Чтение онлайн

– Так где же они?

– Скорее всего, обереги удалили их как угрозу.

– Куда вы их удалили?

– В безопасное место, уверен.

– Вы даже не знаете?
– кричу я.

– Меня никогда не волновало, куда деваются угрозы, - отвечает Блэкридж с раздражающим спокойствием, продолжая спускаться по лестнице.
– Они просто находятся в другом месте. Как я уже сказал, в безопасности.

У меня кровь стынет в жилах.

– Верните их. Сейчас же.

– Боюсь, это невозможно, пока не будет завершено обследование, - он даже не оглядывается на меня.
– Обереги довольно тщательно соблюдают свои защитные меры.

Ярость захлёстывает меня, когда я мчусь за ним вниз по лестнице.

– Я хочу, чтобы они были здесь!

Он спускается по лестнице.

– Ты действительно верила, что я позволю трём изменчивым сверхъестественным существам стать свидетелями того, что произойдёт дальше?

Помещение, в которое мы входим, круглое, вырезанное из чёрного камня, который, кажется, поглощает свет. Символы покрывают каждую поверхность. Что-то более древнее, примитивное. Что-то, от одного взгляда на что у меня сводит зубы.

В центре стоит кресло, которое явно не рассчитано на комфорт. Металлические ограждения поблескивают в тусклом свете, а вырезанные в каменном полу каналы отходят от него, как спицы колеса.

– Сядь, - приказывает Блэкридж, и в его голосе слышится принуждение, которое заставляет мои ноги двигаться без моего разрешения.

– Нет!
– я борюсь с невидимой силой, толкающей меня к стулу, но моё тело предаёт меня, шаг за шагом, неохотно.
– Я передумала! Я хочу уйти!

– Слишком поздно для этого, мисс Морворен. Мы собираемся провести тест. Сядь.

Я сажусь, ни о чём не думая. Но путы не сковывают меня. Пока.

Принуждение проходит, и я свирепо смотрю на него.

– Какой тест?

– Мне нужно кое-что знать, - он встаёт передо мной и серебряным ножом, который он достает из воздуха, широко разрезает себе запястье.

Я зашипела, когда до меня дошёл запах его крови. Мои клыки удлиняются, а язык высовывается, как у змеи, и я чувствую запах крови в воздухе.

– Хочешь пить, мисс Морворен?
– спрашивает он.

Он не похож ни на что, с чем я когда-либо сталкивалась раньше, насыщенный, тёмный и невероятно могущественный. Он древний и чуждый, несущий в себе шёпот силы, который заставляет всё моё тело трепетать от желания.

– Да, - выдыхаю я. Голод, который Уильям временно утолил, возвращается к жизни со злобной силой.
– Боги, да.

Блэкридж подходит ближе, протягивая мне окровавленное запястье.

– Тогда пей.

Я нетерпеливо наклоняюсь вперёд, но он отстраняется, чтобы не дотянуться. Это движение заставляет меня всхлипнуть, и звук чистого отчаяния эхом отражается от каменных стен.

– Пока нет, - бормочет он.
– Сначала скажи мне, что ты чувствуешь в воздухе.

Я закрываю глаза, позволяя аромату окутать меня.

– Силу, - выдыхаю я.
– Древнюю силу. Древнее, чем всё, что я могу себе представить. На вкус как... как начало всего сущего. Первый вздох. Первая пролитая кровь.

– Очень хорошо, - в его голосе звучит одобрение, от которого что-то тёмное внутри меня начинает прихорашиваться.
– И к чему же призывает эта сила?

– Ко всему, - шепчу я.
– Она взывает ко всему, что внутри меня. К голоду, голосам, серебристому огню. Она хочет слиться, стать единым целым.

– Именно так, - он снова придвигает своё запястье ближе. Из пореза сочится кровь, тёмная, как расплавленный обсидиан.
– Я видел, как другие влияют на тебя. Я хочу увидеть, как я влияю на тебя.

– Фууу, - застонала я, хотя от его крови мой желудок болезненно сжимается от приступов голода.

– Не в этом смысле, - говорит он, сам слегка раздражённый, что меня успокаивает. Вроде того.

– Тогда каким образом?
– спрашиваю я, хотя какая-то часть меня не хочет знать ответа. Его кровь вызывает во мне что-то пугающее.

– Я хочу посмотреть, сможешь ли ты устоять перед искушением, когда это действительно важно, - говорит он, опуская запястье так, что оно оказывается всего в нескольких дюймах от моих губ.
– Здесь нет трёх твоих защитников, которые могли бы поддержать тебя. Голод непреодолим. И всё же ты не вцепилась мне в горло.

– Потому что я не животное, - выплёвываю я, хотя мои клыки ноют от желания кусать, пить, поглощать всё, что он предлагает.

– А разве нет?
– его улыбка холодная, понимающая.

Я смотрю на кровь, текущую из его запястья. Оно ещё не исцелилось, но я ни на секунду не сомневаюсь, что это потому, что у него нет мгновенного исцеления. Это потому, что он хочет, чтобы рана оставалась открытой. Это сила, превосходящая моё самое смелое воображение. Я облизываю губы. Я хочу сопротивляться. Укусить его было бы своего рода предательством по отношению к моим парням, но не только. Я не хочу быть обязанной той силе, что течёт по его венам.

Но от него так вкусно пахнет, что я не уверена, что смогу устоять.

Я впиваюсь ногтями в подлокотники кресла, цепляясь за что-нибудь твёрдое, поскольку голод угрожает подавить все рациональные мысли.

– Нет, - выдавливаю я из себя, хотя мой голос дрожит от напряжения.
– Я не буду пить из вас.

– Почему?
– он наклоняет голову, изучая меня, как образец под стеклом.
– Твоё тело жаждет этого. Голод разрывает тебя на части изнутри. Один вкус облегчил бы эти страдания.

– Нет.

Я безуспешно пытаюсь разжать клыки, но они не поддаются.

В животе у меня громко урчит, но мне всё равно. Я не прикоснусь к нему.

– Ты сойдёшь с ума, - бормочет он.

– А кто сказал, что я уже не сошла с ума?

– Я могу подождать, мисс Морворен.

– Тогда вам лучше взять стул, потому что мы пробудем здесь ещё некоторое время.

Он ухмыляется и вызывает стул, неизвестно откуда взявшийся. Он сидит и смотрит на меня таким пугающим взглядом. Его кровь шипит, когда попадает на землю у наших ног.

– У меня есть всё время мира.

– Как и у меня.

– Ты не хочешь вернуться к своим мужчинам?

– Нет, если это означает, что пить из вас - единственный выход.

Я не знаю, какой у него тест, и мне на самом деле всё равно. Я буду ждать до конца своих дней, если понадобится.

ИЗОЛЬДА

Голод - зверь с когтями, которые терзают мои внутренности.

В камере для исследования Блэкриджа время растягивается, как резинка, секунды превращаются в минуты, а минуты - в часы. А может, это были всего лишь мгновения. Я уже не могу сказать наверняка. Каменные стены стучали в том же ритме, что и кровь, капающая с запястья Блэкриджа, - гипнотический темп, призванный сломить меня.