Тайные желания
Шрифт:
Кэтрин кивнула.
— Пойдем в индийский ресторанчик на углу?
Вместе с Эми они вышли из прохладного полумрака здания на яркий солнечный свет дня. Вскоре они уже сидели в ресторане. Сделав заказ, Кэтрин откинулась на спинку стула со стаканом холодного чая в руках.
— Я рассказывала тебе, что Лукас Тэннер взялся за переделку задних комнат моей фермы? — спросила она.
Эми оторвала уголок пакетика и высыпала сахар в свой стакан.
— Нет, ты говорила, что он пришел просто осмотреть дом. Значит, ты подписала контракт?
— Да, в прошлый четверг.
— Ты будешь довольна. Он весь так и кишит уникальными идеями.
— А как ты его нашла? Я проверяла телефонную книгу. Его номера там нет.
— Нам порекомендовал его брат Билла. — На лице Эми появилось озабоченное выражение. — А что? Что-то не так?
— Нет, просто интересно. Он работает один, и на его пикапе не указано название фирмы. Он… очень необычный человек. Его цены вполне приемлемы, и за ту неделю, что он уже работает, все шло как по маслу.
Кэтрин заколебалась, вспомнив, как обнаружила роман, который читала, на кухонном столе. Лично она была уверена, что оставила его в гостиной.
— Он сделает все отлично, Кэтрин. Или тебя что-то беспокоит?
В голосе Эми Кэтрин уловила нотку озабоченности и сомнения. О чем же та не рассказала?
— Лукас… просто не торопится, — наконец заметила Эми.
Сердце Кэтрин упало. Она-то как раз хотела, чтобы работы были закончены поскорее, чтобы бабушка, если решит, могла переехать как можно раньше. Уж не говоря о том, что ей будет тяжело так долго смотреть на Лукаса Тэннера. Он все больше западал ей в душу.
— Что ты хочешь сказать?
— Ну, он очень легко отвлекается. Однажды я вернулась домой, а он сидел на полу в кухне и листал поваренную книгу.
— Поваренную книгу? Ты шутишь.
— А в другой раз Билл чуть не умер, когда вошел в столовую, а Лукас лежал там, растянувшись на полу. Билл решил, что он умер или что-то случилось.
— И что, ему действительно было плохо?
На лице Эми расцвела улыбка.
— Он сказал Биллу, что поздно лег ночью и решил вздремнуть часок-другой.
Все страхи Кэтрин мгновенно оживились. А что делать ей, если она вдруг вернется домой и обнаружит Лукаса спящим на ковре в гостиной? Или на ее диване?
— Но он очень добросовестно выполняет свою работу, — продолжала Эми, — и он очень приятный человек, согласись!
Кэтрин только кивнула, хотя для описания Лукаса могла бы найти гораздо более выразительные слова…
После Оксфорда Кэтрин вздохнула с облегчением — шоссе наконец-то стало свободным. Она свернула в сторону Метаморы. Деревья выстраивались вдоль дороги, которая теперь бежала между пологими холмами и засеянными полями. Вдоль обочины росли полевые цветы — васильки, незабудки, вьюнки кивали головками на ветру и клонились вслед проезжающим автомобилям. И какое ей дело до пробок, когда она так любит деревню и свой старый дом.
Прошло уже две недели, как она подписала контракт. Лукас получил разрешение на перепланировку и буквально вчера объединил ванную, чулан и крыльцо. Теперь он готовился настилать полы. Если бы он продолжал такими темпами, Кэтрин смогла бы привезти бабушку на обед уже в субботу.
Но после разговора с Эми в ее душу закрались странные подозрения. Однажды ночью она лежала без сна, потому что вокруг нее навязчиво витал неотразимый запах одеколона Лукаса. У нее появилось ощущение, будто Лукас находится совсем рядом. Она вспомнила, как тогда села на кровати, схватила подушку и зарылась в нее лицом. Теперь она гадала: а не вздремнул ли Лукас «часок-другой» в ее кровати, пока она отсутствовала?
Подъезжая к дому, Кэтрин заметила его машину на дорожке — значит, Лукас в доме и наверняка занят работой. И все-таки Кэтрин не могла полностью избавиться от беспокойства.
Последние три дня она возвращалась домой под стук молотка и сегодня ожидала того же. Но дом окутывала тишина. Лукаса не было ни в гостиной, ни в столовой, ни в кухне.
Повернувшись к окну, она увидела наконец Лукаса, который, сняв рубашку, лежал в шезлонге на заднем дворе и пристально исследовал деревья в бинокль. Пульс Кэтрин рванул вперед при виде его широких плеч и мускулистой груди. Она потрясла головой, пытаясь избавиться от непрошеных чувств. Качество, а не количество, стучали у нее в голове слова Эми.
Кэтрин распахнула дверь и спустилась по ступенькам.
— Простите, — проговорила она, подходя к Лукасу. Тот опустил бинокль и повернул голову в сторону Кэтрин. Потом прижал палец к губам, прося тишины, и Кэтрин застыла на месте. Да кто он такой, чтобы командовать ею на ее собственном дворе?!
Но гнев еще не успел набрать силу, как Кэтрин поняла нелепость всей ситуации. Она закусила губу, чтобы не улыбнуться, а Лукас уже широко улыбался ей в ответ.
Кэтрин подошла к нему поближе, перевела взгляд на обнаженный торс. Под бронзовой кожей, покрытой золотистыми волосами, перекатывались упругие мускулы.
Кэтрин изо всех сил старалась не пялиться на Лукаса, но тщетно. Тогда она решила хотя бы изобразить полное самообладание.
— Послушайте, как вы думаете…
— Ш-ш-ш, — только и ответил Лукас, вкладывая ей в руки бинокль. — Посмотри-ка на верхушку того дерева.
— Я не хочу…
— Быстрее, а то упустишь, — поторопил Лукас, поднимаясь на ноги. Он забрал у Кэтрин бинокль, встал позади нее и приставил окуляры к ее глазам. Видишь? — спросил он, обдав горячим дыханием ее висок.
По рукам Кэтрин побежали мурашки. Она приподняла плечо, чтобы избавиться от потрясающего ощущения.
— Ну что? — спросил Лукас.
Странный он какой-то, мелькнуло у Кэтрин в голове.
Расстроенная тем, что не может разглядеть в чаще листьев маленькую птичку, Кэтрин вздохнула.
— Я ее не вижу, — призналась она наконец, не разглядев ничего, кроме зеленых сосновых веток и голубого неба.
— Это свиристель, вон там. — Его тело прижалось к спине Кэтрин, когда Лукас поднял руку, чтобы указать направление. — У нее желтый хвост и бледная красновато-коричневая грудка.
Пока он говорил, птица шевельнулась на ветке, и Кэтрин наконец-то ее заметила.
— А, вот она.
Опустив бинокль, она повернулась лицом к Лукасу. Он стоял так близко, что она чувствовала биение его сердца.
— Итак, я ее увидела, но какое отношение птичка имеет к переделке моего дома?
— Почему от тебя всегда так приятно пахнет?
Вопрос был совершенно не ко времени и не к месту, и Кэтрин на секунду лишилась дара речи.
— Приятно пахнет? — наконец с трудом выговорила она.