Те, кто выжил
Шрифт:
– А они уже в курсе, что?.. – не стал я продолжать фразу.
– Не настолько, чтобы в глухую защиту уйти. Колено пока из Медного не съехал, а это ведь общая территория, вроде как порто-франко, с безопасностью у него там не очень.
– А что сидит?
– У него вроде как «флот» там, пара корыт, сейчас в ремонте, вот он возле них и крутится. Планируют торговлю по Волге, насколько я понимаю. В общем, все верно: решать надо проблему, и как можно быстрее. Пока Центр у себя порядок не навел и пока он сам приближения большой волосистой задницы не почуял.
После этих слов мы оба задумались и ехали дальше молча. А подумать было о чем. Первое и главное – я с Сержем точно «за жизнь зацепиться» сумею, тут вопросов даже нет. От работы не бегаю и организовывать ее умею, так что на дне не окажусь, семью прокормлю. Но вот занимать место исключительно по старой дружбе и из милости тоже нехорошо, оно потом еще не раз аукнется. На свое место надо садиться совершенно заслуженно, так сказать, исключительно на правах «пайщика-акционера». А такие права получаются только заслугами или взносами. Вносить я ничего не буду, это потом икнется, а насчет заслуг надо думать. Или свой проект открывать, иначе никак.
Колонна шла почти не останавливаясь. В командирском «Егере» трясло, но зато сиделось в нем как дома, в тепле и уюте. Кот спал спокойно, на тряску внимания не обращая, мы же болтали о том о сем, серьезных тем больше не поднимая. Время от времени я что-то уточнял, Серж объяснял, а дальше каждый думал о своем.
Затем вдруг стали, у Сержа заговорила рация. Я прислушался – говорила про то, что нас какая-то выжившая тормознула, просится в попутчицы. «Зовут Ира…» – сообщила рация казенным голосом.
Потом эту самую Иру, коренастую мордатую девку, кажется еще и беременную, подсадили в мой «ивеко». А затем колонна пошла дальше.
Тянулись леса, валдайские озера, вновь леса, затем, уже в Тверской области, с главного шоссе ушли на шоссе поменьше. Ничего не случилось, привал был всего один – личному составу отлить дружно, – потом дальше погнали.
В Ржев прибыли ночью, проехали через блок, проскочили по темным улицам, где колонна разделилась на части. Грузовики со станками свернули куда-то в промзону, прихватив пересевшую из моей машины таинственную Иру, охрана тоже уехала с ними, а «Егерь» с «ивекой» проехали по мосту на другой берег совсем неширокой в этих краях Волги, а затем свернули в лес по приличной асфальтовой дороге. И через несколько минут оказались на территории дома отдыха настолько привычно-советского типа, что при всем желании не спутаешь, что это такое. Назывался он «Верхний Бор».
– Пока здесь живу, – сказал Серж, вставая с дивана, когда автобус остановился. – И тебя здесь разместим. Пошли?
– А с машиной что делать? – кивнул я на «ивеку». – У меня там добра полный кузов.
– На стоянку поставим, там охрана, – сказал он. – Да сейчас воровать вообще не очень рискуют: теперь от этого последствия очень плохие бывают. Все нормуль будет, фирма гарантирует.
Все устали, все зевали. Серж подвел меня к стойке администратора, вполне командно распорядился о выделении номера. Возражать никто не стал, немолодая упитанная тетка в какой-то униформе без слов выдала мне ключи.
– Кстати, откуда тут электричество? – удивился я, посмотрев на светильники.
– Здесь котельная своя, на торфе, кстати, и там генератор поставили, – махнул он рукой куда-то за окно. – На два корпуса хватает с запасом. Ладно, ты спи давай, с утра поболтаем. В столовую подходи к девяти, это вон там, – указал он пальцем на дверь в вестибюле.
– Счастливо, – попрощался с ним я и побрел по лестнице на третий этаж, сопровождаемый Тигром.
14 июля, суббота, утро. Тверская обл., Ржев
Проснулся от яркого солнца, светившего прямо в лицо. Занавески с вечера не задернул, а теперь оно вместо будильника сработало. Глянул на часы – восемь утра, так и так надо вставать.
Номер был одноместный, тесноватый, с еще советской гостиничной мебелью и заметно обшарпанным паркетом, стучавшим плашками под ногами. Но выспался я в нем хорошо, прямо классно выспался. Думаю, потому, что появилось ощущение «дружественной территории», места, где вроде как вообще опасаться нечего. Может быть, так оно и есть. Куда-то я все же приехал. Я близко к дому и, если уж честно говорить, не думаю, что дорога до него будет трудна и опасна.
Кот просыпаться не собирался – дрых себе в продавленном кресле, начиняя его обивку своей шерстью. А как еще начнет когти точить… Вскрыл очередной пакет сухого корма, который вез еще из Голландии, высыпал в пластиковую миску. Сон у Тигра словно рукой сняло: он соскочил на пол и с мурчанием рванул к личной посуде.
В тесной ванной едва можно было развернуться, но главное, что была горячая вода и душ работал. Чуть не полчаса стоял под горячими струями, наслаждаясь, потом побрился тщательно, умылся, переоделся в чистое. Подумав, автомат оставил в номере, на себя нацепил лишь кобуру с М1911. Вот так, и при оружии, и в то же время идиотом выглядеть не буду.
В столовой было людно и даже довольно шумно. Сержа увидел сразу – он сидел за столиком у окна с кем-то еще в гражданской одежде. Он меня тоже заметил, махнул рукой, приглашая. Я хотел было направиться к стойке самообслуживания, но потом сообразил, что понятия не имею, какие здесь деньги в обиходе. Серж явно заметил мои затруднения, подошел.
– Ага, не спросил заранее, – объявил он довольным тоном. – А у нас здесь деньги свои уже, единые с удомельцами и даже с Центром.
Достав из кармана, он показал пачку небольших бумажек, больше похожих на какие-то очень яркие проездные, которые оказались еще и пластиковыми.
– Видал? – показал он их мне. – В Удомле, прямо на АЭС, печатают. Держи, потом сочтемся.
Он сунул мне всю пачку, и я с интересом начал их разглядывать. Первое впечатление – странно. Яркие цвета, скользкий пластик, номера насквозь пробиты, и даже голограммка есть.
– Оборудование для печати пропусков заказывали, – пояснил Серж, – из Германии. Такого пока ни у кого нет, вот и фальшивомонетчиков не наблюдается. Ладно, затоваривайся и к нам подходи.
Так я и поступил. Взял обкоцанный по краям пластиковый поднос, выставил на него салат, молоко и тарелочку с пирожным, дождался, пока приготовится омлет на большом противне, и взял большой кусок. И со всем этим откочевал к столу.
– Знакомься, Павел, он у нас тут вроде как министр промышленности, – сказал Серж, представляя своего соседа по столу.
– Андрей, – протянул руку я.
– Павел, – сказал он. – Наслышан уже от Сереги. Правда, что аж из Америки сюда добрался?
– Чистая правда, – кивнул я.
– Ну тогда чего, надо семью забирать и сюда перевозить, – сказал он. – Раз тут друзей хватает, зачем там сидеть, где их нет? Серега сказал, что раньше деревообработкой занимался?
– Было такое, – кивнул я. – Под Костромой свой завод был, производили наборы для домов. Начинали с финнами, потом сами дальше пошли. Потом продал его – слишком трудно было постоянно ездить из Москвы и обратно.