Тайные стражи империи
Шрифт:
51
«Да, что же это такое! Сначала Варя, потом Павел Иванович. Бедные Архиповы и Зинаида Фёдоровна! Когда всё это кончится!», – сокрушались Войковы, когда немного пришли в себя.
«Мне нужна ваша помощь, нужно остановить зло!», – заявил Новосильцев.
«Да, чем мы собственно можем помочь? Всё что знали, мы рассказали в полиции», – удивлённо пожал плечами Михаил Иванович.
«Ваша дочь, Агата, может нам помочь. Вы ведь знаете, она девушка особенная», – заявил Аристарх Петрович, делая ударение на слове особенная.
«Мы не любим об этом говорить», – нахмурившись, сказал Войков.
« Я понимаю ваше беспокойство. Поверьте, мы умеем хранить тайны. Если вы дадите согласие, то Агата будет помогать в расследовании, так сказать, в частном порядке. И мы обеспечим её безопасность», – заверил его Новосильцев.
«Вы же не можете дать абсолютных гарантий, что моей дочери не будет ничего угрожать! Ведь так?», – прервал его Михаил.
«Да, к сожалению, таких гарантий я дать не могу, но всё же она будет под нашей защитой. Убийца очень жестокий и хитрый человек, если его можно назвать человеком. Рано или поздно, он вычислит Агату. И, поверьте, будет лучше, если мы найдём его раньше, при помощи вашей дочери. Нужно опередить злодея», – ответил Аристарх Петрович.
«В любом случае, нужно узнать мнение Агаты»,– раздался голос Анны Войковой, которая молчала до этого.
Агата, тихо сидевшая на стуле, и, нервно теребившая носовой платок руками, внимательно поглядела на присутствующих. Затем, отложив платок, произнесла, обращаясь к Новосильцеву: «Помниться, Аристарх Петрович, вы недавно назвали меня сумасшедшей, и отказались от моей помощи». При этих словах Аристарх Петрович густо покраснел, а Войковы посмотрели на него с осуждением.
«Прошу меня простить, я очень виноват перед вами, барышня! И искренне раскаиваюсь! Не скрою, у меня были сомнения, насчёт вас, но меня убедил один господин», – извинился Аристарх Петрович.
«По-видимому, высокопоставленный. Однако сейчас не время копить обиды, но извинения я ваши принимаю», – сказала девушка.
«Разумеется, я вам помогу. Но у меня одно условие», – добавила она.
«Какое же?», – поинтересовался Аристарх Петрович.
«Ничему не удивляться. Ни о чём не спрашивать, и, выполнять все мои просьбы, касающиеся расследования».
«Ну что ж, Агата, ваши условия принимаются», – произнёс Аристарх Петрович и протянул девушке руку. Пожав руку Новосильцеву, девушка, вдруг, радостно улыбнулась, и, сказала: «А вас, Аристарх Петрович, вскоре ждут перемены в судьбе!».
«Надеюсь, хорошие?», – с тревогой в голосе поинтересовался Новосильцев. «Радостные!», – загадочно сказала Агата. Аристарх Петрович облегчённо выдохнул. 52
.
«Как скоро, изволите, выехать в Н-ск?», – деловито спросил он.
«Прямо сейчас», – ответила девушка.
Когда уже подъезжали к городу, Агата попросила отвезти её на место, где было обнаружено тело Павла Ивановича. Место было унылое и жутковатое. Старый серый обветшавший каменный мост, тёмная вода реки, покрытая льдом, корявые кусты по берегам, всё это наводило тоску. Тело уже увезли, но на льду оставались пятна крови. «Жуткое место!», – поёжился Новосильцев.
Агата молча ходила кругами вокруг того места, где нашли тело Павла Ивановича, словно принюхиваясь. Наконец, она остановилась и сказала: «Погиб он на рассвете. Умер сразу. Удар о лёд был очень сильный. Это не было самоубийством. Его сбросили с моста. Перед тем, как умереть, он чувствовал недоумение, вину и страх», – сказала Агата.
«Любопытно, очень любопытно! Но если убийца сбросил его с моста, то возникает вопрос. Почему Константинов пришёл в это безлюдное место, да ещё почти ночью. Ответ, напрашивается лишь один», – задумчиво протянул Аристарх Петрович.
«Да!», – кивнула Агата. «Павел Иванович был знаком с убийцей, причём очень давно». «А знаете, ведь я заметила, что он был очень расстроен и нервничал, хотя и не показывал вида. Но я подумала, что это из-за смерти Вари. А теперь понимаю, что тут было что-то ещё», – тихо сказала Агата.
«Мне нужно подняться на мост. Тогда картина будет полнее», – заявила она. Аристарх Петрович молча кивнул.
Мост был старинный, построенный ещё в 17 веке. Настоящая каменная громада. Когда его построили, он, очевидно, выглядел очень нарядно. С резными перилами, белокаменный. Теперь же штукатурка осыпалась, стала серой. То тут, то там выглядывали кирпичи.
Когда они поднялись на мост, девушка подошла к перилам и произнесла:
«Обратите внимание, Аристарх Петрович на перила. Они очень высокие. Как известно, Павел Иванович был невысокого роста. Я думаю, что ему было весьма затруднительно перелезть через них».
«Да!», – кивнул Новосильцев,– «А если учесть его полноту…».
Вдруг, он остановился и буквально вцепился глазами в кусок штукатурки на перилле моста. Подозвав Агату, он спросил: «Что вы видите, милая барышня?».
Нагнувшись, и внимательно разглядев штукатурку, Агата произнесла: «Очевидно, что на штукатурке кусочки кожи. Причём разного цвета. Одни тёмно-коричневые, другие чёрные. Я думаю, что тёмно-коричневые, это следы от перчаток Павла Ивановича, ведь на нём были перчатки именно такого цвета. А чёрные, были у его убийцы. Но, чтобы сказать точнее, мне нужно прикоснуться руками».
Новосильцев молча кивнул. Сняв варежки, Агата осторожно дотронулась кончиками пальцев куска перил. Взгляд её застыл. Она словно окаменела,
53
слилась вместе с мостом в единое целое. Затем, взор её прояснился, и она заговорила.
«Теперь, с полной уверенностью я могу сказать, что Варю и Павла Ивановича убил один человек. Причем, Павел Иванович его знал, и очень давно. Именно этот человек сбросил доктора Константинова с моста. Павел Иванович, до последнего момента цеплялся за жизнь. Он сопротивлялся убийце. Именно отсюда следы кожи от его перчаток и перчаток убийцы на перилах моста. К сожалению, я не могу разглядеть лица убийцы. Знаю только, что это человек недюжинной силы, одет в чёрное, с бородой. И, ещё, он забрал у Павла Ивановича какой-то ключ. Ключ висел на верёвочке, на шее покойного. Убийца сорвал его во время драки».
«Возможно, вполне возможно! Теперь нам следует узнать, что это был за ключ. И, ещё я очень надеюсь, что убийца не избавился от своих перчаток. Они помогут нам его изобличить »,– задумчиво произнёс Аристарх Петрович, осторожно отколол кусок штукатурки, и, завернув в платок, положил в карман.
«А, скажите, Аристарх Петрович, при Павле Ивановиче был обнаружен бумажник?», – вдруг задала вопрос Агата.
«Нет!», – покачал головой Новосильцев. «Поэтому, одна из версий, у нас была версия ограбления», – добавил он.
«А воришка-то, действительно был. Он украл бумажник, и, ещё, какую-то вещицу, очень ценную для убийцы», – задумчиво сказала Агата.
«Вот как?», – удивлённо спросил Аристарх Петрович.
«Да, несомненно. Более того, он видел убийцу», – кивнула Агата.
«Чрезвычайно интересно. Вы можете описать этого воришку?», – задал вопрос Новосильцев. «Попробую», – ответила Агата.
Она нагнулась, и, приложила ладони к каменным плитам моста, на котором они стояли, затем произнесла: «Вот здесь лежал бумажник Павла Ивановича. Он выпал из кармана, когда тот боролся с убийцей. А рядом,