Требования, предъявляемые к вступающим, были несложными. Член братства должен был бесплатно лечить больных, носить одежду той страны, в которой проживал, участвовать в ежегодных собраниях Ордена, хранить тайны Ордена в течение ста лет и, наконец, перед смертью назначить себе преемника.

Живейшее любопытство по отношению к Ордену, возникшее с появлением книги ‹фама Фратернитатис›, не стихает и поныне. Первое издание этого фолианта было моментально раскуплено; тут же объявилось множество ‹ясновидцев›, привлекших к себе многочисленных учеников. Другие же люди в острых памфлетах разоблачали общество как мошенническое. Третьи выступали в защиту Ордена, категорически требуя, чтобы их немедленно приняли в братство. Большинство трудов, появившихся после этой публикации, являются апокрифами. В трудах розенкрейцеров, особенно опубликованных в Германии в XVIII веке, ясно видна слабость к алхимии, но не собственно к превращению металлов, а к духовному началу этой науки - преобразованию человека в высшее существо. Впрочем, так называемое превращение металлов уже было разоблачено в книге ‹Фама›.

В истории розенкрейцеров интересен-эпизод, связанный с Жаном Валентином Андреасом. Этот лютеранский писатель воспользовался влиянием Ордена для распространения протестантства; но позже католики, влившиеся в Орден, обратили его деятельность на защиту Святой материЦеркви. Тогда Андреас заклеймил Орден за отступничество и основал другой - ‹Фратернитас Кристи›, а затем еще и третий - ‹Синий крест›. Оба они бурно развивались вплоть до 1785 года, когда его упразднил австрийский император, ополчившийся против всех тайных обществ, за исключением одних только франкмасонов.

В Ордене существовал отработанный ритуал посвящения. В специальном зале, обтянутом зеленой материей, хранились ритуальные предметы: на пьедестале, к которому вели семь ступенек, покоился стеклянный шар, поделенный на две части, символизирующие свет и тьму; были здесь также три канделябра, поставленные треугольником, девять стаканов как символ ‹мужских и женских качеств› и, наконец, жаровня, круг и салфетка.

Крестный отец вводил посвящаемого в команду, где на столе лежали свеча, шпага, вынутая из ножен, перо, чернила, бумага, сургуч и две красные ленты. Кандидата спрашивали, по-прежнему ли он желает посвятить себя изучению истинной мудрости. После утвердительного ответа он снимал с себя шляпу, отдавал шпагу и платил ‹налог› в сумме трех золотых монет. Тогда посвящаемому связывали руки, а шею обвивали красной лентой. Подведя его к дверям ложи, его крестный отец трижды стучал, и страж открывал двери. Далее следовал такой диалог:

Страж: - Кто здесь?

Крестный отец: - Земное тело, скрывающее душу пленника невежества.

Страж: - Как следует поступить с ним?

Крестный отец: - Убить тело, очистить дух.

Страж: - Тогда проведите его к месту свершения правосудия.

Войдя внутрь, посвящаемый опускался на колени. Мастер с белой палочкой в руках становился справа от него, крестный отец со шпагой - слева. На обоих были надеты фартуки. Обряд посвящения продолжался.

Мастер: - Сын человеческий, заклинаю тебя всеми степенями франкмасонства и бесконечным кругом, заключающим любое создание и содержащим высшую мудрость: ответь мне, зачем ты здесь?

Кандидат: - Чтобы приобщиться к мудрости, искусству и добродетели.

Мастер: - Тогда живи! Но помни - дух твой должен господствовать над телом. Милость снизошла на тебя… Поднимись. Ты свободен.

Посвящаемого развязывали, и он входил в нарисованный на полу круг. Мастер и крестный отец держали свои инструменты скрещенными, а кандидат возлагал на них три пальца. После паузы мастер говорил: ‹Теперь слушай›, - и новый брат повторял за ним клятву, в которой обязался ничего не утаивать от членов общества и вести целомудренную жизнь. Затем ему торжественно вручались ‹знаки отличия›: печать, условный знак, шляпа и шпага.

Новообращенному открывали некоторые тайны. Ему рассказывали, что мистический стол разделен на девять вертикальных отрезков и тринадцать горизонтальных. Первая колонка из девяти отрезков дает количества, вторая - названия различных степеней посвящения. Первая ступень - это ‹младшие›, которым почти ничего не известно, а самая высшая - ‹маги›, которые знают все. Их отличительный знак - равносторонний треугольник.

Какой смысл скрывается за эмблемой, состоящей из розы и креста? Вполне возможно, что человека по имени Христиан Розенкрейц[53] на самом деле никогда не существовало. Зато бросается в глаза тот факт, что Андреас был фанатичным лютеранином, а на гербе Мартина Лютера[54] красуются роза и крест. Существуют и другие гипотезы, объясняющие эти символы. Для алхимиков крест означает свет. Тогда смысл эмблемы следующий: ‹Свет Розы›; отсюда можно провести весьма любопытную параллель с арабской школой ясновидцев, последователей Абд-эль-Гилани, чьей эмблемой также является роза; эта школа известна под именем ‹Свет Розы›. Путь практического мистицизма, на который вступил этот суфий в XII веке в Багдаде, назывался (и называется поныне, потому что Орден Кадири не потерял своего значения) ‹Себил-эль-Вард› (‹Путь Розы›). Есть и еще более странная вещь: в некоторых восточных странах слово ‹себил› (‹путь›) иногда, в просторечии, произносится как ‹селиб› (‹крест›). И все же обряд посвящения, ритуалы и догмы розенкрейцеров не имеют ничего общего (за исключением разве что духовной алхимии) с учением ‹Путь Розы›. Возможно, что багдадский Орден оказал определенное влияние на западный мистицизм - впрочем, вся средневековая европейская алхимия обязана своим существованием арабскому влиянию. В другом тайном мистическом культе, функционирующем в Сирии, слово ‹вирд› (технический термин исламского мистицизма, обозначающий тайные заклинания, повторения магических слов, религиозные упражнения…) трансформировалось в мнемотехнический символ ‹вард›, что означает ‹роза›. Таким образом, выражение ‹Путь Вирд› будет понятно любому члену арабского, персидского или пакистанского мистического общества даже в наши дни.

Не считая этого странного совпадения названий, западная литература дает лишь одно указание на возможную связь розенкрейцеров с суфиями: речь идет об испанских иллюминатах. Об их связях с розенкрейцерами говорилось неоднократно; по-видимому, иллюминаты поддерживали также отношения с одним мусульманским мистическим орденом, чьи методы достижения духовной концентрации весьма схожи с суфийскими. Как и суфии, испанские иллюминаты (‹а^умбрадос›) практиковали медитацию в мистическом союзе с духами под управлением наставника. В 1628 году их деятельность была запрещена указом Великой инквизиции, заклеймившим их как еретиков.

Вне зависимости от того, базировалась ли идеология розенкрейцеров на древневосточной мистической мысли, благородные намерения этого Ордена быстро сошли на нет - во всяком случае если судить по тем людям, которые проповедовали или защищали это учение.

В 1616 году в защите Ордена важную роль сыграл английский мистик Роберт Фладд (сам он не входил в братство). Настоящие розенкрейцеры, говорил он, неустанно путешествуют по миру, не открывая своей принадлежности к Ордену. Общество ничего не знает об этих благородных людях, сыновьях Бога, потому что они сами не хотят этого.

Среди сторонников и защитников Ордена мы находим также некоего юриста Хейдона, родившегося в 1629 году. Этот человек описывал розенкрейцеров как истинных хранителей высших тайн, последователей Моисея и Ильи, озаренных ангельским светом. Хейдон считал греховным даже процесс питания обычных людей, так как посвященные, по его словам, могли насыщаться воздухом. Желающие удовлетворить свой аппетит могли легка вдыхать запах мясного блюда, поставленного на живот.

В Лондоне общество розенкрейцеров было создано группой ученых, некоторые из которых настоящие знаменитости: Элиас Эшмол, Уильям Лилли, доктор Томас Уортон, доктор Хьюитт и доктор Пирсонс. Они не окружали свою деятельность такой секретностью, как другие тайные общества, оставляя посвященным лишь условные знаки. Их ритуалы - придуманные, возможно, ими самими - представляли собой смесь масонских обрядов и алхимических символов. Их целью было улучшение человечества путем духовного усовершенствования.

На ковре в зале собраний их лотки были нарисованы столпы Гермеса - ключ ко всем наукам. Семь ступенек, символизирующие четыре стихии, а также соль, серу и ртуть (основные ингредиенты, которыми пользовались алхимики), вели к возвышению, на котором располагались символы мироздания, созданного Господом за шесть дней.

Миланского розенкрейцера Франсуа Борри преследовала инквизиция за его выступления против злоупотреблений папства; его приговорили к пожизненному заключению. Однако Франсуа Борри удалось все же оставить записки, в которых он описывал свои мечтания (или верования, если вам так больше нравится); кро- ме того, он создал увлекательный роман ‹Ключ от кабинета синьора Борри›, известный также под названием ‹Граф де Габалис› и опубликованный в 1670 году аббатом де Вилларом. Этот труд ясно доказывает, что розенкрейцеры не верили ни в колдовство, ни в черную магию, ни в демонов, ни в суккубов[55]. Человечество, как они считали, живет в окружении духов, которых можно поставить себе на службу. Розенкрейцер может подчинить их своей воле, заключив в кольцо, зеркало или камень и заставляя появляться всякий раз, когда он этого пожелает. Здесь прослеживается четкая аналогия с арабской кабалистической литературой, которая частично была представлена широкому читателю в упрощенном виде в ‹Тысяче и одной ночи›.

Время и пространство для этих духов не преграда - лишь смерть может остановить их. Более того, они могут достичь и бессмертия, если завоюют любовь человеческого существа. Описание этих духов, как ни странно, очень напоминает то, что современный человек называет радиоактивной субстанцией. Как считали розенкрейцеры, они созданы из чистых элементов материи и, как радиоактивные изотопы, живут в течение ограниченного времени - тысячи лет.

По меньшей мере некоторые из отделений Ордена розенкрейцеров пытались химическим путем добиться превращения неблагородных металлов в золото. Возможно, они ставили и магические опыты. В опубликованной в 1607 году книге ‹Монарха› знаменитый Парацельс[56]– ал химик, философ и маг - описывает Орден алхимиков, созданный в Германии неким графом Бернардом, который вступил в общество розенкрейцеров в Италии. Этот Орден якобы зародился в 14'Ю году, в него входило тогда пятнадцать человек, а известность приобрел одновременно с розенкрейцерами - в 1607 году. Другой документ, обнаруженный в 1870 году, описывает его деятельность более полно.