Чтение онлайн

Я взвизгнула и подпрыгнула

— Отлично! Ты хочешь, чтобы я раскатывала с тобой по другим странам и даже не знала, к кому мы приехали и зачем! — выпалила я на одном дыхании. — Между прочим, мы с тобой незаконно пересекли государственную границу!

Его прошлые опыты казались ему просто цветочками по сравнению с тем, чем занимаются Грасини.

— А сейчас? Что делает Анжей сейчас? — От волнения мой голос стал писклявым.

— Он продолжает свою работу. Но только чтобы помочь людям. И еще он собирает информацию о деятельности Грасини. Он ищет монстров, которых создали эти ученые, изучает историю, архивы, народный фольклор в попытках понять, как были созданы эти существа. Я не отрицаю, что Анжей ставит некоторые эксперименты, не всегда гуманные… Но он часто спасает людей. Вот Магда, его ассистентка, как он ее называет...

— А что с ней не так?

— Не притворяйся, Полина, я знаю, ты видела нечто, что очень удивило и испугало тебя. — Семен хитро прищурился. — Ты же заметила, что между пальцев у нее перепонки. А у обычных людей, насколько я знаю, их нет. — Он взял мою руку, театрально оглядел ее и нежно коснулся прохладными губами кончиков пальцев.

— И что это значит? — спросила я, дотрагиваясь до его волос. — Она тоже... Морская?

— Нет, у нее совсем другая история. Два года назад в доме Магды произошел пожар. Погибла вся ее семья — родители, маленький брат, бабушка с дедушкой. Да и Магда должна была умереть — она обгорела почти вся. Врачи уже не могли ей помочь. Но как ты уже догадалась, ее спас Анжей. Спас — и одновременно поставил на ней эксперимент, который, как видишь, завершился удачно: Магда жива.

— Но как ему это удалось?

— Он пересадил Магде стволовые клетки змеи. Ведь змеиная кожа очень быстро восстанавливается. Змеи в отличие от людей меняют кожу каждый год. Все получилось: Магда выжила, но есть и некоторые «побочные эффекты» — перепонки между пальцами, которые тебя так испугали, и несколько необычный цвет кожи. Впрочем, это все же лучше, чем умереть от ожогов.

— И Магда осталась жить у профессора? — догадалась я.

— Да, ведь у нее больше никого нет. Анжей бездетный. Он, кажется, был пару раз женат, но насколько я знаю вас, людей, трудно найти женщину, которая сможет существовать рядом со змеями, пауками, в окружении скелетов и живых органов в банках. Да еще эти невообразимые мутанты, которые жили у него иногда по несколько лет и за которыми надо было ухаживать... А в Магде Анжей словно обрел дочь. К тому же она ему помогает в работе и по дому.

— Просто не верится, что такоепроисходит рядом со мной! — сказала я после недолгой паузы. — Все это напоминает сон. Или голливудский фильм.

— Да, в мире есть множество тайн и загадок, которые еще предстоит познать, — философски заметил Семен и посмотрел на море. Я поняла: он думает о своей загадке, о том, в чем заключается еготайна.

— Но вы с профессором что-то говорили и о тебе... — робко начала я, зная, насколько болезненна для него эта тема.

— Да. Говорили. Профессор так же, как и я, пытается понять происхождение Морских. И ищет способ помочь нам стать людьми без жертв с вашей стороны. — Семен покосился на меня. — Я надеюсь, что этот способ существует, — вдруг резко закончил он, давая понять, что тема закрыта.

Мне понадобилось время, чтобы переварить все услышанное. Мы уже, наверное, в пятнадцатый раз проходили вдоль берега, и я изучила тут каждый камешек. Вот мокрый темный валун, вот ошметок буро-зеленых водорослей, а вот брошенная кем-то бутылка из-под пива. Я поежилась — становилось все прохладнее.

— Ты замерзла? — спросил Семен. — Хочешь, я провожу тебя домой?

— Нет, — ответила я как можно бодрее. — Мне не холодно.

— А кстати, что это у тебя в рюкзаке? Ты куда-то собралась?

— Ну да. — Я чуть обиженно поджала губы. — Ты же написал в объявлении про «Сьюзи» — я подумала, что мы опять куда-нибудь поедем.

— А-а-а, все ясно. Сегодня я не собирался устраивать тебе такое утомительное путешествие, все-таки ты человек, и тебе хотя бы иногда надо ночью спать. — Семен весело подмигнул мне. — Я просто хотел увидеть тебя. А «Сьюзи» упомянул, чтобы ты поняла, от кого объявление, а никто другой не догадался бы, о чем идет речь.

— Ну а я поступила предусмотрительно и взяла запасную одежду.

— Да, со мной у тебя всегда есть шанс промокнуть до нитки… Помню твою маму, она, кажется, была так счастлива, что ты вернулась, что только через полчаса заметила, какие мы с тобой мокрые! — Семен тихонько рассмеялся светлым, переливчатым смехом.

При мысли о маме перед моим внутренним взором сразу же возникла грозная фигура отца. Я вспомнила утреннюю ссору и решила, что Семен должен знать о ней.

— Я хотела рассказать тебе кое-что... — Мне было очень неприятно снова затрагивать эту тему. Семен молчал и внимательно смотрел на меня. — Сегодня утром мы с отцом опять сильно поругались. Он все никак не хочет мне… то есть нам поверить. А сегодня вообще разошелся и кричал, что посадит тебя, если ты не предъявишь ему свидетеля, о котором говорил... И я боюсь за тебя! — выпалила я, вдруг густо покраснев. Пронизывающий ветер с моря тут же приятно охладил мои пылающие щеки.

— Чего именно ты боишься? — неожиданно холодно спросил Семен.

— Ты не понимаешь! Если отец захочет, он реально сможет арестовать тебя. И даже если речь будет идти о нескольких днях, для тебя это смертельно опасно. В камеру тебе никто не доставит воду… — Заглянув в потемневшие глаза Семена, я осеклась.

— Так, значит, все упирается в то, что я — Морской?

— Нет… То есть — да... — промямлила я.

Мы остановились. Семен смотрел на море, явно не желая встречаться со мной взглядом Я мучительно пыталась подобрать подходящие слова, ведь должен же он понять, что его отличие от людей для меня ничего не значит. Но из только что сказанного мной следовало обратное… То ли от нахлынувших эмоций, то ли от ветра, задувающего с моря, меня трясло.

— Полина, ты замерзла, — наконец произнес Семен. — Наверное, ночная прогулка была не лучшей идеей. Пойдем, я провожу тебя.

Но я не могла сейчас уйти.

— Я не пойду домой. Мне там скучно! — заупрямилась я. — К тому же родителей нет, а бабушка уверена, что я уже сплю. Никто не будет меня искать.

Семен на секунду задумался.

— Хорошо, тогда ко мне?

Я, не раздумывая, выпалила:

— Поехали!

Мы торопливо ушли с пляжа, и я с удовольствием плюхнулась на сиденье «Форда». Машина мягко тронулась и сквозь неуютную октябрьскую ночь быстро понесла нас к дому Семена. Дорога, освещаемая фарами, вилась то вправо, то влево, и в окно я могла разглядеть только темные очертания ускользающих беттинских домов и темных гор. Мне подумалось: я и при свете дня никогда, наверное, не нашла бы дом Семена — в таком укромном уголке он расположен.

Семен мрачно молчал. Я косилась на его побледневшее прекрасное лицо и тоже не решалась завести разговор. Наконец мы плавно притормозили у знакомых ворот. Большой дом возвышался темной громадой посреди сада, таинственно поблескивали окна, нежно журчал фонтан. Как только мы оказались внутри, Семен снова, как и в прошлый раз, включил необыкновенное освещение, и дом моментально преобразился — стал гостеприимным и уютным.

— Сейчас сделаю тебе горячий шоколад! — сказал он и направился в кухню. — Я на две минуты, а ты пока проходи.

Я послушно отправилась в его комнату. Ой! Я и забыла, что вместо кровати у него джакузи. До сих пор мне было трудно привыкнуть к тому, что мой любимый — не человек. В комнате царил идеальный порядок. Мягкий ковер, аккуратно расставленные книги на стеллажах. Не зная, куда себя деть, я присела на краешек кресла. В этот же момент на пороге возник Семен с маленьким серебряным подносом в руках. На подносе стояли белоснежный фарфоровый чайник и маленькая чашечка, расписанная золотым узором. Помещение наполнилось ароматами шоколада и корицы.