Чтение онлайн

– Ложись.

Он начал подвигаться, освобождая место для меня на своей кровати. Раньше я никогда не спала с кем то, кроме отца и бабушки. Уложившись воле него, я смотрела в его глаза. Он был так близко, я чувствовала поток его дыхания на своей коже.

– Сколько тебе лет? Я так и не спросил, - говорил Марк.

– Пятнадцать.

– Такая маленькая, - его рука погладила мои щеки и волосы.

Я никогда не любила, когда называли маленькой. Ребенок всегда хочет быть взрослым. Но рядом с Марком, я в любом случае чувствовала себя маленькой, и мне хотелось, чтобы он меня защищал. Как это глупо звучит.

– А тебе?

– Семнадцать, тоже не слишком большой, правда?
– немного улыбнувшись, иронизировал парень.

– Знаешь, почему то все, кого я люблю умирают. Вот, Софа. Она ведь прекрасная. Почему именно она?

– Скоро и я умру. Надеюсь, от твоей любви, а не от болезни.

– Тогда, я не хочу тебя любить, Марк, - ответила я, и я чувствовала как впервые за многое время, комок в горле подкатывался все выше.

– А я хочу тебя любить, и я буду. А знаешь почему?
– улыбаясь, он пытался скрыть свою переживания и грусть.

– Почему?

– Ты делаешь смерть не такой ужасной. Каждое утро будет добрым, если на соседней, или уже от сегодня, моей кровати я буду видеть твои глаза, твои рыжие волосы. Ты мое собственное лекарство от грусти, Мари. Поэтому, люби меня. Просто люби, и не думай о том, что я могу умереть. Я счастлив тому, что успел познакомиться с тобой.

Когда он договорил, я позволила себе пустить одну слезу. Первую, чистую, искреннюю. В тот момент, я почувствовала себя по-настоящему счастливой. И мне нравилось чувствовать себя так. Я вдруг поверила в то, что у нас все будет хорошо, что мы оба будем наслаждаться каждым мгновением и вдохом. Я поверила в будущие.

– Тогда пообещай мне, завтра проснуться, - сказала я.

– Обещаю. Но прошу кое что взамен.

– Что?

– Со мной, или без меня, ты поедешь в Бельгию, в Брюссель.

– Поеду.

Я уже не помню как уснула. И не помню о чем мы еще говорили. Все резко забылось. Мне казалось, что я попала в какой то роман, но это было на самом деле. Почему я его люблю? Зачем я встретила его?

Мне можно было поставить еще один диагноз, кроме ноги.

Второй день

1870 год, 5 апреля

Ночь, пожалуй, можно назвать лучшей из всего, что пока случалось со мной.

Но мне пришлось встать слишком рано, не знаю как у меня получилось проснуться, но за окном солнца еще не было. И я тихо перешла на свою кровать. Перед этим, я проверила дышит ли Марк, мои переживания усиливались. Я не хотела его терять, только что получив.

На своей кровати мне уже не спалось. Теперь она казалась мне холодной и твердой. Наверное, личные предпочтения. Моя нога, почему то сильно болела, будто снова огонь ее обжигал.

– "Такого не случилось, если бы перевязку делала Софа", - подумала я.

Укрывшись по шею, я все так же, как и прошлые два дня, смотрела исключительно в одном направлении. Кровать Марка. Наблюдать за ним когда тот спит, лучший отдых для меня. Главное, чтобы он не переставал дышать, с остальным разберемся. Но я точно могу сказать, что ночью у него не было жара, он не вспотел, и дыхания было нормальным. Это утешало, ведь буквально вчера, я наблюдала за страшной картиной, и мне уже не верилось, что он сможет поправиться.

Почему любовь такая жестокая? Многие говорят, что в моем возрасте только увлечение и забава, не любовь. Но именно в моем возрасте любовь бывает самой чистой и искренней. Только дети могут по-настоящему искренне и предано любить. Мое сердце пока не знает столько лжи и злобы этого мира, так говорила моя бабушка. Поэтому мои чувства правдивы. И я с уверенностью могу сказать, что люблю. Марк моя первая и последняя любовь. Вряд ли я еще полюблю кого то настолько сильно и верно. Я вижу в людях пока что только хорошее, мне сложно найти что то плохое в своей матери, хотя многие говорят, что она даже не человек. Софа была не права, когда говорила, что я сильна. Ведь я не умею, принимать плохое. Для меня его не существует, и это не измениться. Я никому не обязана открывать свое сердце, но я открываю. Зачем запирать двери? Многие просто теряют ключ, но ключ это ведь человек. Человек, которого мы любим. Лишь он может открыть наше сердце.

Ждать когда любимый человек проснется, первым сказать ему "Доброе утро", вместе завтракать, пусть даже в больнице, это и есть счастье. Счастье быть вместе. Оббивая ноги порогами разных домов и квартир, вечно меня предмет обожания, это не то, что нужно сердцу. В жизни нужно выбрать один единственный порог, который ты будешь оббивать каждый день.

Марк попросил меня любить его, но он не знал, что просит уже исполненное желание. Как можно полюбить человека, которого уже обожаешь. Возможно, для кого то он самое низкое существо на планете, для кого то простой мальчишка, для кого то инвалид без ноги, но для меня он все. Он и есть мир, солнце, свет. И пусть это звучит, как строка из какого то романтического романа, для меня это звучит как правда. Я правдивый человек, поэтому я не буду врать насчет своих чувств. И пусть толпа откажется от нас, будут смеяться из-за того, что он выбрал меня, или я его, я посмеюсь с ними. Люблю смеяться. Посмеюсь с ихней наивной и черствой оболочки, которая уже поглотила детское сердце, такое, как у нас. Мне будет их жалко. Но я никогда не проявлю жалость к Марку, это будет унизительно. Так, как он один из самых сильных героев в моей жизни. И отсутствие ноги совсем ему не мешает.

Второй день моей шизофрении.

Солнце уже появилось на небе, и постепенно обнимало нашу палату. Только по разговорам врачей я узнала в какой по счету палате мы лежим. Палата №6. Они говорили, что здесь лежит девочки потерявшая мать, и мальчик без ноги. Тогда я поняла, какая же мы прекрасная пара. И как же все-таки хорошо, что мы знакомы. Девочка без семьи обрела родного человека, и мальчик без ноги, опору двигаться дальше.

Санитарка принесла нам поесть, Марк все так же спал. Я не прикасалась к еде, ведь хотела позавтракать с ним.

Через десять минут он проснулся.

– Доброе утро, - сказала я.

– Доброе, - он нахмурил бровь, - Не спала рядом?

– Спала. Просто под утро ушла.

Марк приподнялся и взял со стола чашку чая.

– Могла бы не уходить.

– Ну, тогда у нас были бы проблемы.

– У нас и так много проблем. А ты не проблема. Точно не моя, Мари.

– Не твоя?

– Не моя проблема.

– Это мы еще посмотрим, - ответила я, и взяла кружку чая с бутербродом.

Завтрак состоял всего из бутерброда и чая. Как всегда несладкого, противного чая, и бутерброда с несвежим хлебом, и дешевым маслом.

Этот завтрак был прекрасным и самым вкусным, который я когда либо ела. Да, я по уши влюбленна.

– Слушай, нас когда то выведут на улицу?
– допивая чай, спросил парень, смотря в окно.

– Там же ужасно холодно! Ненавижу холод.

– Я люблю холод.

– Вот и первое разногласие. Это смешно, но ради тебя я потерплю. Хотя мы все равно не выйдем ближайшие дни. Твое состояние, - остановилась я, поняв, что сказала лишнее, - Прости.

– Успокойся, я не ребенок, и все прекрасно понимаю. Но на улицу мне все равно хочется.