Чтение онлайн

– Травм, - повторяю я, и мои челюсти сжимаются, когда я думаю обо всём, что ей пришлось пережить.
– Быть запертой на всю жизнь, быть брошенной в эту среду без предупреждения или подготовки. Ведьмы мучали тебя. Блэкридж причинил боль. Постоянная угроза со стороны Коллекционеров. Выбирай сама. Ты - ходячая зона травм.

– Это ещё не всё, - говорит она глухим голосом.
– Послушайте это: «Сангвинарх Властелин будет вынужден собрать других, обладающих значительной властью, связав их кровью и желанием. Эти узы, однажды заключённые, не могут быть разорваны иначе, как смертью. Двор Властелина становится одновременно и силой, и слабостью, поскольку их власть усиливается благодаря связи, но уязвима из-за разлуки».

Крылья Кассиэля беспокойно шелестят.

– Двор. То есть мы.

– Связанные с ней, - добавляю я.
– Через кровь и желание.

ИЗОЛЬДА

Двор. Мы связаны узами крови и желания. От клинического описания того, чем мы стали, у меня сводит живот, не потому что оно неправильное, а потому, что оно невероятно точное.

– Итак, вы хотите сказать, что всё это нереально. Ваши чувства, ваша преданность. Это всё просто магическое принуждение.

– Нет, - немедленно отвечает Уильям.
– Это не то, что это значит.

– Разве не так?
– бросаю я вызов, отступая от всех троих.
– Связанные узами крови и желания. Вынужденная собрать других, обладающих значительной властью. Чем это отличается от магического рабства?

Си-Джей направляется ко мне, но я поднимаю руку, чтобы остановить его. От боли в его глазах у меня щемит в груди, но мне нужна дистанция, чтобы подумать, осмыслить это открытие.

– Изольда, - мягко говорит Кассиэль, - в книге описан механизм, а не мотивация. То, что я чувствую к тебе, то, что чувствуем мы все, существовало до того, как возникла эта связь.

– Неужели?
– спрашиваю я.
– Как кто-то из нас может быть в этом уверен?

– Потому что я был мёртв уже сто лет, - бесстрастно отвечает Уильям.
– Сто лет изоляции, наблюдения, существования без цели и увлечения. Затем появилась ты, и впервые после моей смерти я почувствовал что-то иное, чем ярость или отчаяние. Это было ещё до того, как появились кровные узы, до того, как я вообще понял, кто ты такая.

Си-Джей подходит ближе, несмотря на мою поднятую руку.

– И я никогда в жизни не чувствовал себя принуждаемым к чему-либо, Изольда. Я получаю то, что хочу, по собственному выбору, а не из-за магии. То, что я чувствую к тебе, обжигает сильнее, чем может дотянуться любое заклинание.

– Связь не порождает чувств, - добавляет Кассиэль, и его серебристые глаза становятся напряжёнными.
– Она усиливает то, что уже существует. Да, она гарантирует верность, но не любовь. Не желание. Это было на первом месте.

Я хочу им верить, но из-за описания клинической ситуации в древнем тексте всё кажется сомнительным.

– Как мы можем знать наверняка?

– Потому что, - говорит Си-Джей, залезая в карман и вытаскивая шип, который он забрал из камеры, - мы собираемся это выяснить.

Серебряный инструмент сверкает остаточной силой, всё ещё сохраняя следы моей сущности с тех пор, как Блэкридж использовал его для отображения моих способностей.

– Что ты собираешься делать?
– осторожно спрашиваю я.

– Каким-то образом мы можем использовать его, чтобы нарушить телеметрию. Если Блэкридж использовал его, чтобы внедрить их, мы можем использовать его, чтобы удалить их или деактивировать.

– Как? Мы ничего не знаем об этой системе.

– Предоставь это мне, - загадочно говорит он, и я киваю. Доверять ему легко.

Естественно.

– Ну, что теперь?
– спрашиваю я.

– А теперь отдохни. Позже у тебя занятия, а мы должны вести себя так, как будто ничего не изменилось и всё нормально. Мы не дадим Блэкриджу патронов.

– Патронов?

– Не теряй самообладания, не попадайся ни на какую удочку. Просто уходи.

– Уходи. Мне не нравится, как это звучит.

Си-Джей вторгается в моё личное пространство и обхватывает ладонями моё лицо, касаясь губами моих губ. Его метки, те, что у него на руках, начинают расплываться, и я чувствую, как по телу разливается неестественный жар.

– Я знаю, но это к лучшему. Мы будем здесь, чтобы присматривать за тобой.

Я смотрю в его темно-карие глаза, янтарные искорки в которых кажутся более заметными.

– Кто ты?

Он ухмыляется, принимая тот высокомерный вид, который привлёк моё внимание несколько месяцев назад.

– Однажды ты увидишь, скоро, моя сладкая. Я не буду скрывать это от тебя вечно, - его глаза затуманиваются.
– На это есть причины. Важные причины.

Он заглядывает мне в глаза, ища понимания, и я даю ему его. Я полностью доверяю ему. Что бы он ни скрывал, на это есть веская причина.

Я киваю, и он улыбается своей сексуальной улыбкой, от которой у меня всё внутри переворачивается.

– Мы проводим тебя в комнату, чтобы ты могла отдохнуть. Чем больше ты будешь отдыхать, тем меньше данных сможет получить от тебя Блэкридж.

– Справедливое замечание, - бормочу я и позволяю им отвести меня обратно в мою комнату, Кассиэль сжимает книгу, которую он быстро просмотрел, прежде чем догнать нас.

Вернувшись в свою комнату, я раздеваюсь и ложусь на кровать, желая принять душ, но слишком уставшая, чтобы вставать. Мой позвоночник горит от рун, но, как ни странно, в голове ничего не болит. Я не уверена, хорошо это или плохо. Кассиэль аккуратно кладёт книгу на стол и усаживается в кресло, откидываясь на спинку и закрывая глаза. Уильям стоит у окна, глядя на колокольню. Интересно, что он сейчас думает обо всём этом. Его смерть, такая бессмысленная, должно быть, преследует его ещё больше. Это не каламбур. Си-Джей снимает пальто и ботинки, закатывает рукава своей чёрной рубашки и обнажает предплечья. Волна вожделения пронзает меня насквозь, затопляя мою киску.

– Возьми меня, - бормочу я.

Он приподнимает бровь:

– Ты уверена?

– Всегда.

Он забирается на кровать, его движения неторопливые и волчьи, когда он стягивает с меня одеяло. Его руки сжимают мои лодыжки, он тянет меня вниз по матрасу, пока я не оказываюсь на спине, глядя на него снизу вверх. Его взгляд напряжённый, янтарные искорки горят ярче, когда он наклоняется надо мной.

– Тебе нужно отдохнуть, - бормочет он, но его действия выдают его слова. Его руки скользят вверх по моим икрам, коленям и раздвигают мои бёдра.
– Но сначала мне нужно попробовать тебя.

Его голова опускается, и он покрывает поцелуями внутреннюю сторону моего бедра, заставляя меня дрожать. Каждое прикосновение посылает по мне электрические разряды, возбуждая мои нервы предвкушением. Когда его рот достигает моей киски, он замирает, его горячее дыхание касается моей чувствительной кожи.

– Си-Джей, - шепчу я, сжимая простыни в кулаках.
– Пожалуйста...

Он смотрит на меня снизу вверх с озорной ухмылкой на лице.

– Что «пожалуйста», Изольда? Скажи мне, чего ты хочешь.