Театр хаоса
Шрифт:
– Нет, – Кира налила чай в две белые кружки и протянула одну из них профессору. – Пейте. Вам нужно восстанавливать силы.
Тот опустил янтарные глаза к кружке и губы дрогнули в улыбке:
– Спасибо, Кира. Я думал, меня из-за этого сюда и притащили.
– Тогда мы бы сейчас не сидели в моем кабинете, а искали политического убежища в дальних странах, – Кира усмехнулась, разглядывая дракона. Он был не такой старый, как показалось в первые минуты разговора. Рыжие бакенбарды были сбриты, и на четко очерченных скулах виднелись светлые точки, янтарные глаза задумчиво следили за отсветами огня в кружке, а губы то и дело вздрагивали в улыбке.
– Думаю, бесполезно спрашивать, откуда Вы знаете о предмете моих поисков, – не поднимая взгляд от красноватой жидкости, усмехнулся дракон. – Я действительно искал порошок из зуба дракона. – Улыбка исчезла, и дракон обеспокоенно посмотрел на девочку. – Я же знаю, что Вы последняя из сильнейшего демонского рода. Я чувствую, что Вы одной крови с Киарой Роттерфорд. Одной крови с нами. И Вы не представляете, Кира, как много это для нас значит! Мы искали потомков Киары больше тысячи лет! И нашли, когда уже утратили надежду. Но этот потомок бросается в руки всем опасностям, которые может собрать. И по пятам за ним идет Орден Черного Волка. – Дракон вздохнул и улыбнулся девочке. – Я просто хотел сделать Вам амулет, Кира. Защитный амулет на крови. – Он вздохнул, стер улыбку и снова опустил глаза к кружке. – Теперь Вы знаете все, леди Керинар. И даже если это яд, большего я бы Вам все равно не рассказал.
Кира вздрогнула, когда дракон резко выдохнул и поднес кружку к губам, и подалась вперед:
– Стойте!
Ингвар замер и медленно поднял на девочку по-детски обиженные глаза.
– Не надо залпом пить чай, – выдохнула Кира и пригубила из своей кружки. – Он же только закипел.
Дракон несколько секунд с сомнением смотрел на нее, потом снова обратился к кружке и осторожно коснулся губами красноватой жидкости.
Ингвар наконец выплеснул то, что мучило его последние несколько недель, и теперь, казалось, успокоился. В глазах его, то и дело обращавшихся к ней, больше не читалась паника и отчаяние, там было счастье. Простое счастье обретения того, что так давно искал. И даже приправленное грустью и беспокойством, счастьем оно быть не переставало. Дракон допил чай и осторожно поставил кружку на стол, с улыбкой разглядывая девочку. Но Кира не могла разделить его радости, она внимательно следила за аурой дракона и все больше нервничала. Резерв продолжал падать, и даже концентрированный восстанавливающий чай, который, Кира знала это на собственном опыте, при абсолютно пустых резервах восстанавливал магию за считанные секунды, не оказывал должного эффекта.
«Да что же это такое?!»
– Почему у Вас падает резерв, профессор? – она снова поднялась и прошла к аптечке.
– Давайте так, Кира, – дракон отодвинул кружку и выпрямился. – Вы перестаете мучить себя ментальным контролем, а я рассказываю Вам, почему у меня падает резерв.
«Здесь правила диктую я!» – хотела осадить его Кира, но, оглянувшись на Ингвара, только вздохнула и покачала головой.
– Я не могу снять ментальный контроль, профессор. Это вопрос безопасности Министерства. И если мы не будем тратить время на споры, то можем помочь друг другу пережить последствия нашей сегодняшней встречи.
«Проклятье, резерв совсем быстро падает!»
Кира терзала аптечку в надежде найти то, что сможет помочь, и в душе нарастала паника. Она не сможет спасти его! И Харон на этот раз не станет потакать ее капризам.
– Не ищите, Кирочка. Нет такого средства, – мягко и спокойно произнес дракон, и у Киры по спине пробежал холодок. – Я рад, что мы расстаемся спокойнее, чем встретились. И я рад, что Вам придется меня хоронить, а не наоборот.
– Вы издеваетесь, профессор?! – Кира чувствовала, как из глаз брызнули горячие слезы, как они текли по щекам и капали за высокий воротник, заставляя рефлекторно вздрагивать.
– Нет, Кира. Я говорю, как есть, – Ингвар поднялся и подошел к девочке. – Лекарства от Драконьей Чумы действительно до сих пор не придумано.
Кира продолжала судорожно теребить чемоданчик с бутыльками, порошками, шприцами и салфетками, но пальцы уже не в состоянии были ничего захватить, и только разбрасывали дорогие и редкие лекарства.
– Но как-то же Вы жили все эти годы? – она подняла глаза на дракона и встретилась со спокойным и теплым взглядом.
– Жили, – с ласковой улыбкой кивнул тот и осторожно взял девочку за руку. – Есть одно место, где мы восстанавливаем резервы в подобных случаях. Но я туда не пойду, Кира. Я хочу умереть счастливым.
Кира отдернула руку, огонь в камине обхватил поленья и принялся неистово качать их в огненных лапах, точно безутешного младенца.
– Я уже спорила о Вашей жизни с Богом Смерти. И если будет необходимость, я снова призову его! Но подумайте, какую цену он потребует на этот раз? Чью жизнь он заберет вместо Вашей? В прошлый раз я предлагала ему свою, но он отказался. Если Вам так дорога моя жизнь, подумайте: что будет, если Харон в этот раз согласится?!
Ингвар покачал головой и снова взял девочку за руку:
– Мне очень дорога Ваша жизнь, Кирочка. Дороже всего на свете! И, я уверен, не мне одному, – он ласково погладил тонкие пальчики и твердо кивнул. – Мать не отпустит Вас к Харону.
«Мать!»
Кира вырвала ладонь и метнулась к шару связи.
– Леди Клевис!
Секунды, что шар наливался мягким светом, казались вечностью. Кира отчаянно кусала губы, молясь, чтобы ее не пришлось уговаривать.
– Что случилось, Кира?
– Профессору Рею нужна помощь, которую ни я, ни наши лекари не могут оказать, – она с надеждой посмотрела на старую чародейку.
Та быстро кивнула:
– Где он?
– У меня в кабинете. Но он отказывается идти, – задыхаясь от волнения, прошептала Кира.
Леди Клевис снова кивнула:
– Кира, я открою ему портал, но Вы должны пообещать, что ни Вы, никто другой не отправится следом за ним.
Кира достала печать инстины, царапнула острым краем ладонь и сжала ее в руке:
– Я клянусь именем моего рода, что ни я, никто из Министерства не пойдет следом за профессором Реем. Только, пожалуйста, быстрее, – хрипло выдохнула Кира, стилая так невовремя выкатившуюся слезу.
В шаге от Ингвара вспыхнул ослепительный белый портал. Дракон усмехнулся и качнул головой:
– Напрасно стараетесь, Кирочка. Я уже сказал, что никуда не пойду. Оставьте мне шанс умереть так, как я хочу и тогда, когда я хочу.
«Нашли время упрямиться!»
Кира шевельнула пальцами, и от ковра, оплетая ноги и руки Ингвара, быстро потянулись тонкие щупальца. Он снова усмехнулся, но сказать ничего не успел – щупальца подняли его в воздух и с силой швырнули в портал.
Портал моментально погас, но Кира еще несколько секунд стояла и смотрела на примятый ботинками дракона ковер. Пальцы сжимали холодный изумруд на шее, стараясь нащупать острую грань.
– Если он умрет, я снова приду к тебе, Харон, – прошептала она.
«Ты сделала все, чтобы этого не произошло. Дай судьбе возможность сделать свой ход», – прозвучал в голове серьезный голос Бога Смерти.
– Не дам! – Кира мотнула головой, сильнее сжимая Слезу.
«Это не в твоей власти, мой пламенный цветок. Пока не в твоей», – откликнулся Харон.
Кира резко убрала руку от амулета, плеснула в кружку восстанавливающий чай и отправилась к Маркусу.