Тайные стражи империи
Шрифт:
Нужно сказать, что Агата была ему благодарна. Ей не хотелось ночевать в больнице, где всё напоминало о Варе, а гостиницы в столь поздний час были закрыты. До дома Павла Ивановича доехали быстро. Константинов жил в довольно симпатичном и добротном доме из красного кирпича с резными балкончиками. Его жена, Зинаида Фёдоровна, невысокого роста, сухонькая женщина, встретила гостей очень радушно, и порывалась приготовить им ужин, но всем было не до еды. Узнав о смерти Вари, хозяйка дома расплакалась. Выпив капли, и успокоившись, она отвела гостей в их комнаты.
Агата думала, что, как только ляжет в постель, то тотчас уснёт. Но, не тут-то было. Сон сразу улетел. Она вспоминала своё видение, которое случилось с ней, когда Варя была у неё в гостях. Она видела её смерть. Сначала она видела, как какая-то чёрная тень убивает девушку, нанося ей удары скальпелем. Затем, она видела, как эта же тень оглушила Сосновского, плеснула на него водкой, и вложила в руку окровавленный скальпель. Но вот чья это тень, Агата разглядеть не могла. И, самая последняя картинка её видения, это два тела, мёртвое Вари и бесчувственное Сосновского. Агата чувствовала, что Сосновский является ключом к тому чёрному человеку, который убил Варю. Но сам он не убивал. Она лежала, глядя в окно на звёздное небо. По верованиям древних египтян, когда умирал фараон, на небе появлялась новая яркая звезда. Откуда она это знала, Агата не помнила. Просто знала и всё. «Надеюсь, Варя, ты станешь той звёздочкой,
41
которая будет освещать людям путь»,– прошептала девушка.
У Аристарха Петровича Новосильцева, следователя сыскной полиции*4, день не заладился с самого раннего утра. Ещё не рассвело, как он был разбужен громким, настойчивым стуком в дверь. Нужно сказать, что накануне он засиделся допоздна в ресторане с университетскими товарищами и позволил себе лишнего, уж больно вино было хорошее. А еда, так и вовсе выше всяких похвал: уха из стерляди, оливье с нежнейшим мясом перепёлки, молочный поросёнок с хреном, копчёная осетрина, икра. Аристарх Петрович даже крякнул от удовольствия. Он любил хорошо покушать, хотя полным человеком его никак нельзя было назвать.
Было Аристарху Петровичу лет сорок. Он был средней комплекции, среднего роста, и вообще какой-то неприметный. Черты лица его были правильные, но не яркие, не запоминающиеся, волосы тёмно-русые. Одним словом, на улице каждый второй человек подходил под это описание. Нужно сказать, что внешностью своей Аристарх Петрович очень гордился. Она помогала ему в работе. Работе же своей он был предан фанатично. Именно она помогла ему пережить пять лет назад смерть любимой жены. Детей у них не было. В нынешнее время он состоял в нежных отношениях с вдовой купчихой. Дама она была приятной во всех отношениях, но, он как, дворянин, считал, что она ему не ровня. Жениться, по крайне мере в ближайшем будущем, он не собирался. Отношения без обязательств его устраивали.
Аристарх Петрович, отогнал остатки сна, сел на кровати и схватился за голову. Голова болела нестерпимо. Новосильцев накинул халат, выпил воды из стакана, и, пробурчав: «Кого там чёрт принёс в такую рань!», – пошёл открывать дверь.
На пороге стоял молоденький белобрысый жандарм по фамилии Ничипоренко. Аристарх Петрович прекрасно его знал. Судя по физиономии Ничипоренко дело, было нешуточное.
« Господин следователь сыскной полиции! Я с донесением от штаб-ротмистра Великанова!», – гаркнул Ничипоренко. Аристарх Петрович болезненно поморщился и сказал: «Ну, что ты голубчик, так кричишь! Оглушил, ей-богу! Что стряслось?».
«Виноват!», – смутился Ничипоренко и продолжил. «Убийство! Зверское убийство! Молодая девушка зарезана скальпелем. Тело найдено в лесу. Рядом лежал пьяный до бесчувствия некий доктор Сосновский со скальпелем в руке. Доктор был препровождён в участок! Тело девушки отправили в морг Земской больницы».
«Так! Страсти, прямо, какие»», – задумчиво сказал Новосильцев и потёр виски. «А скажи-ка, братец, кто обнаружил тело, и опознана ли девушка?»,– задал вопрос Аристарх Петрович.
«Так девушку и Сосновского нашли знакомые. Учитель Войков Михаил Иванович с дочерью своей, Агатой и кучер Кузьмич. Они и сказали, что девушка эта Архипова Варвара, дочь старосты из их деревни».
42
«Интересно, очень интересно», – произнёс Новосильцев прошёлся по комнате, заложив руки за спину, затем распорядился: «Ты, вот что, братец! Дождись меня! Я сейчас соберусь, и мы вместе поедем в управление!».
Выпив порошок от головы, и одевшись, Аристарх Петрович почувствовал себя гораздо лучше. Выйдя на мороз и садясь в экипаж, он понял, что головная боль совсем прошла. «Вот и хорошо!», – решил Новосильцев «По-видимому, дельце предстоит сложное и прелюбопытное!».
Управление походило на развороченный муравейник. Словно потревоженные муравьи носились туда – сюда люди, несмотря на столь ранний час. Великанов встретил его на лестнице. Коротко поздоровавшись, Новосильцев пригласил его в свой кабинет.
Вытерев платочком, пот со лба Великанов произнёс: «Ну, Аристарх Петрович, скажу я вам, давно в нашем городе такого зверского убийства не было! Ну, по пьяни покалечат или убьют друг друга мужики, но чтоб такого! Последнее злодейское убийство почитай, как лет пять назад было совершено Душителем, не к ночи будь помянут!». Сказал и тут же осёкся. Ведь именно от рук Душителя пять лет, назад погибла жена Аристарха Петровича. Но Душитель получил своё, и давно лежит в могиле.
Услышав про Душителя, Аристарх Петрович побледнел, но быстро взял себя в руки и бесстрастным голосом произнёс: «Душитель, как известно, убивал свои жертвы удавкой, а тут скальпель. Да ещё доктор этот без чувств с окровавленным орудием преступления. Не нравится мне всё это! В этом деле всё не так. В любом случае нужно допросить свидетелей!».
«Тут тоже всё не просто! Почему девушка поехала с Сосновским? С ним ли она приехала из деревни, и с какой целью ей нужно было попасть в город? И был ли в экипаже Сосновского кучер?»,– произнёс Великанов.
«Да!», – задумчиво потёр лоб Аристарх Петрович. «Кругом одни вопросы!».
«А позвольте-ка Игнат Петрович ознакомиться с уликами».
Великанов кивнул, достал ключ из кармана и открыл сейф, достал оттуда полотняный платок, и, аккуратно разложил его на столе. Взору Аристарха Петровича предстали фляга из-под коньяка, пустая бутылка из-под водки и скальпель с запёкшейся кровью. Попросив у Великанова перчатки, Новосильцев натянул их на руки, тщательно расправил на пальцах и внимательнейшим образом начал изучать улики. Сначала он просто прохаживался возле стола, впившись глазами в предметы. Затем, стал брать в руки каждую вещь, вертя её в руках и так и эдак. Наконец, после тщательного осмотра, он обратился к Великанову: «А не кажется ли вам, Игнат Петрович, что Сосновского нам будто на блюде подают! Вот, мол, Вам «Джек-Потрошитель»*5».
«Кто?», – удивлённо переспросил Великанов.
«Ах, да, вы не знаете!»,– рассеянно сказал Новосильцев.
«Мой университетский товарищ, с которым я вчера встречался, только что приехал из Лондона. Так вот, представьте себе, там у них завёлся злодей!
43
О нём пишут во всех английских газетах. Там его называют «Джек-Потрошитель». На его счету уже несколько зверски зарезанных женщин!».
«Не приведи Господь!», – перекрестился Великанов, – и заинтересованно спросил: «А злодея то поймали?»
«Увы, мой друг, увы!», – покачал головой Новосильцев.
Великанов расправил усы, а затем сказал: «Ну, к нам в глухомань этот изувер вряд ли заберётся. А вот какой-нибудь сумасшедший, прочитав про него, вполне мог ему подражать! И это очень скверно, потому что в таком случае он будет продолжать убивать».
«Браво, Игнат Петрович, вы читаете мои мысли! Но не всё так просто. Дело в том, что Джек – Потрошитель убивал проституток, перерезая им горло и вспарывая живот. Тут же, как я понимаю, убита совсем молоденькая, невинная девушка». Великанов кивнул.