Чтение онлайн

Процедура обработки спины закончилась, дрон сел в открытую ладонь техника и снова сложился в квадратную коробку. Горан рассмотрел свою куртку. “Хорош кевлар, и как под него столько щепы набилось?” – подумал он. Техник выдохнул, собрал свой скарб, и похромал к плакучей иве, растущей невдалеке. Бездомный пес последовал за ним.

Первым делом Горан прикопал под ивой флягу с зеленой жижей, и натаскал всякого хлама чтобы соорудить подобие навеса от дождя. Через пару часов его накрыла усталость, и он свалился под иву спать. Завтра будет завтра.

Прошла пара дней. Техник состряпал себе одеяние торговца из краденных с бельевых веревок тряпок. Привел в порядок найденную на свалке тачку, набил ее мотлохом, и купленной у местного рыбака свежей рыбой. В таком виде, не привлекая внимания Горан вместе с собакой отправился в город. Пес не отходил от него почти все время, будто признал в нем хозяина. Даже кинулся на торговца амулетами, когда тот резко протянул Горану руку.

В городе Горан нашел место не далеко от входа в казармы, и организовал себе там торговую точку, чтобы примелькаться воякам и охране Балыча. Есть такая штука как “слепое пятно”. Работает идеально. Вот, к примеру если наклеить плакат с голой бабой на заборе, то в первый день все будут ее замечать, на второй мальчишки пририсуют ей все что надо и не надо, а через неделю даже ханжи и снобы пройдут мимо, будто на заборе висит объявление о продаже канистр. Вот этого эффекта Горан и хотел добиться. Строил из себя ленивого молчуна с замотанным тряпкой лицом, и со временем, на него перестали обращать внимание.

По вечерам техник прогуливался с собакой вокруг главной площади, и попивал пиавс в дешевых пабах. Там он подслушивал чего люди говорят. Говорили, что во дворце Зарубы все готовятся к пиру, в честь тринадцатилетия его дочери Маленки. Бойцы красят фасад, мостовую и траву в клумбах. Горан сам видел, как по периметру площади на домах вешали штандарты с гербом барона, где был изображен бородатый голый мужик с копьем верхом на медведе. У бывшего речного вокзала, он же дворец, установили толчки самовыгребные для народа, и забор. Народ радовался, что будут пляски, и какой-то кучерявый певец в перьях, коего выписали из Новодела. Под это дело сварганили помост похожий на эшафот. Ну а что, сегодня праздники, завтра казни, не строить же все сызнова. Кстати, поговаривали, мол, Барон Заруба, по молодости шибко скор на руку был. Конкурентов вешал и резал как баранов на Курбан. Сейчас же барон зажирел, да и врагов у него поубавилось, потому привселюдные казни нонче раз в сезон случаются, и то, так, для проформы. Помост накрыли крышей, оббили пол бархатом синего цвета, устанавливали на нем золоченные стулья для жирных гостей и настроили генераторы щита.

За день до церемонии подвезли автоматы с пельменями, соленой капустой, пивом, и сушеной рыбой. Веселье должно было быть эпохальным. Однако Горан тут не за пельменями наблюдал, а за тем, куда и когда ходит воевода Балыч, кто приходит к нему, с кем видится. Как-то вечером со своего торгового места, сквозь щель в заборе техник подсмотрел, как Балыч проверял свой эльфийский щит, одетый на манекен. Балыч стрелял, а гарнизонный эльф шевелил ушами, и что-то записывал в коммуникатор. Щит отражал пули разных калибров и даже выдержал взрыв гранаты. Как понял Горан, у щита был один недостаток – батареи при активном пользовании хватало минут на десять.

За две недели наблюдений ни колдуна техник не увидел, ни других подозрительных личностей. Кроме шлюх, которые к Балычу ходили парами, да пары камазов, которые ночью с выключенными фарами куда-то что-то увозили. Воевода, как воевода: ворует потихоньку, бойцов гоняет, развлекается. На кануне праздника пришел к воеводе жрец из храма Лапласа, в рясе клетчатой, с уроборосом в ладонь диаметром на шее и посохом с тем же змеем, но свитым восьмеркой. Воевода со жрецом в казарму не пошли, а закатились в кабак соседний “Золотая почка”. Это показалось Горану любопытным. Пара охранников осталась у дверей кабака, и еще пара зашли с Балычем внутрь. Горан решил сунуть свой нос в чужие дела. Он пропустил проезжающий Уазик с треугольником и двумя скрещенными рожковыми ключами на боку, пару колобков-курьеров и перегнал тележку с рыбой на другую сторону дороги, поближе к “Почке”. Прикрыв куском полиэтилена товар, техник проник в проулок между кабаком и мастерской по ремонту радиоаппаратуры. Посмотрев внутренним зрением, Горан увидел, что Балыч и монах поднялись на второй этаж в отдельную комнату. Техник поднял глаза. На боковой стене он увидел слуховое окно под самой крышей. Протиснувшись между ящиками и мусорным баком, Горан достал дрон из подсумка, нажал на кнопку, подключил ее к девайсу, ткнул в экранчик, и выбрал иконку управляемого полета. Жужа была многофункциональным дроном. Техник ее когда-то выменял у одного эльфа за мешочек искусственных рубинов. Эльфу они нужны были для каких-то ритуалов, а Горан получил крутого помощника. Дрон шел в комплекте со специальным пеналом, в котором были разные обвесы и дополнительные детали для расширения функционала. Радиус действия всего саженей двести, да и батареи только на час хватает, но Горану пока хватало. Он подключил Жужу к девайсу, на экране появилось изображение с камеры. Техник вставил ушник в ухо, и нажал иконку полет. Жужа бесшумно взлетела, поднялась к слуховому окну, и проникла внутрь. Окно заросло паутиной и техник боялся, что грязь попадет в механизмы дрона, но дело надо было делать. Горан аккуратно приземлил Жужу как можно ближе к внутренней решетке. Жужа села, и вытянула вперед камеру на небольшой шее. Наконец Горан увидел комнату. Посредине стоял большой стол красного дерева, накрытый к обеду. За ним с одной стороны сидел Балыч, читая новости в коммуникаторе, и выпуская клубы дыма из кальяна. Напротив него молча сидел жрец и ждал, спрятав руки в рукава. В комнату вошел хозяин и принес горячего вина, жареной рыбы и солений. После чего поклонился и сложил руки на груди.

– Пока всё, надо будет, позову, – сказал низким голосом Балыч.

– Как изволите-с, – с поклоном проблеял хозяин, вышел и плотно закрыл за собой дверь.

Балыч положил коммуникатор на стол, и стал раздувать кальян ворочая угольки.

– Глаголь, шершавый, – буркнул он жрецу, и принялся на удивление интеллигентно и ловко разделывать рыбу ножом и вилкой.

– Всемилостивый и всевидящий Демон Лапласа, храни он нас от зла, благословляет твою пищу и да прибудет с тобой его разум вовек! – протарахтел жрец.

– Угу, – ответил воевода, – что за дело такое срочное?

– Не буду юлить, скажу, как есть, – возбужденно начал жрец, – Ваша милость в опасности. Во время утренней службы было над алтарем видение, злые силы попытаются Вас убить, сегодня… или завтра… думаю, на празднике… Там огни в небе пылали, и стаи железных птиц вострили клювы над вашей головой, и…

Воевода и ухом не повел, продолжая изящно поглощать судака, запивая дымящимся вином.

– Прошлые твои предсказания сбывались через раз, так чего мне верить в новое? – Перебил он жреца.

– Как не сбылись, барон прознал про… – жрец осекся, подбирая слова, – барон обвинил вас в хищении, я же от Демона Лапласа, храни он нас от зла, приносил вам весть, что козни строит супротив Вас правая рука барона, Кореш. Что в ближайшие дни на Вас будет поклеп…

– А может ты с ним заодно? – Оторвавшись от трапезы, пробухтел Балыч, и посмотрел на жреца исподлобья.

– Как можно? Мы же не первый год с Вами… ну… с… Сотрудничаем, – дрогнувшим голосом ответил жрец, поглаживая змея на шее.

– Со временем и портки протираются, – недобро прокряхтел воевода.

Горан отметил, что жрец явно боится Балыча, непонятно только почему. Чем это воевода целого жреца Лапласа за мошну держит?

– Ну зачем мне вам врать? – сипло продолжил жрец, – ить если вам… того… так и мне… этого…

– Это да, – промямлил воевода доедая рыбу. Аккуратно переложил целый рыбий скелет вилкой и ножом в пустую тарель, и насыпал себе салату с коренской морковкой. Чего так морковка звалась? Одним богам известно. Вроде она итак корень…

– Видение было очень ясным. Зеленоглазый дракон Вас… поедает… уж простите…

Горан напрягся. Зеленоглазый!? Вот это уже цыкаво, как говаривал его старый друг с юго-запада. Подробностей про дракона не последовало.

Дальше жрец с воеводой какие-то интриги про жену Кореша обсудили, про то, что давно уже просит жрец Балыча помочь с настоятелем храма, и что когда он сам станет настоятелем, то уж конечно благодарности будет пять камазов. Горан посмотрел, что батарея садится, и пора кончать. Он нажал на экране иконку домой и пошел к своей тележке. По пути техник поймал в ладонь Жужу и сунул ее обратно в подсумок. Теперь у Горана был интерес попасть на праздник барона Зарубы, да поближе к воеводе, на всякий случай. Судя по всему, это не составит труда, раз уж народ допускают до “тела”. Но хотелось бы перестраховаться.

Горан вышел к тележке, мимо проходил Залтис. Горан прикрыл лицо платком и сделал вид что закашлялся. Залтис поинтересовался “за шо рыба”? На что Горан замычал аки немой, и замахал руками, мол, иди отсюда. Пес залаял, Залтис улыбнулся и ушел. “Вот тебя мне как раз и не хватало”, – подумал Горан, и побрел вдоль улицы. Техник остановился у стены гарнизона, где часто торговал, и стал ждать.

Через минут сорок он увидел несколько полупьяных вояк. Темнело. Один из них, еле держался на ногах. Он отделился от компании и виляя побрел в переулок за казарму, стягивая с себя попутно штаны. Горан чего-то такого и ждал. Он поставил тележку так, чтобы она закрывала вход в переулок, дал Псу знак, чтобы тот охранял, и незаметно пошел за воином, который пошел по делу в кусты. Техник нырнул за бойцом в зеленую изгородь, через пару секунд из кустов послышался глухой удар.